Айрис открыла глаза не сразу, боясь того, что может увидеть…
30 мин, 38 сек 16282
Новая встреча со старым врагом не предвещала ничего хорошего. Рычание становилось всё громче по мере того, как пес приближался и выходил из угла. Волна неконтролируемой фобии захлестнула Айрис. Она, дрожа всем телом, с ужасом ждала, когда собака покажется и сверкнет на нее своими злыми, беспощадными глазами. Предчувствие чего-то противоестественного и неизбежного перехватывало дыхание в легких — пес наконец показал себя, но девушка не узнала его. Он был огромных размеров, напоминал больше медведя, чем собаку. Его сильно всклокоченная шерсть зловеще дыбилась, глаза горели багровым огнем, из раскрытой отвратительной пасти текли то ли слюни, то ли чья-то кровь. Снап тяжело дышал и вспарывал газон своими огромными когтями. «Этого не может быть! Не может быть! — повторяла про себя Айрис, падая назад оттого, что не глядя пятилась. — Почему здесь всё такое? Или я знала об этом? Всегда знала, прежде чем прийти сюда?» Нужно было спасаться бегством от этого чудовища, пока оно не настигло ее и не разорвало на куски.
Айрис молниеносно вскочила на ноги и метнулась в сторону двери, ведущей в столовую. Снап, заметив ее движение, с бешеным лаем, хриплым и неестественным, помчался навстречу, перерезая дорогу. Он совершил длинный прыжок и раскинул лапы в воздухе, стремясь сбить девушку с ног и перекусить ей шею своими мощными челюстями. Каким-то чудом удалось избежать удара — она отпрыгнула вправо и перекатилась, но пес, приземлившись на землю, тут же развернулся и побежал следом за ней. Девушка задыхалась, но бежала так быстро, насколько могла. Окружающая обстановка всё сильнее становилась нереальной, сковывающей движение. Всё вокруг сужалось, изгибалось, мутнело. Это сбивало Айрис с толку, но она всё равно продолжала бежать, зная, что если остановится, ее настигнет невыносимое порождение ужаса. Расстояние до двери будто само собой увеличивалось, выход ускользал в какое-то небытие, но других путей к бегству не было. Напуганная и дезориентированная, Айрис добежала до дома, повернула спасительную ручку, ворвалась внутрь и с силой захлопнула дверь за собой, припав к ней всем телом. Спина ощутила удар тяжелой лапы о дверные доски. Сумасшедший лай гулко раздавался в сознании девушки. Она закрыла глаза, зажала уши руками и заплакала, моля о том, чтобы всё это немедленно прекратилось. В быстро нашептываемых словах звучали самые искренние просьбы, обращенные к небесам, чтобы ее спасли, забрали из этого порочного места куда-нибудь далеко-далеко.
Внезапно удары в дверь прекратились, и лай резко оборвался.
Открыв глаза, девушка, к своему удивлению, обнаружила себя не в столовой, а в своей спальне, находившейся на втором этаже. «Это нормально, это нормально, — думала Айрис, пытаясь взять себя в руки. — Всё именно так, как и должно быть. Так, как меня и предупреждали». Ее глаза внимательно оглядели комнату.
На протяжении почти девяти лет девушку фактически держали здесь взаперти. Что-либо из вещей, напоминавших о маме, отсутствовало, но одну все-таки стоило попытаться отыскать. Возле кровати находился ящик, в котором глубоко внутри Айрис спрятала мамину фотографию. Всё еще ошеломленная после столкновения со Снапом, девушка не спеша встала и подошла к ящику. Интуиция и возбужденное сознание подсказывали ей, что в комнате она не одна. Тишина не давала покоя, угрожая новой неизвестной опасностью. В голове зловеще вибрировала навязчивая мысль о том, как из шкафа, словно в детской страшилке, выскакивает монстр и набрасывается на свою жертву.
На губах непроизвольно появилась улыбка.
Настоящие монстры не живут под кроватью, не прячутся во тьме. Существуют чудовища гораздо хуже и страшнее тех, которых можно увидеть на картинках или в кино. Отец Айрис — вот кто по-настоящему воплощал собой всех демонов преисподней, ходячую интерпретацию вечного зла, средоточие для ненависти.
Она приблизилась к единственному окну, посмотрела в него и будто бы спиной почувствовала, как с другой стороны двери кто-то подошел и тихонько повернул ручку. Замок щелкнул, и дверь медленно-медленно стала открываться. Айрис не поворачивалась и продолжала стоять к входящему спиной, хотя и знала о его присутствии. Сознание уносило ее в дни мрачной юности.
Айрис молниеносно вскочила на ноги и метнулась в сторону двери, ведущей в столовую. Снап, заметив ее движение, с бешеным лаем, хриплым и неестественным, помчался навстречу, перерезая дорогу. Он совершил длинный прыжок и раскинул лапы в воздухе, стремясь сбить девушку с ног и перекусить ей шею своими мощными челюстями. Каким-то чудом удалось избежать удара — она отпрыгнула вправо и перекатилась, но пес, приземлившись на землю, тут же развернулся и побежал следом за ней. Девушка задыхалась, но бежала так быстро, насколько могла. Окружающая обстановка всё сильнее становилась нереальной, сковывающей движение. Всё вокруг сужалось, изгибалось, мутнело. Это сбивало Айрис с толку, но она всё равно продолжала бежать, зная, что если остановится, ее настигнет невыносимое порождение ужаса. Расстояние до двери будто само собой увеличивалось, выход ускользал в какое-то небытие, но других путей к бегству не было. Напуганная и дезориентированная, Айрис добежала до дома, повернула спасительную ручку, ворвалась внутрь и с силой захлопнула дверь за собой, припав к ней всем телом. Спина ощутила удар тяжелой лапы о дверные доски. Сумасшедший лай гулко раздавался в сознании девушки. Она закрыла глаза, зажала уши руками и заплакала, моля о том, чтобы всё это немедленно прекратилось. В быстро нашептываемых словах звучали самые искренние просьбы, обращенные к небесам, чтобы ее спасли, забрали из этого порочного места куда-нибудь далеко-далеко.
Внезапно удары в дверь прекратились, и лай резко оборвался.
Открыв глаза, девушка, к своему удивлению, обнаружила себя не в столовой, а в своей спальне, находившейся на втором этаже. «Это нормально, это нормально, — думала Айрис, пытаясь взять себя в руки. — Всё именно так, как и должно быть. Так, как меня и предупреждали». Ее глаза внимательно оглядели комнату.
На протяжении почти девяти лет девушку фактически держали здесь взаперти. Что-либо из вещей, напоминавших о маме, отсутствовало, но одну все-таки стоило попытаться отыскать. Возле кровати находился ящик, в котором глубоко внутри Айрис спрятала мамину фотографию. Всё еще ошеломленная после столкновения со Снапом, девушка не спеша встала и подошла к ящику. Интуиция и возбужденное сознание подсказывали ей, что в комнате она не одна. Тишина не давала покоя, угрожая новой неизвестной опасностью. В голове зловеще вибрировала навязчивая мысль о том, как из шкафа, словно в детской страшилке, выскакивает монстр и набрасывается на свою жертву.
На губах непроизвольно появилась улыбка.
Настоящие монстры не живут под кроватью, не прячутся во тьме. Существуют чудовища гораздо хуже и страшнее тех, которых можно увидеть на картинках или в кино. Отец Айрис — вот кто по-настоящему воплощал собой всех демонов преисподней, ходячую интерпретацию вечного зла, средоточие для ненависти.
Она приблизилась к единственному окну, посмотрела в него и будто бы спиной почувствовала, как с другой стороны двери кто-то подошел и тихонько повернул ручку. Замок щелкнул, и дверь медленно-медленно стала открываться. Айрис не поворачивалась и продолжала стоять к входящему спиной, хотя и знала о его присутствии. Сознание уносило ее в дни мрачной юности.
Страница 4 из 10
