Дневник человека

Под ногами путалась неприкаянная скотина, которая пять минут назад чуть не свела хозяина в могилу преждевременным инфарктом. Пришлось отложить завтрак и накормить пушистую засранку, героически просидевшую на одной воде с микробами полтора дня. Раз себе яичницу сварганил, то и кошке досталось сырое яйцо, все по-честному. С некоторым сожалением глядел, как животное уплетает здоровенный яркий желток шершавым розовым язычком. Да, мать, вот этот десяток уйдет, и когда теперь мы с тобой яиц отведаем, а? Может добежать в супермаркет, запастись, пока совсем не поздно? Еще бумаги надо туалетной — ведь кроме рта и желудка у человека, пардон, еще есть задница. А так если прикинуть, очень много всего требуется современному потребителю. Рассудив, что окна можно и вечерком заклеить, а вот магазины могут и опустеть уже сегодня, быстро слопал половину яичницы. Оделся, прихватил сумку с неистощимой пачкой денег, документами и пистолетом. После продолжительного осмотра коридора в глазок, выскочил навстречу новым приключениям.

Жить хотелось с невероятной силой. Тело радовалось вкусной пище и воздуху, пусть затхлому и с ароматами человечьего жилья. Усталости от вчерашних подвигов совершенно не чувствовал, наоборот, организм был готов свершить еще больше полезных и спасительных дел, чем вчера. Или как минимум начистить кому-нибудь рожу во имя и во благо себя любимого. Разве не прекрасно?

На крыльце курил здоровяк в куртке с надписью «Охрана». На шум открывшейся двери повернулся сразу. Пару раз видел этого мрачного молчуна в черной кожаной куртке на собрании жильцов и в правлении, куда ходил платить за коммунальные радости. Я и не знал, что он охранник. Это гут. Как минимум не доходяга, как максимум с оружием знаком. Как бы его в оборот взять? — тут же оформилась мысль.

— Здарова. Курим?

— Лишних нет. — У парня заметно тряслись руки. Опаньки!

— А я и не курю. — Скорчил жадине улыбку.

Охранник промычал нечто, что можно было принять как за одобрение, так и за банальный «посол на три буквы». Похоже, парень был немного озадачен зрелищем: трупы экспедитора и милиционера никто не убрал. Как я их оттащил к забору, так там и нашел спустя почти сутки. Газель не угнали. Или всем на все уже насрать или страшно высунуть на улицу нос. Впрочем, нет, неподалеку валялся еще один покойник. Я подошел, чтобы получше рассмотреть несчастного. Тело довольно плотного мужчины лежало на газоне спиной вверх. Джинсы на ногах были изорваны — явно следы собачьих укусов. Скрюченные пальцы рук в заскорузлой крови. Затылок вынесен напрочь. Картина маслом.

— А этого ведь недавно завалили? Кто?

— Вячеслав Палыч. С четвертого.

Вспомнил я этого персонажа. Массивный усатый дядька. По виду — отставной военный, а может и флотский. Я его периодически видел то в камуфляже, то в тельняшке. А один раз застал за погрузкой оружейного футляра в такую же «Ниву», как у покойного Семеныча. Почему-то сразу подумалось, если кто и шмальнул трупаку в головенку без прелюдий, то это он. Ну, да все верно, на четвертом живет он, вдруг вспомнилось мне.

— А за что?

— Он… этих вон ел. Я подошел. И на меня бросился.

Интересно девки пляшут по четыре штуки в ряд. Народ уже постреливает в мертвяков? Хорошо. Очень хорошо. Тут им не какой-нибудь Лондон-на-Темзе, тут мы им жопы то напинаем! Охотник с армейским прошлым это неплохо. Вон как снес мертвяку полбашки, не выходя из квартиры. Очень полезный сосед по нашим временам.

— Сам как? Не покусал? — Что охранник подходил к пировавшему зомби это я тоже увидел. Нормально так покойному Сидорову берцы украсил завтраком…

— Нет. Это псих какой-то! Людоед! У него вся рожа в крови была, вот я ему с ноги зарядил в грудь. Потом еще раз в тыкву. А ему один хрен — падал и вставал, понимаешь, падал и вставал! Потом Палыч крикнул мне, чтобы я отбежал в сторону, а сам из карабина прям с окна и шархнул. Этот с копыт. Теперь вот милицию ждем. — Парень закурил вторую, смял и выбросил пачку в урну. Попал — руки тряслись уже меньше. Ага, а берцы в крови, значит, правда парень здоров ногами махать. Я-то уже лет пять, как на шпагат сесть не смогу. Ладна-ладна, шесть или семь, не больше, но раньше садился легко!

— Да, дела-а. — я оглядел ближние подступы к дому. Машин на стоянке убавилось, кто-то все-таки рванул из города, пока я дрых. Не у одного меня доступ в Интернет и знакомые в столице. Ну и правильно. Больше уедет — меньше зомбятины на улицах.

Именно так и подумал, ни совру ни разу, хоть и третий день, КАК ВСЕ НАЧАЛОСЬ. Это в Омске третий, а в Москве-то где-то неделя прошла. Похоже извилины на новый лад стали перекраиваться. Такое случается, когда изо дня в день наблюдаешь чужие мозги вне башки и твои собственные протестуют против аналогичной судьбы. Начинают работать в нужном направлении. Не успеваешь удивляться, откуда что берется.