Последняя треть 19-го столетия ознаменовалась чередой преступлений, поразивших воображение цивилизованных людей того времени. Человечество открыло для себя для неслыханный до той поры феномен — «серийные убийства» — хотя сам этот термин был придуман Р. Хейзелвудом столетием позже. В Великобритании мрачное первенство серийного убийцы имел так и непойманный Джек-Потрошитель, открывший счет своим жертвам в 1888 г. Во Франции таковым можно считать молодого педераста Жана Батиста Троппмана, разоблаченного и казненного в 1869 г. В США первым известным убийцей такого рода явился Германн Маджет, начавший свою преступную карьеру в примерно в то же время, что и лондонский Потрошитель, но оказавшийся не в пример более кровожадным.
70 мин, 45 сек 5792
Полиция Филадельфии, получив из Чикаго фотографию Маджета, предъявила ее участникам процедуры опознания тела Питезеля-Перри. В Германне Маджете был опознан Генри Холмс. Так было получено доказательство того, что это одно и то же лицо. На том основании, что Маджет подписался не своим именем, протокол был признан фальсифицированным и полиция возбудила дело о страховом мошенничестве и преднамеренном убийстве.
Кроме того, полицейские управления штатов Нью-Гэмпшир и Мичиган, где прошла молодость Германна Маджета, приступили к изучению его прошлого. Результат оказался чрезвычайно интересным, но об этом будет сказано чуть ниже.
Между тем детектив Гейер шел по следу Маджета-Холмса. Имея на руках его фотографию, сыщик отправился в Сент-Луис, по тому адресу, куда пересылалась корреспонденция из «Замка». Однако, сыщик там никого уже не застал.
Оказалось, что подозреваемый отбыл в Детройт, штат Миссури. Гейер направился туда. Однако, и в этот раз детектив опоздал. Маджет-Холмс отбыл из пансиона буквально за несколько часов до его появления. Но в Детройте сыщик узнал информацию, которая заставила его насторожиться: Маджет-Холмс путешествовал в сопровождении трех детей: девочек Эллис и Нелли и мальчика Говарда. Своих детей, насколько это было известно Гейеру, Маджет-Холмс не имел и в Сент-Луисе он проживал один. Откуда же в его компании появились дети, да тем более трое? Имена детей совпадали с именами детей Питезеля. Означало ли это, что Маждет каким-то образом отделил их от матери? Если это было действительно так, то какова судьба Кэрри Кэнниг и еще двух других детей Питезеля (напомним, их всего было пятеро)?
Гейер обратился к Пинкертону с просьбой установить место проживания родителей Мэри Кэнниг и взять его под скрытое наблюдение, полагая, что в какой-то момент вдова Питезеля может там появиться. Если бы это произошло, ее переписку надлежало бы перехватывать и перлюстрировать, но саму женщину до поры не арестовывать: она должна была вывести сыщиков к Холмсу.
Оказалось, что родители Кэрри проживают в городке Гальва, штат Иллинойс. И к ним действительно совсем недавно приезжала Кэрри Кэнниг с двумя детьми (из пяти). Однако, к тому моменту, когда в Гальве появились детективы женщина уже отбыла в неизвестном направлении. Тем не менее, казалось, что еще не все потеряно: родители сообщили, что дочь обязательно напишет им с нового места. Всю корреспонденцию Кэннигов с этого момента стали скрытно проверять на почте.
Гейер, осматривая дом в Детройте, который на протяжении трех дней снимал Маджет, сделал открытие, заставившее предполагать самую худшую развязку всей этой истории. В подвале дома детектив обнаружил большую яму, вырытую совсем недавно. Домоладелец утверждал, что он никому не поручал выкапывать эту яму. Стало быть, своим появлением она была обязана Маджету. Гейер заподозрил, что преступник готовил могилу для детей и лишь благодаря случаю ему не удалось осуществить задуманное убийство.
В течение пары дней Гейер пребывал в бездействии, не зная в каком направлении двигаться, но скоро он получил очередную телеграмму из Чикаго, в которой его уведомляли о том, что Маджет-Холмс выходил на связь с Патриком Квинланом, управляющим «Замком», из Торонто, Канада. Маджет требовал от помощника собрать сколь возможно денег и быть готовым передать их по первому требованию. Гейер, не задумываясь, помчался в Торонто. В течение нескольких дней сыщик обходил гостиницы, пансионаты и частные дома, сдававшиеся в наем, и демонстрировал фотографию Маджета-Холмса, в надежде, что кто-то сумеет опознать этого человека. Но не успел Гейер отыскать место, в котором проживал Холмс, как из Чикаго поступила новая информация: очередная телеграмма от Холмса была отправлена Квинлану из Цинцинатти, штат Огайо.
Детектив немедленно отправился туда. Будь Германн Маджет чуточку осмотрительнее и осторожнее, он бы прекратил всякую связь с «Замком», демаскировавшую его перемещения. Но беглец до такой степени был самонадеян, что вплоть до момента своего ареста пребывал в твердой уверенности, что до сих пор никто не догадался об идентичности Маджета и Холмса. Он не очень-то таился и в ходе своих перемещений не боялся представляться «Германном Маджетом».
Едва только Гейер приступил к розыкам в Цинцинатти, как поступила информация о том, что беглец переместился в Индианаполис, столицу штата Индиана. Кроме того, из этого города Кэрри Кэнниг направила письмо родителям, что означало и ее пребывание в этом городе. Не совсем понятно было для чего Маджет решил встретиться Кэрри: мужа он не мог ей вернуть, детей, видимо, тоже. Неужели и с Кэрри Кэнниг он решил разделаться также, как и с Беном Питезелем?
Кроме того, полицейские управления штатов Нью-Гэмпшир и Мичиган, где прошла молодость Германна Маджета, приступили к изучению его прошлого. Результат оказался чрезвычайно интересным, но об этом будет сказано чуть ниже.
Между тем детектив Гейер шел по следу Маджета-Холмса. Имея на руках его фотографию, сыщик отправился в Сент-Луис, по тому адресу, куда пересылалась корреспонденция из «Замка». Однако, сыщик там никого уже не застал.
Оказалось, что подозреваемый отбыл в Детройт, штат Миссури. Гейер направился туда. Однако, и в этот раз детектив опоздал. Маджет-Холмс отбыл из пансиона буквально за несколько часов до его появления. Но в Детройте сыщик узнал информацию, которая заставила его насторожиться: Маджет-Холмс путешествовал в сопровождении трех детей: девочек Эллис и Нелли и мальчика Говарда. Своих детей, насколько это было известно Гейеру, Маджет-Холмс не имел и в Сент-Луисе он проживал один. Откуда же в его компании появились дети, да тем более трое? Имена детей совпадали с именами детей Питезеля. Означало ли это, что Маждет каким-то образом отделил их от матери? Если это было действительно так, то какова судьба Кэрри Кэнниг и еще двух других детей Питезеля (напомним, их всего было пятеро)?
Гейер обратился к Пинкертону с просьбой установить место проживания родителей Мэри Кэнниг и взять его под скрытое наблюдение, полагая, что в какой-то момент вдова Питезеля может там появиться. Если бы это произошло, ее переписку надлежало бы перехватывать и перлюстрировать, но саму женщину до поры не арестовывать: она должна была вывести сыщиков к Холмсу.
Оказалось, что родители Кэрри проживают в городке Гальва, штат Иллинойс. И к ним действительно совсем недавно приезжала Кэрри Кэнниг с двумя детьми (из пяти). Однако, к тому моменту, когда в Гальве появились детективы женщина уже отбыла в неизвестном направлении. Тем не менее, казалось, что еще не все потеряно: родители сообщили, что дочь обязательно напишет им с нового места. Всю корреспонденцию Кэннигов с этого момента стали скрытно проверять на почте.
Гейер, осматривая дом в Детройте, который на протяжении трех дней снимал Маджет, сделал открытие, заставившее предполагать самую худшую развязку всей этой истории. В подвале дома детектив обнаружил большую яму, вырытую совсем недавно. Домоладелец утверждал, что он никому не поручал выкапывать эту яму. Стало быть, своим появлением она была обязана Маджету. Гейер заподозрил, что преступник готовил могилу для детей и лишь благодаря случаю ему не удалось осуществить задуманное убийство.
В течение пары дней Гейер пребывал в бездействии, не зная в каком направлении двигаться, но скоро он получил очередную телеграмму из Чикаго, в которой его уведомляли о том, что Маджет-Холмс выходил на связь с Патриком Квинланом, управляющим «Замком», из Торонто, Канада. Маджет требовал от помощника собрать сколь возможно денег и быть готовым передать их по первому требованию. Гейер, не задумываясь, помчался в Торонто. В течение нескольких дней сыщик обходил гостиницы, пансионаты и частные дома, сдававшиеся в наем, и демонстрировал фотографию Маджета-Холмса, в надежде, что кто-то сумеет опознать этого человека. Но не успел Гейер отыскать место, в котором проживал Холмс, как из Чикаго поступила новая информация: очередная телеграмма от Холмса была отправлена Квинлану из Цинцинатти, штат Огайо.
Детектив немедленно отправился туда. Будь Германн Маджет чуточку осмотрительнее и осторожнее, он бы прекратил всякую связь с «Замком», демаскировавшую его перемещения. Но беглец до такой степени был самонадеян, что вплоть до момента своего ареста пребывал в твердой уверенности, что до сих пор никто не догадался об идентичности Маджета и Холмса. Он не очень-то таился и в ходе своих перемещений не боялся представляться «Германном Маджетом».
Едва только Гейер приступил к розыкам в Цинцинатти, как поступила информация о том, что беглец переместился в Индианаполис, столицу штата Индиана. Кроме того, из этого города Кэрри Кэнниг направила письмо родителям, что означало и ее пребывание в этом городе. Не совсем понятно было для чего Маджет решил встретиться Кэрри: мужа он не мог ей вернуть, детей, видимо, тоже. Неужели и с Кэрри Кэнниг он решил разделаться также, как и с Беном Питезелем?
Страница 7 из 22
