Дезориентация

Но Уинстон уже не слушал. Ему крайне надоела эта немыслимая шарада, и теперь ему хотелось только одного — выбраться отсюда. Он маленькими шагами шел прочь, не поворачиваясь к незнакомцу спиной, пока не уперся в очередную дверь. Верхняя ее часть была застеклена, но стекло оказалось непроницаемым для картинки. Уинстон видел только свет. Убедившись, что незнакомец остался на своем месте, он толкнул плечом дверь. Яркий свет ослепил его, в нос ударил едкий запах хлора, он долго стоял, жмурясь и прикрывая рукой лицо. Когда глаза немного привыкли к обстановке, он убрал руку. Последнее, что он увидел: тяжелый металлический предмет, похожий на кусок арматуры, опустился ему на височную кость. Удар оказался несильным, но и его хватило, чтобы обескровленный Уинстон рухнул на кафельный пол. Пистолет выпал из его рук и прокатился по полу. Лакированный ботинок остановил оружие, и чья-то жилистая рука подняла его. Веки Уинстона опустились. На смену резкому свету пришла темнота.

Часть 2.

Уинстон стал приходить потихоньку в себя. Пары хлора, казалось, порядком испарились. Голова неимоверно кружилась, к горлу подкатывала тошнота, но холодный пол смягчал эти симптомы. Он разлепил веки, и неохотно фокусировавшееся зрение уловило движение. Чьи-то ноги ходили взад и вперед перед самым его носом в такой близости, что казалось, будто они вот-вот его заденут. Ухо, прислоненное к полу, болезненно воспринимало вибрацию и стук каблуков. От этого голова болела еще сильней. Уинстон попытался встать, но руки оказались совершенно слабыми, и он снова рухнул на пол. В горле сильно запершило, и он начал надрывно кашлять, отчего глотку будто царапало несколькими ножами. В тихом ярко-освещенном помещении раздался чей-то приглушенный смех. Кому-то было забавно наблюдать за задыхающимся от кашля Уинстоном.

Уинстон, несмотря на свое удручающее состояние, начинал звереть с каждой секундой. Мало ему было психов-стариков, которые зачем-то копались в медицинских инструментах, роняя их все на пол? Он снова сделал над собой усилие, чтобы попытаться хотя бы сесть, и снова руки его подводили. Едва замолкший смех вновь повторился.

— Оставь, — проскрежетал тот же голос, что мгновение назад над ним насмехался. — Не то Морис тебя еще раз огреет по башке.

Уинстон, было, открыл рот, но тут же зашелся в очередной волне удушающего кашля. На этот раз неизвестный не стал смеяться.

— Где этот докторишка? — снова прозвучал его голос, обращенный, по-видимому, к некоему Морису. — Я долго буду ждать обещанную кровь? Или мне заставить этот полутруп тащиться за ней?

— Эй, — острый нос ботинка ударил Уинстону в бок, и тот завыл от боли. — Где этот доктор?

Уинстон промолчал. Не столько из-за того, что не мог говорить, сколько из-за того, что не понимал, кого они имеют в виду. Нос ботинка снова ударил ему между ребер, и из горла Уинстона вырвался хрип.

— Ты его сейчас убьешь, — весело заметил скрежещущий голос. — Лучше пойди и сам найди этого придурка.

Уинстон облегченно вздохнул и еле вывернул затекшую руку, чтобы потереть отбитые ребра. Послышался противный скрип стула, а затем еле слышные шаги. Обладатель «металлического» голоса осторожно потыкал носком обуви в предплечье Уинстона, будто хотел убедиться, что тот еще жив, а затем нагнулся и перевернул его на спину. Уинстону стало легче дышать, но он чувствовал, как в горле становилось мокро, и боялся, что захлебнется своей собственной кровью, если это, конечно, была она. Что-то над его головой отбрасывало тень ему на лицо. Уинстон резко распахнул глаза и увидел перед собой ухмыляющееся лицо обладателя странного голоса. Он почесал нос дулом пистолета, в котором Уинстон узнал оброненное им оружие, и глядел ярко-зелеными глазами на него. Действие лака, очевидно, закончилось, и незнакомец постоянно убирал свисающие волосы назад. На его подбородке кожа отчего-то шелушилась, а щеки выглядели воспаленными. Уинстон не шевелился, и незнакомцу надоело на него смотреть. Он разогнулся и вернулся на свое прежнее место, не забыв при этом без надобности поправить пояс на брюках.

— Где я? — простонал Уинстон, кашлянув.

— А черт знает, — пожал плечами незнакомец. — Это какая-то больница.

— Я уже понял, — прошипел Уинстон. Он сделал усилие над собой и рывком поднялся. Мышцы торса тут же отозвались резкой болью, а перед глазами начали ползать мушки.