Долгий рассвет

― А вы попробуйте, ― тихо сказал Ильсор, тронув его за колено. ― Есть же у вас любимая песня, хоть и колыбельная. Вот я всё время пою про моряка, который возвращается домой и обнаруживает, что его место занято злым двойником. Напророчил я себе этой песней здорово, но вы-то точно что-то доброе вспомните.

Мон-Со сосредоточился. Он не готовил песню заранее, но теперь что-то всплывало в памяти.

― Да кто-нибудь из нас слова точно подскажет, если что! ― не выдержал Лан-Тор. Наверное, его мучило чувство вины за сегодняшнее, и он хотел подлизаться. А может и нет. В этом Мон-Со тоже не слишком разбирался.

Он вспомнил колыбельную и негромко запел. Пару раз сбивался, тогда менвиты вразнобой подсказывали слова, и вот наконец он закончил, с облегчением поняв, что отмучился.

― Да ладно, ― с недоверием сказал Ледо, глядя на него круглыми от изумления глазами. ― Мой полковник, да у вас же абсолютный слух и от природы поставленный голос!

Растерявшись, Мон-Со осматривал окружающих. Сам он за собой не замечал никакого слуха и поставленного голоса, и приходилось верить на слово. Впрочем, если они и были, то понятно, откуда достались…

Он почувствовал себя неловко и хотел только, чтобы всё это поскорее закончилось. А вдруг заставят петь снова?

― Да что за стереотипы! ― вскочил Аларт, как с ним это часто бывало, начиная мысль с середины. ― У менвитов что, талантов не может быть, кроме как штангу тягать? А я вам говорю, что это дискриминация! Разные таланты заложены природой в произвольно наследуемом порядке и могут проявиться у каждого!

― Строго говоря, ― педантично начал Мон-Со, решив не терпеть вопиющее пренебрежение фактами, ― как вам стало известно, я не совсем…

Сильный ветер пронёсся над их головами, порыв прижал огонь к земле, полетели искры. Все как один вскочили, задирая головы к тёмному небу, невдалеке кто-то с изумлением вскрикнул, и на костёр снова налетела тёмная тень.

Мон-Со задвинул Ильсора себе за спину и выхватил пистолет. Мирная эта страна или нет, а быть настороже необходимо.

Недалеко между кострами опустилась огромная птица. В глазах отражался огонь, пока она горделиво поворачивала голову то в одну, то в другую сторону.

― Спокойно! ― распорядился Кау-Рук. ― Позвольте вам представить царя орлов Карфакса, который прибыл в Ранавир с дипломатическим визитом по моему приглашению.

Осмотрев присутствующих, орёл наклонил голову в знак приветствия и произнёс:

― Здравствуйте, пришельцы.

― Какой красивый! ― с восхищением проговорил Эш. ― Это и был ваш сюрприз?

― Да, ― не без гордости ответил Кау-Рук. ― Пока генерал пропадает у Рудокопов, я решил тоже наладить контакт с местными жителями.

― И весьма рисковал при этом, ― заметил Карфакс. ― В первый раз я гнался за ним едва ли не до Большой реки.

― А как же обошлось потом? ― спросил Фе-Май.

― Я оказался настырным, и проще было подпустить меня и поговорить, чем опять гонять, ― рассказал Кау-Рук.

― Я решил, что между нами есть нечто общее, ― добавил Карфакс. ― Мы, орлы, рождены для полёта, у вас крыльев нет, но вы придумали машины, чтобы летать с их помощью. Такая жажда полёта заслуживает уважения.

Краем глаза Мон-Со заметил, как при этих словах воспрянул Солто, и подумал, что идея с обучением техников на самом деле не такая уж и сумасшедшая. Хотя бы у них будет меньше шансов убиться.

― А что, мне нравится, ― болтал Дегрис, ― хотя утомляет, конечно, пахать и за антрополога, и социолога, и этнографа, и фольклориста. Зато сколько полезной информации! Как вы сказали, тут, скорее, пять на пять?

― Да. Нужно позвать Ильсора, ― сказал Лон-Гор, потирая глаза. ― Он должен это знать. Скажите кому-нибудь привести его и возвращайтесь.

Дегрис спрыгнул с его постели, он стоял на ней на коленях, занимаясь графиком на большом листе бумаги, приклеенном на стену.

― Ещё бы я не вернулся, ― сказал Дегрис, затыкая за ухо красный карандаш и осматривая дело рук своих. ― Ещё одну давайте для верности, и я пошёл.

Лон-Гор взял из стопки ещё необработанных анкет верхнюю.

― Десять, ― сказал он. ― Портрет всегда стоял на рабочем столе, это тоже десять.

― Это кто такой умница? ― удивился Дегрис, ставя красную точку в нужном месте, на пересечении десяти и десяти.

― Не подписался, думает, я почерк не узнаю, что ли? ― фыркнул Лон-Гор. ― Это Мон-Со.

Он отложил анкету комэска в другую стопку и поморщился:

― А тут кто-то непонятно что нацарапал, карандашом и ещё и на коленке. Вы идите, я попробую разобрать, что тут написано.

Дегрис отошёл подальше, осматривая график. Точки шли полосой под углом сорок пять градусов относительно обеих осей координат.

― Прямая зависимость, мой полковник, ― сказал он. ― Вы гений.

Он вышел за дверь и скоро вернулся.

― Сказал Айстану, сейчас должен привести, ― сообщил он и снова забрался на колени на постель. ― Ну как там?

Лон-Гор покачал головой:

― Пишет, что относился к арзакам как к вещам, сам ставит десять. Портрет имел на рабочем столе и носил второй вложенным в тетрадь для записей. Оцениваю тоже на десять.