Дневник человека

Продавщица пожала плечами. Некурящая торговка — редкость. А курящая должна сразу сообразить, что курево в Омской области вдоль дорог не растет, зато алчущих заморского зелья хренова туча. Да чего я всех по себе меряю? Она же уверена, что трудности временные. У нее тут даже телека нету, может и не знает толком, что на улице происходит. Особенно если с Ночной Смены сидит.

— А что у вас еще есть? Лапша быстрого приготовления? Там пюрешка в стаканчиках? Давайте. Арахис? Много есть? Тоже давайте. Шоколад. И шоколад возьму. И чипсы. И чай с кофием в пакетиках тоже.

Перехватив мой взгляд, устремленный на щербатый ряд бутылок с алкоголем, она запротестовала:

— Хозяин водку строго настрого запретил. — Сказала и тут же бросилась прятать пузыри под прилавок. Ох уж эти женщины!

Какой хозяин у нее, однако, прошарливый. И, похоже, тоже некурящий. Водка в России в свое время потверже доллара валютой была. Многие уже позабыли те времена, а вот кое-кто еще помнит. Ладно, водки у меня дома полный бар. Возьмем водички еще и пивка, обмыть появление напарника с ним самим. А еще остатки зажигалок. Я, как бывший манагер и начинающий выживальщик могу добыть огонь трением трусов об ягодицы, но очень уж хлопотное это дело.

Я расплатился и в две ходки перетащил добро в машину, продвинувшуюся в потоке за все время на полсотни метров, не больше. Второй ходкой утащил блок минералки и блок двухлитровок дешевого:-((( пиваса. После меня продавщица заперла дверь на засов, отшив троих потенциальных покупателей за раз.

Всю добычу скидал в кабину, чтобы не возиться с будкой посреди дороги. Напарник обрадовался сигаретам как ребенок, но прежде, чем вскрыть блок, вежливо спросил разрешение.

— Тебе папа с мамой не говорили, что курить вредно? В киосках полки уже пустые, не знаешь, почему? Да бери-бери. Я сам не курю, тебе взял.

От моих слов напарник сделался грустным и некурящим. Положил пачку в карман и нос повесил. Чтобы снять напряжение я включил магнитолу.

Опа! А покойный экспедитор оказался тот еще затейник: динамики выдали знакомые ритмы «I Will Survive». Переполняющая меня радость по поводу неплохих итогов вчерашнего дня и успешного начала сегодняшнего спровоцировала меня подпевать.

Иван очень странно и очень внимательно на меня посмотрел, благо затор на дороге позволял — пропускали колонну из мигающего и орущего сиреной «ментовоза» и машины с надписью«Спецмедслужба». Сам от себя не ожидал певческого демарша. Я — парнишка не из стеснительных, но обычно прилюдно не пою. То есть я вообще не припомню, чтобы в трезвом уме что-то пел со времен уроков музыки в школе. Но в тот день меня просто распирало от энергии и какого-то воодушевления, что ли. Душа попросила спеть, а то, что песня не пацанская попалась, в том нет моей вины нисколечко. А про покойного экспедитора плохо не скажу, он меня водой обеспечил и от ментов избавил… несколько нетрадиционным способом, но зато навсегда. И все бы ничего, но от переизбытка чувств я ритмично подвигал головой и плечами и из хулиганских побуждений подмигнул немного офонаревшему напарнику. Напоровшись на взгляд Ивана, излучающий недоумение с подозрением, я счел за благо выключить музон.

— Чо не так, мужик?

— Да это… вроде как песня про… этих, которые э-э … в общем про голубых. — Выдал Ваня и обильно покраснел.

Я предсказуемо и довольно гнусно заржал, корча аццкие рожи, не хуже чем в разгаре ранее упомянутого корпоратива. Просмеявшись, посоветовал парню таки ехать прямо, благо машины чуток рассосались, чем вогнал его в еще большее смущение. На последней моей работе у начальства слово «пидор» во всех вариациях и склонениях не являлось чем-то экстраординарным, отдельные«жоп-менеджеры» базар вообще не фильтровали, по отношению ко всем работникам, не взирая на пол и возраст, так что мне было по-настоящему удивительно наблюдать, как взрослый человек краснеет от безобидного словечка«голубые».

— Если дословно, то это песенка про выживальщицу. Ну и про всех выживальщиков. Про тех, кто обещает окружающим и самому себе выжить. Весь припев только про это: «Я буду жить!». А че там до и после, да про любовь какая-то мура, так я не вникал. Мы с тобой выживальщики или кто? — Начал оправдываться я.

— Ну-у-у… — Ваня, следуя совету, вперил взор в проезжую часть. Так-так и походу задумался над тем, чего он делает за рулем чужой машины с каким-то невнятным субъектом. Надо срочно предпринимать и усиливать, но без фанатизма. А то так и останусь одиноким выживальщиком. Чебурашкой, у которого нет друзей. Настоящих.

— Ладно, будем считать, что это песня про «голубых выживальщиков», не про нас с тобой. Там про мАсковских там, пиндосских или зулусских, не про сибирских, короче. Лады?

Матерясь про себя ужасными словами, пошарил среди дисков и не нашел ничего путного.

— Да, блин. «Ария» тут и не ночевала. И«Рамштайн» тоже. — Пожалел я вслух. Надо как-то контакт восстанавливать, а то мало ли, чего про меня подумал простой русский Ваня нехорошего.