637 год IV эры, Месяц Второго Урожая, Княжество Тиходолье, северо-западная окраина Объединенных Государств Атномара.
185 мин, 32 сек 5249
— Тщетное дело, моя заботливая госпожа, — беспокоиться о том, кто избрал для себя путь, подобный моему…
— Не говори так… — она прильнула к нему и склонила голову ему на плечо…
После недолгого момента колебаний он обнял ее… В его ладони ощущался жар.
— Я бы хотела, чтобы ты был счастлив, Гвэйен… Мне кажется, что тебя переполняет жажда по счастью, но судьба не слишком баловала тебя мгновениями радости… Это чувствуется в твоих словах, позе, голосе…
— Я давно уже перестал стремиться к счастью… — сказал он как бы с легким недоумением. — Даже само это слово, примененное по отношению ко мне самому, звучит теперь для меня как-то непривычно…
— Это очень печально, Гвэйен…
— Знаешь… Я всегда с большим теплом в сердце вспоминаю те дни, когда со мною была Эулика… Ты чем-то похожа на нее, Мать Рия. Она тоже была очень добра ко мне… — он посмотрел ей в глаза и печально улыбнулся.
Она провела пальцами по его лицу; его седая щетина зашуршала под ее прикосновением.
— Тебе не холодно, моя милая жрица? Здесь какой-то особенный ветер струится меж стволами дубов… — сказал он, ласково обнимая ее за плечи.
И действительно, в магической роще было заметно холоднее, чем за ее пределами. Солнечный свет пронизывал трепещущие кроны деревьев и бросал на землю мерцающее кружево ярких и темных пятен, но, казалось, — этот свет не приносил с собою тепла. Оно рассеивалось где-то в дрожащей листве и вниз лучи опускались уже холодными.
— Нет, мой хороший…
Он снял свой толстый черный плащ и бережно прикрыл им плечи женщины…
— Спасибо, — сказала она, улыбнувшись.
— Не за что, — улыбнулся он в ответ.
Он коснулся камня, задержал на нем свою руку.
— По правде, я и не мог бы сказать, что я несчастен… — он несколько раз провел рукою по шероховатой поверхности, с интересом прислушиваясь ко своим ощущениям. — Знаешь… Хотя я живу еще не так и долго, но я почему-то чувствую себя очень старым… И так же как и для старика, для меня грань между счастьем и несчастьем перестала быть такой выразительной как когда-то… Хотя, конечно, некоторые утраты пульсируют в памяти и омрачают еще и сейчас… Сложно это объяснить словами…
Она внимательно слушала его…
— Чем-то мы с тобою похожи, милая Мать Рия, а чем-то также и различны… Ты живешь на свете уже множество десятилетий, а выглядишь очень молодо и красиво. Мои же годы не слишком многочисленны, а я выгляжу почти стариком… И чувствую себя тоже очень-очень старым…
— Ты выглядишь… хорошо, мой милый Гвэйен… Ты всегда был очень хорошим человеком… — она снова взяла его за руку.
— Даже тогда, когда украл книжку из храмовой библиотеки? — улыбнулся он.
— Ты же был тогда еще мальчишкой… — засмеялась она. — И ведь потом ты все равно ее вернул! — прикоснулась к нему ласково.
— Мама отругала меня и велела отнести ее обратно… Я помню, ты тогда улыбнулась и поблагодарила меня… Это здорово меня удивило — я ожидал каких-нибудь нравоучений за свой проступок… А потом ты сказала, что будешь учить меня читать. И вскоре я смог познакомиться также и с содержанием той книжки.
— Да, Гвэйен, ты всегда питал большую слабость к книгам. В этом мы тоже с тобою похожи… Но я, вероятно, отвлекаю тебя от расследования. Чтобы компенсировать это, я дам тебе одну подсказку… Я забыла упомянуть об этом, когда мы говорили с тобою в первый раз. Видишь ли, кто-то еще приходит черпать из этого источника… Кто-то с окутанною сумраком душою… Это место сохранило в себе отпечаток его ауры… Я чувствую это… Он посещает рощу, ходит среди этих дубов, прикасается к этому камню, впитывает магическую энергию, а взамен неизбежно оставляет след, который может быть обнаружен теми, кто имеет чувство для подобных вещей…
— Интересно, видит ли он, что и ты черпаешь из этого места?
— Возможно. Но он не знает, могу ли я видеть его следы, так же как и я не знаю, видит ли он мои.
— Я чувствую только струящуюся в этом месте магию, больше — ничего.
— Обычный человек не поймет даже и этого… А уловить остатки ауры колдуна — уж тем более, под силу совсем не многим…
Гвэйен снова притронулся к камню, вглядываясь с интересом в его фактуру.
— Ты умеешь использовать энергию таких мест?
— Я ведь не маг…
— Да, но ты можешь направлять ее на то чтобы укрепить свои физические и ментальные силы. Когда-то всех высших паладинов учили этому, теперь же это знание забывается… Ты ведь можешь чувствовать эту энергию, а значит можешь и сознательно впитать ее… Попробуй…
— Но я не знаю как…
— Расслабься и освободи свой разум… Так как вы делаете это во время медитаций… Откройся этому месту… Осознанно вдохни его воздух… Попытайся уловить ауру этой рощи… Обычно паладины распознают магию только по тому, что метка обжигает им ладонь, в твоем же случае — она отражается в зеркале твоего сознания. Ты стоишь в неисчерпаемом потоке энергии, тебе нужно всего лишь позволить ей наполнить тебя…
— Не говори так… — она прильнула к нему и склонила голову ему на плечо…
После недолгого момента колебаний он обнял ее… В его ладони ощущался жар.
— Я бы хотела, чтобы ты был счастлив, Гвэйен… Мне кажется, что тебя переполняет жажда по счастью, но судьба не слишком баловала тебя мгновениями радости… Это чувствуется в твоих словах, позе, голосе…
— Я давно уже перестал стремиться к счастью… — сказал он как бы с легким недоумением. — Даже само это слово, примененное по отношению ко мне самому, звучит теперь для меня как-то непривычно…
— Это очень печально, Гвэйен…
— Знаешь… Я всегда с большим теплом в сердце вспоминаю те дни, когда со мною была Эулика… Ты чем-то похожа на нее, Мать Рия. Она тоже была очень добра ко мне… — он посмотрел ей в глаза и печально улыбнулся.
Она провела пальцами по его лицу; его седая щетина зашуршала под ее прикосновением.
— Тебе не холодно, моя милая жрица? Здесь какой-то особенный ветер струится меж стволами дубов… — сказал он, ласково обнимая ее за плечи.
И действительно, в магической роще было заметно холоднее, чем за ее пределами. Солнечный свет пронизывал трепещущие кроны деревьев и бросал на землю мерцающее кружево ярких и темных пятен, но, казалось, — этот свет не приносил с собою тепла. Оно рассеивалось где-то в дрожащей листве и вниз лучи опускались уже холодными.
— Нет, мой хороший…
Он снял свой толстый черный плащ и бережно прикрыл им плечи женщины…
— Спасибо, — сказала она, улыбнувшись.
— Не за что, — улыбнулся он в ответ.
Он коснулся камня, задержал на нем свою руку.
— По правде, я и не мог бы сказать, что я несчастен… — он несколько раз провел рукою по шероховатой поверхности, с интересом прислушиваясь ко своим ощущениям. — Знаешь… Хотя я живу еще не так и долго, но я почему-то чувствую себя очень старым… И так же как и для старика, для меня грань между счастьем и несчастьем перестала быть такой выразительной как когда-то… Хотя, конечно, некоторые утраты пульсируют в памяти и омрачают еще и сейчас… Сложно это объяснить словами…
Она внимательно слушала его…
— Чем-то мы с тобою похожи, милая Мать Рия, а чем-то также и различны… Ты живешь на свете уже множество десятилетий, а выглядишь очень молодо и красиво. Мои же годы не слишком многочисленны, а я выгляжу почти стариком… И чувствую себя тоже очень-очень старым…
— Ты выглядишь… хорошо, мой милый Гвэйен… Ты всегда был очень хорошим человеком… — она снова взяла его за руку.
— Даже тогда, когда украл книжку из храмовой библиотеки? — улыбнулся он.
— Ты же был тогда еще мальчишкой… — засмеялась она. — И ведь потом ты все равно ее вернул! — прикоснулась к нему ласково.
— Мама отругала меня и велела отнести ее обратно… Я помню, ты тогда улыбнулась и поблагодарила меня… Это здорово меня удивило — я ожидал каких-нибудь нравоучений за свой проступок… А потом ты сказала, что будешь учить меня читать. И вскоре я смог познакомиться также и с содержанием той книжки.
— Да, Гвэйен, ты всегда питал большую слабость к книгам. В этом мы тоже с тобою похожи… Но я, вероятно, отвлекаю тебя от расследования. Чтобы компенсировать это, я дам тебе одну подсказку… Я забыла упомянуть об этом, когда мы говорили с тобою в первый раз. Видишь ли, кто-то еще приходит черпать из этого источника… Кто-то с окутанною сумраком душою… Это место сохранило в себе отпечаток его ауры… Я чувствую это… Он посещает рощу, ходит среди этих дубов, прикасается к этому камню, впитывает магическую энергию, а взамен неизбежно оставляет след, который может быть обнаружен теми, кто имеет чувство для подобных вещей…
— Интересно, видит ли он, что и ты черпаешь из этого места?
— Возможно. Но он не знает, могу ли я видеть его следы, так же как и я не знаю, видит ли он мои.
— Я чувствую только струящуюся в этом месте магию, больше — ничего.
— Обычный человек не поймет даже и этого… А уловить остатки ауры колдуна — уж тем более, под силу совсем не многим…
Гвэйен снова притронулся к камню, вглядываясь с интересом в его фактуру.
— Ты умеешь использовать энергию таких мест?
— Я ведь не маг…
— Да, но ты можешь направлять ее на то чтобы укрепить свои физические и ментальные силы. Когда-то всех высших паладинов учили этому, теперь же это знание забывается… Ты ведь можешь чувствовать эту энергию, а значит можешь и сознательно впитать ее… Попробуй…
— Но я не знаю как…
— Расслабься и освободи свой разум… Так как вы делаете это во время медитаций… Откройся этому месту… Осознанно вдохни его воздух… Попытайся уловить ауру этой рощи… Обычно паладины распознают магию только по тому, что метка обжигает им ладонь, в твоем же случае — она отражается в зеркале твоего сознания. Ты стоишь в неисчерпаемом потоке энергии, тебе нужно всего лишь позволить ей наполнить тебя…
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 33 из 53
