Это уже 4-я редакция моего дневника. Сначала думал составить записку, мол, так и так, случилось такое дело…
259 мин, 23 сек 17474
Ещё через полчаса услышал шорох и чмоканье, оно доносилось из палатки Артема. Я прислушался и услышал тихие голоса шепотом, возню и шорох. Это Аня залезла к нему в палатку — или он её сам пригласил, сомнений нет. В такой ситуации сон совсем не шел, я встал, походил по комнате, посмотрел в окно, покурил. Артем меня совершенно не стеснялся. Шорох так и продолжился.
Это напомнило мне вечеринки, устраиваемые мной, будучи студентом. Тогда мы тоже особо друг друга не стеснялись. Если бы ничего не произошло, то двадцать третьего у меня дома было бы тоже шорох и смешки ночью.
Рассердился я на этот мир и залез к себе в палатку. Пытался уснуть. Проскочила мысль пригласить Вику, но она как то совсем со мной не общается, да и чувствовалось стесненнее. Это глупо, я знаю, несколько часов назад выволакивали труп какогото бича, а тут стесняюсь. Подумал о нашей команде — Бэтмэн и Робин. Но этот образ сурово прервал образ Ивана, взявшийся из пустоты — он мне показал, что если Бэтмен — то это Артем, а мне достается место старика — лакея, следившего за домом и машиной героя. Вспоминал последних своих девушек. Прожил я свою глупую жизнь так ни с кем понастоящему и, не подружив, не влюбился. Скорее всего, многое потерял. И в этой жизни это уже не вернешь. С этими мыслями я и закемарил.
Проснулся от того, что Вика лезла ко мне в палатку. Она была завернута в одно одеяло и в обуви. Сначала думал, чтото попросит или скажет следить за печкой, высунулся ей на встречу — а она меня толкнула внутрь. Этого я не ожидал. Возбуждение и мурашки сразу побежали по всему телу. Она скинула с себя одеяло, обувь и залезла в мой спальник. От неё очень вкусно пахло — свежим телом, без всякой косметики или духов, дезодорантов. Её тело было горчим, оно парило. Она повернулась ко мне лицом, погасила фонарик, и мы начали целоваться. Я чувствовал, как её твердые соски упираются в мою грудь, её грудь была небольшой, но я мог полностью дать волю своим рукам. Мое возбуждение достигло предела. Она уже чувствовала это. Потом она повернулась ко мне спиной и положила его между своих ног, начала ласкать руками. Я к ней тоже залез, она была мокрой и полностью гладкой. Когда я полностью туда зашел я почувствовал мурашки по всему телу. Спальник стеснял движения, но это только доставляло удовольствие, так как приходилось двигаться очень медленно, я чувствовал, как постепенно напрягаются её мышцы на ногах и спине. Когда я собирался уже завершить сие действие и предупредить её, она лишь обхватила своими руками мои ягодицы и прижалась со всей силы ко мне, в этот момент, и я не мог, кудалибо отвернуться и завершил нашу оргию.
Капельки воды стекали вниз со стенок палатки. Чувство радости переполняло нас. Нам казалось, что наш мир, ограниченный только стенками туристической палатки, абсолютно идеален. В нем нет войны, болезней, забот о выживании. Время остановилось — время бесконечно. Не нужно кудато торопиться, мы уже успели — можно наслаждаться мгновением. Мы ничего не говорили, просто сидели, молча в темноте обнявшись. Потом мы вышли покурить. Вика тоже курит, но последнее время не курила изза дефицита сигарет. Покуривши, обнялись и уснули в одном спальнике.
67 день выживания. 29 октября.
Проснулся. Артем быстро меня поднял с постели, Вика пошла, готовить еду, Аня топить печку, а я заводить машину с Артемом. Колесница опять замерзла.
Мы достали обе пары аккумуляторов и положили около печки — им нужно отогреться, тогда будут работать. Холод тридцать девять ниже нуля. Очень холодно. Пока доставали аккумуляторы очень сильно промерзли. В помещении у нас тепло, хоть и печка не прогревает нормально помещение — температура держится уверенно выше нуля. Мы отогреваем топливные баки. Артем, похоже, вчера схалтурил и не заводил машину ночью.
Боже. Время к четырем часа дня, а двигатель машины мы так и не запустили. Аккумуляторы на нуле. Артем боится спалить стартер. Планам настал конец.
В шесть вечера Аккумуляторы окончательно сели. Вообще не крутят.
В машине у нас был маленький генератор на несколько киловатт, тоже на солярке. Его особенность была в том, что у него есть выход на двенадцать вольт для подзарядки внешнего аккумулятора.
Затащили его, отогрели. Артем залил в бак солярку, погретую в ведре на печке в бак генератора. Запустили. Сам генератор вынесли на улицу в соседнее помещение. Пусть там воняет своим дизельным выхлопом. Аккумуляторы подцепили в жилом помещении. Чтоб зарядить пару аккумуляторов потребуется день. Ещё достали переноску — я заряжаю ноутбук, аккумуляторные батареи для фонариков, КПК. Наконецто у нас свет нормальный от ламп. Переноски с лампами мы с собой брали.
К вечеру у нас состоялся шикарный апокалипсический обед и обсуждение планов. Никому из нас не хотелось, чтоб нас нашли скрюченными в непонятных позах как того бича.
Это напомнило мне вечеринки, устраиваемые мной, будучи студентом. Тогда мы тоже особо друг друга не стеснялись. Если бы ничего не произошло, то двадцать третьего у меня дома было бы тоже шорох и смешки ночью.
Рассердился я на этот мир и залез к себе в палатку. Пытался уснуть. Проскочила мысль пригласить Вику, но она как то совсем со мной не общается, да и чувствовалось стесненнее. Это глупо, я знаю, несколько часов назад выволакивали труп какогото бича, а тут стесняюсь. Подумал о нашей команде — Бэтмэн и Робин. Но этот образ сурово прервал образ Ивана, взявшийся из пустоты — он мне показал, что если Бэтмен — то это Артем, а мне достается место старика — лакея, следившего за домом и машиной героя. Вспоминал последних своих девушек. Прожил я свою глупую жизнь так ни с кем понастоящему и, не подружив, не влюбился. Скорее всего, многое потерял. И в этой жизни это уже не вернешь. С этими мыслями я и закемарил.
Проснулся от того, что Вика лезла ко мне в палатку. Она была завернута в одно одеяло и в обуви. Сначала думал, чтото попросит или скажет следить за печкой, высунулся ей на встречу — а она меня толкнула внутрь. Этого я не ожидал. Возбуждение и мурашки сразу побежали по всему телу. Она скинула с себя одеяло, обувь и залезла в мой спальник. От неё очень вкусно пахло — свежим телом, без всякой косметики или духов, дезодорантов. Её тело было горчим, оно парило. Она повернулась ко мне лицом, погасила фонарик, и мы начали целоваться. Я чувствовал, как её твердые соски упираются в мою грудь, её грудь была небольшой, но я мог полностью дать волю своим рукам. Мое возбуждение достигло предела. Она уже чувствовала это. Потом она повернулась ко мне спиной и положила его между своих ног, начала ласкать руками. Я к ней тоже залез, она была мокрой и полностью гладкой. Когда я полностью туда зашел я почувствовал мурашки по всему телу. Спальник стеснял движения, но это только доставляло удовольствие, так как приходилось двигаться очень медленно, я чувствовал, как постепенно напрягаются её мышцы на ногах и спине. Когда я собирался уже завершить сие действие и предупредить её, она лишь обхватила своими руками мои ягодицы и прижалась со всей силы ко мне, в этот момент, и я не мог, кудалибо отвернуться и завершил нашу оргию.
Капельки воды стекали вниз со стенок палатки. Чувство радости переполняло нас. Нам казалось, что наш мир, ограниченный только стенками туристической палатки, абсолютно идеален. В нем нет войны, болезней, забот о выживании. Время остановилось — время бесконечно. Не нужно кудато торопиться, мы уже успели — можно наслаждаться мгновением. Мы ничего не говорили, просто сидели, молча в темноте обнявшись. Потом мы вышли покурить. Вика тоже курит, но последнее время не курила изза дефицита сигарет. Покуривши, обнялись и уснули в одном спальнике.
67 день выживания. 29 октября.
Проснулся. Артем быстро меня поднял с постели, Вика пошла, готовить еду, Аня топить печку, а я заводить машину с Артемом. Колесница опять замерзла.
Мы достали обе пары аккумуляторов и положили около печки — им нужно отогреться, тогда будут работать. Холод тридцать девять ниже нуля. Очень холодно. Пока доставали аккумуляторы очень сильно промерзли. В помещении у нас тепло, хоть и печка не прогревает нормально помещение — температура держится уверенно выше нуля. Мы отогреваем топливные баки. Артем, похоже, вчера схалтурил и не заводил машину ночью.
Боже. Время к четырем часа дня, а двигатель машины мы так и не запустили. Аккумуляторы на нуле. Артем боится спалить стартер. Планам настал конец.
В шесть вечера Аккумуляторы окончательно сели. Вообще не крутят.
В машине у нас был маленький генератор на несколько киловатт, тоже на солярке. Его особенность была в том, что у него есть выход на двенадцать вольт для подзарядки внешнего аккумулятора.
Затащили его, отогрели. Артем залил в бак солярку, погретую в ведре на печке в бак генератора. Запустили. Сам генератор вынесли на улицу в соседнее помещение. Пусть там воняет своим дизельным выхлопом. Аккумуляторы подцепили в жилом помещении. Чтоб зарядить пару аккумуляторов потребуется день. Ещё достали переноску — я заряжаю ноутбук, аккумуляторные батареи для фонариков, КПК. Наконецто у нас свет нормальный от ламп. Переноски с лампами мы с собой брали.
К вечеру у нас состоялся шикарный апокалипсический обед и обсуждение планов. Никому из нас не хотелось, чтоб нас нашли скрюченными в непонятных позах как того бича.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 59 из 71
