Доживем до понедельника

— У нас не было договора рассказывать друг другу все. У нас вообще нет никаких правил. Мы никогда этого не обсуждали. Давай не будем составлять список требований прямо сейчас, пожалуйста.

Разговор зашел в тупик. Вполне естественным было бы разругаться вдребезги и разойтись в разные стороны, до следующего утра бросая друг на друга гневные взгляды. Они привычно промолчали несколько минут, вновь заведя разговор на нейтральную тему.

— Ты уже думал, кем станешь в будущем?

— А что, об этом обязательно думать сейчас? — Грег откинулся на спину. Говорить с Люси, не видя ее тонкую фигурку перед глазами, было куда проще.

— Просто ты записался на те же предметы, что и я. Без системы. А как же призвание?

— И что? Это плохо?

— Не знаю. Мой психоаналитик считает, что это плохо.

Грег от неожиданности сел. Ему не верилось, что она всерьез говорит такие вещи своим невозмутимым тоном.

— С каких это пор ты слушаешь Никса?!

Люси обернулась, и он понял, почему она прятала лицо: красные воспаленные глаза, мокрые дорожки на щеках.

Люсильда Амалия Малфой плакала. Ее недругам следовало бы обвести этот день в календаре красным цветом и отмечать, словно национальный праздник.

— Эй, ты чего?! — испугался Грег, вскакивая на ноги, подлетая к девушке, обнимая ее за плечи. — Не плачь, ты что? Все же хорошо!

— Все отвратительно! — закричала она, срывая голос. — Все ужасно, и я больше не могу вести себя так, будто ничего не происходит!

Люси упала на колени, закрывая лицо ладонями.

— Я истеричка, — сказала она глухо, но неожиданно спокойно. — Ты знаешь, что первые два месяца нашей дружбы мама была уверена, что я тебя выдумала? — Грег пораженно молчал. — Ну конечно, кто захочет общаться со снобом?! Меня и к Никсу потащили только потому, что я писала тебе письма.

— Но сейчас-то она знает, что я настоящий! — улыбнулся Грег, опускаясь на траву рядом с подругой.

— Ну да, Мелани Фокселл мама верит, — криво усмехнулась Люси, вытирая щеки.

— Ты так расстроилась из-за Никса? Брось, Лу! Ты же всегда говоришь, что он придурок. Давай лучше пойдем в библиотеку, поищем информацию про это злополучное растение. Держу пари, когда оно плодоносит, то уже не так опасно.

— Держу пари, к Новому году мне будет уже все равно, плодоносит оно или нет, — скривилась Люси.

— Это еще почему? — не понял Грег.

Пауза была настолько длинной, что он успел испугаться.

Она снова закрыла лицо руками, сделала несколько глубоких вдохов и быстро сказала:

— Мама увозит меня во Францию. Я буду учиться на дому. Она хочет, чтобы у меня было будущее. Она хочет, чтобы я вышла замуж сразу после школы. За кого-нибудь с континента.

Больно. Как больно.

— А что, есть кандидаты? — беззаботным тоном спросил Лим.

Идиот, что ты несешь?! Ее надо остановить. Надо ей сказать. Сегодня, прямо сейчас!

Сказать что?

— Конечно, целый список. Я же завидная невеста. Несмотря на то, что мы — бывшие Упивающиеся смертью, мы все еще Малфои, а это круто даже во Франции.

Люси говорила как-то очень спокойно, без эмоций.

— И когда ты уезжаешь? — выдавил Грег.

— А что, тебя только это интересует? — все так же спокойно спросила Люси.

Парень встал, нервно сделал несколько шагов к озеру, потом обратно.

— Чего ты хочешь от меня? Чтобы я попросил тебя остаться? Ты и так знаешь, что я хочу этого. Мы знаем друг друга четыре года, ты единственная, кого я подпустил так близко к себе, я… — он осекся, запустив руку в волосы. — Скажи мне, что твой психоаналитик говорит обо мне?

Люси подняла на него лицо: тот же страдальческий изгиб бровей, поджатые губы.

— Он… Никс говорит, что ты любишь меня.

Слово было сказано. Впервые за эти годы произнесено вслух то, о чем Лим запрещал себе даже думать.

Это было чудесно — наконец перестать притворяться.

— Но это же бред! Ведь любовь — это не то, что мы испытываем друг к другу! — едва не закричала Люси, прочитав облегчение в его ответном взгляде.

— А что для тебя любовь, Лу? — устало спросил Грег.

Она заметно смешалась, но ненадолго:

— То, что испытывает Снейп к Грейнджер! — выпалила Люси, а потом совсем по-детски ойкнула, закрыв рот ладонью.

— Профессор Снейп к профессору Грейнджер, — наставительно поправил Лим. — Не пугайся, я тоже заметил. Да-да, наверное, это оно и есть. Но куда интереснее, как она к нему относится. Это всегда самое интересное, Лу! — с нажимом сказал парень.

— Знаешь, мне показалось, что профессор Снейп просто не говорил об этом с профессором Грейнджер, — язвительно отозвалась Люси. — Откуда ей знать?!

— Не всегда нужны слова. Если ты считаешь, что на самом деле я тебя не люблю, тогда зачем рассказала? — сейчас Грег был настроен только на победу. — Если ты уверена, что мы лишь друзья, — поезжай во Францию, становись фарфоровой куклой какого-нибудь богатея и живи припеваючи, отсылая мне письма пару раз в месяц! Это в твоем стиле, как бы ты ни старалась стать другой!

— Не кричи на меня! — лицо Люси исказилось от гнева, она резко вскочила на ноги, встав напротив него.

— А кто кричит? — закричал Грег.