Всю первую декаду марта 1944 г. зловонный дым, валивший из трубы дома N 21 по рю-Лезер, в Париже, отравлял воздух окрест. Несмотря на то, что дома представляли собой отдельно стоящие усадьбы, разделенные широкими лужайками, естественной циркуляции воздуха было недостаточно для того, чтобы разогнать отвратительную вонь.
30 мин, 49 сек 3765
На сей счет существуют несколько взаимоисключающих версий, которые создавались не без влияния французских властей.
По одной из них (ее признал даже такой авторитетный историк-криминалист, как Колин Уилсон), Марсель Петье был разоблачен в ходе напряженной полицейской операции, в ходе которой подверглись детальному исследованию письма, которые преступник написал в газеты в августе-сентябре 1944 г. Сличение почерков позволило опознать автора в одном из государственных чиновников, который заполнил анкету при устройстве на работу в сентябре.
Такое невнятное объяснение не выдерживает никакой критики, прежде всего потому, что осенью 1944 г. у новой французской полиции просто не было ресурсов на проведение такой масштабной и сложной экспертизы.
На самом деле история поимки Марселя петье много прозаичнее.
Жандарм Шарль Донье 31 октября 1944 г. возле парижской станции пригородных поездов «Сен-Манде» задержал для проверки документов капитана франузской армии Анри Валери Ваттервальда. Удостоверение офицера контрразведки, предъявленное последним, производило впечатление подлинного, но сам Ваттервальд странным образом походил на Марселя Петье, фотографии которого к тому времени были развешены во всех полицейских комиссариатах и жандармских отделениях.
Донье предложил офицеру пройти вместе с ним для установления личности. Капитан стал возмущаться; будучи все же доставлен в жандармерию, он заявил, что является «борцом Сопротивления», командиром известной всему Парижу диверсионной группы «Месть». Но тон капитана контрразведки моментально изменился, когда из его портмоне стали извлекать удостоверения личности на самые разные имена. По четырем из этих документов он являлся мужчиной, а по одному-женщиной.
Уже 2 ноября 1944 г. очная ставка с супругой и братом однозначно доказала, что задержанный является Марселем Петье. А проверка по линии военной контрразведки подтвердила, что он является кадровым офицером спецслужбы (sic… Петье являлся куратором строевого батальона французской армии.
Тут мы подходим к еще одному весьма подозрительному «белому пятному» в истории жизни этого преступника. Петье в самом деле смог в сентябре 1944 г. легализоваться и получить документы на имя Ваттервальда, реально существовавшего французского подпольщика, который погиб вместе со всей своей группой«Месть» (название это не выдумано) при задержании гестаповцами. Каким образом Петье смог пройти проверку контрразведки и попасть в штат этой структуры никто из исследователей преступлений этого человека установить так и не смог. Более того, вопрос этот всячески обходили стороной и на допросах Петье во время следствия, и на суде. Очевидно, ответы Петье могли оказаться крайне неприятны для официальных лиц; потому вопросы эти никогда не задавались.
После идентификации Марселя Петье и исключения его из штатов военной контрразведки, жандармерия передала преступника уголовной полиции.
На допросах преступник твердил, что в доме на рю Лезер, 21 казнил врагов Франции по приказу Движения Сопротивления. Под давлением неопровержимых улик Петье постепенно сознался в убийстве 18 человек. Все они, по его словам, являлись пособниками фашистских оккупантов. Надо сказать, что принятая преступником тактика полупризнаний явилась, видимо, оптимальной в тех условиях. В списке жертв, который Петье признал «своим» не было ни одного ребенка, зато оказались четыре известных в Париже уголовных«авторитета»: Адриэн Баск, Жожо Балафрэ, Франсуа-Корсиканец и Джо-Боксер. О двух последних было известно, что они и в самом деле являлись информаторами гестапо. Каждый из них намеревался уехать на юг, к вишистам, с собой они пригласили и любовниц. Петье посожалел, что пришлось убить и «невинных женщин», но такова была суровая необходимость.
Ни о каких 62 убитых или-тем более-сотне, с его стороны не могло быть и речи. Преступник яростно отрицал свою причастность к гибели кого-либо, кроме 18 «фашистских провокаторов».
Следствие по «делу Марселя Петье» продолжалось более года. Потребовалось привлечение большого количества свидетелей, в т. ч. настоящих героев Сопротивления, тех подпольщиков, которые действительно сражались в Париже в годы его оккупации немцами, чтобы разоблачить выдумки Петье о«бойце Сопротивления». Когда следствию удалось доказать, что Анри Валери Ваттервальд не имеет никакого отношения к Петье, преступник немедленно вернул себе псевдоним «доктора Эжена», под которым он действовал в 1941-43 гг. Но если Ваттервальд и его группа «Месть» действительно существовали, то«доктор Эжен» и группа«Мухомор», которую тот, якобы, возглавлял, были от начала до конца выдуманы Петье. А подобную выдумку разоблачить было уже гораздо легче.
По одной из них (ее признал даже такой авторитетный историк-криминалист, как Колин Уилсон), Марсель Петье был разоблачен в ходе напряженной полицейской операции, в ходе которой подверглись детальному исследованию письма, которые преступник написал в газеты в августе-сентябре 1944 г. Сличение почерков позволило опознать автора в одном из государственных чиновников, который заполнил анкету при устройстве на работу в сентябре.
Такое невнятное объяснение не выдерживает никакой критики, прежде всего потому, что осенью 1944 г. у новой французской полиции просто не было ресурсов на проведение такой масштабной и сложной экспертизы.
На самом деле история поимки Марселя петье много прозаичнее.
Жандарм Шарль Донье 31 октября 1944 г. возле парижской станции пригородных поездов «Сен-Манде» задержал для проверки документов капитана франузской армии Анри Валери Ваттервальда. Удостоверение офицера контрразведки, предъявленное последним, производило впечатление подлинного, но сам Ваттервальд странным образом походил на Марселя Петье, фотографии которого к тому времени были развешены во всех полицейских комиссариатах и жандармских отделениях.
Донье предложил офицеру пройти вместе с ним для установления личности. Капитан стал возмущаться; будучи все же доставлен в жандармерию, он заявил, что является «борцом Сопротивления», командиром известной всему Парижу диверсионной группы «Месть». Но тон капитана контрразведки моментально изменился, когда из его портмоне стали извлекать удостоверения личности на самые разные имена. По четырем из этих документов он являлся мужчиной, а по одному-женщиной.
Уже 2 ноября 1944 г. очная ставка с супругой и братом однозначно доказала, что задержанный является Марселем Петье. А проверка по линии военной контрразведки подтвердила, что он является кадровым офицером спецслужбы (sic… Петье являлся куратором строевого батальона французской армии.
Тут мы подходим к еще одному весьма подозрительному «белому пятному» в истории жизни этого преступника. Петье в самом деле смог в сентябре 1944 г. легализоваться и получить документы на имя Ваттервальда, реально существовавшего французского подпольщика, который погиб вместе со всей своей группой«Месть» (название это не выдумано) при задержании гестаповцами. Каким образом Петье смог пройти проверку контрразведки и попасть в штат этой структуры никто из исследователей преступлений этого человека установить так и не смог. Более того, вопрос этот всячески обходили стороной и на допросах Петье во время следствия, и на суде. Очевидно, ответы Петье могли оказаться крайне неприятны для официальных лиц; потому вопросы эти никогда не задавались.
После идентификации Марселя Петье и исключения его из штатов военной контрразведки, жандармерия передала преступника уголовной полиции.
На допросах преступник твердил, что в доме на рю Лезер, 21 казнил врагов Франции по приказу Движения Сопротивления. Под давлением неопровержимых улик Петье постепенно сознался в убийстве 18 человек. Все они, по его словам, являлись пособниками фашистских оккупантов. Надо сказать, что принятая преступником тактика полупризнаний явилась, видимо, оптимальной в тех условиях. В списке жертв, который Петье признал «своим» не было ни одного ребенка, зато оказались четыре известных в Париже уголовных«авторитета»: Адриэн Баск, Жожо Балафрэ, Франсуа-Корсиканец и Джо-Боксер. О двух последних было известно, что они и в самом деле являлись информаторами гестапо. Каждый из них намеревался уехать на юг, к вишистам, с собой они пригласили и любовниц. Петье посожалел, что пришлось убить и «невинных женщин», но такова была суровая необходимость.
Ни о каких 62 убитых или-тем более-сотне, с его стороны не могло быть и речи. Преступник яростно отрицал свою причастность к гибели кого-либо, кроме 18 «фашистских провокаторов».
Следствие по «делу Марселя Петье» продолжалось более года. Потребовалось привлечение большого количества свидетелей, в т. ч. настоящих героев Сопротивления, тех подпольщиков, которые действительно сражались в Париже в годы его оккупации немцами, чтобы разоблачить выдумки Петье о«бойце Сопротивления». Когда следствию удалось доказать, что Анри Валери Ваттервальд не имеет никакого отношения к Петье, преступник немедленно вернул себе псевдоним «доктора Эжена», под которым он действовал в 1941-43 гг. Но если Ваттервальд и его группа «Месть» действительно существовали, то«доктор Эжен» и группа«Мухомор», которую тот, якобы, возглавлял, были от начала до конца выдуманы Петье. А подобную выдумку разоблачить было уже гораздо легче.
История ждёт вашего следа
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить след
Страница 8 из 10
