Долина Затишья

— Видимо, это рассказывал тебе тот, кто не видел бойни, или же в суматохе не понял что к чему… Первого зверя я победил только потому, что твои воины изрядно подырявили его болтами. А так бы он, вероятно, растерзал меня в считанные секунды. А со вторым я лишь помог твоим бойцам благодаря тому, что в мои руки попала винтовка. Так что это твои ребята — герои…

— Да уж… Других таких я не скоро сумею воспитать… А твоя винтовка, должно быть, помощнее будет чем те, которые нам попадают в руки… — стражник уставился на оружие Гвэйена…

— А где ты был, капитан, во время битвы?

— Где-где? — замялся Маэрс. — Капусты я вчера прокисшей наелся, вот и не смог на поле боя выйти — как раз в другом месте… отсиживался…

— Ну… вполне может быть, что эта капуста — спасла тебе жизнь, — сказал серьезно Гвэйен.

Командир стражи замыслился ненадолго.

— Ну рассказывай, — обратился к Гвэйену. — Видно же, что ты не из обычных гражданских…

Рейнджер снял перчатку и протянул стражнику левую ладонь. Тот с интересом уставился на необычный знак.

— Мне знаком этот символ, — сказал он, наконец. — Ты из паладинов. Я почему-то сразу так и подумал. А та девушка, что была с тобой… Кто она такая?

— Сирота. Я взял ее под свою опеку…

— Ты вместе с ней приехал охотиться на тварей? Странные вы ребята, вправду, Серые Росомахи… Впрочем, не мое это дело… По закону я обязан всяким образом оказывать тебе содействие. Так что, если тебе что-нибудь нужно, рейнджер, — говори.

— На данный момент — ничего. Я просто хотел поставить тебя в известность о том, кто я такой, чтобы в будущем избежать возможных казусов.

— Это правильно, — ответил стражник.

— А что там, кстати, со старостой? Удалось от него что-нибудь узнать?

— А ты времени зря не теряешь… Уже знаешь что к чему… Да староста почему-то пытался делать вид, что ничего не происходит. Очевидно, что он как-то связан с этими монстрами, но он наотрез отказался дать хоть какие-нибудь показания. Ничего, в Драголине за него возьмутся с должным усердием… Я вот просматриваю его бумаги — в них, похоже, ничего нет…

— Ты бы отправил кого-нибудь в форт, — пусть пришлют тебе солдат для защиты селения.

— Уже отправил я письма и в Волчью Стену, и в город… Ситуация здесь оказалась сложнее, чем мы предполагали… Из города подмоги ждать долго, а вот из Вилквэла, может, уже и к вечеру придет какой-то десяток бойцов.

— Альберт Хорн, может, тебе и больший отряд выделит… Я так понял, вы с ним — друзья.

— Да. Если можно будет, то выделит. Ну ладно, паладин, если тебе больше ничего не нужно, то я, пожалуй, вернусь ко своим делам… Если найду что-нибудь — сообщу тебе. Если ты чего отыщешь — тоже дай знать…

— Я хотел бы глянуть на трупы тех бестий…

— Вчера не насмотрелся еще? Их на рассвете затащили в старую конюшню, которая теперь пустует из-за обвалившейся крыши, — это та, что за каморами с зерном. Знаешь, где это?

— Да. Знаю…

Гвэйен без труда нашел нужное здание. Никакой охраны не было приставлено ко входу; внутри он также не обнаружил никого живого. Когда он еще проживал в Пристанище, то эта конюшня использовалась. Сейчас же в перекрытии зияла огромная дыра. Здесь лежали растерзанные тела стражников, деревенских жителей и изрубленные трупы чудовищных псов.

В помещении стоял тяжелый воздух.

Вчера инквизитор уже удостоверился, что в монстрах магии нет, однако он хотел внимательно осмотреть каждую мертвую бестию на предмет каких-нибудь важных деталей. Трупы чудовищ источали особый неприятный запах — вероятно, что-то было в их крови — что-то специфическое… Он обследовал шеи, лапы, уши монстров, но никаких особых отметин там не нашел… На телах животных не было более давних ран, чем те которые им нанесли вчера, а значит, среди них не было тех, которые напали на привратников форта… Можно было бы еще осуществить вскрытие, осмотреть внутренние органы и мозг, и оценить насколько их вид походит на вид внутренностей обычных животных… Однако Гвэйен не желал пачкаться. Он еще раз удивился размерам бестий, мощи их тел и толщине клыков.

Он почувствовал облегчение, когда снова вышел на свежий воздух и затворил за собою шаткие скрипучие ворота старой конюшни. Ему сильно захотелось пить и он зашел в один из дворов чтобы, с разрешения хозяев, напиться воды из колодца.

Возле дома на лавочке сидел и грелся на солнце дедок с большой нечесаной бородой; одет он был в длинную простую рубаху, подвязанную широким красным поясом, штаны из серой ткани и растоптанные лапти.

— Доброго дня вам, — обратился к нему Гвэйен. — Разрешите испить воды из вашего колодца…

— А? Чево ты говоришь, сынок? Не слышу я ничево?

— Э-э-эм… Я говорю, день добрый вам, дедушка! Воды из вашего колодца, можно, напьюсь? А то жажда замучила…

— А? Чево ты там глаголишь? Не слышу я тебя, говорю! Найла! Найла, иди сюда! Тут Севрика твоево пришли в армию забирать… Может хоть там от нево толк будет…