Дракула

Милостивая государыня, очень сожалею, что мне приходится сообщить вам печальную новость о смерти Люси Вестенр. Лорд Годалминг был так любезен, что уполномочил меня просмотреть все ее письма и бумаги. Среди них я нашел ваши письма, из которых узнал, что вы были ее большим другом и очень ее любили. Во имя этой любви умоляю вас помочь мне. Помогите добиться справедливости и уничтожить зло, которое ужаснее, чем вы можете себе представить. Разрешите с вами пови­даться. Вы можете мне довериться. Я друг д—ра Сьюарда и лорда Годалминга. Мне придется держать наше сви­дание в секрете. Если вы дадите согласие, я сейчас же приеду в Эксетер, куда и когда прикажете. Очень прошу извинить меня. Я читал ваши письма к Люси и знаю вашу доброту; знаю также, как страдает ваш муж, так что прошу ничего ему не говорить, ибо это может ему повредить. Еще раз прошу извинения.

Ван Хелзинк.

ТЕЛЕГРАММА МИССИС ХАРКЕР.

К ВАН ХЕЛЗИНКУ.

25 сентября.

Приезжайте сегодня поездом 2.25 если успеете. Буду весь день дома.

Вильгельмина Харкер.

ДНЕВНИК МИНЫ ХАРКЕР.

25 сентября.

Я очень волнуюсь в ожидании д—ра Ван Хелзинка, так как смутно предчувствую, что он разъяснит мне болезнь Джонатана, не говоря уже о том, что он был при Люси во время ее последней болезни и все мне расскажет и про нее. Может быть, он только из—за этого и при­езжает; он хочет разузнать насчет Люси и ее хождения во сне, а вовсе не о Джонатане. Значит, я так и не узнаю истину! Как я глупа! Этот ужасный дневник целиком меня поглотил, и я не могу от него отрешиться. Конечно, этот визит касается Люси. Видимо, к ней вернулась прежняя привычка, и она, наверное, расхворалась после той ужасной ночи на утесе. Поглощенная своими дела­ми, я совершенно об этом забыла. Она, должно быть, рассказала ему о своей прогулке в ту ночь на утесе и сказала, что я об этом знала; и теперь он, вероятно, хочет, чтобы я сообщила подробности.

Я ничего не скажу ему о дневнике, пока он сам не спросит. Я так рада, что мой дневник переписан на пи­шущей машинке, так что если он спросит о Люси, то я просто передам ему дневник, и это избавит меня от лиш­них расспросов.

Позже.

Он был и ушел. Какая странная встреча и какая пу­таница у меня в голове! Мне кажется, что все это сон. Неужели же правда? Не прочти я дневник Джонатана, никогда бы не поверила в возможность произошедшего. Мой бедный, милый Джонатан! Как он, должно быть, страдал! Даст Бог, он успокоится совсем. Я буду его оберегать от всего. Если он наверняка будет знать, что слух и зрение не обманывали его, это будет для него утешением и поддержкой. Им наверняка овладели сомне­ния, так что если удастся их рассеять, он будет удов­летворен, и ему будет легче пережить этот удар. Д—р Ван Хелзинк, должно быть, очень милый и умный господин, раз он друг Артура и д—ра Сьюарда и раз его пригла­сили из Голландии для лечения Люси. На меня он произ­вел впечатление человека доброго, сердечного и благо­родного. Завтра он придет снова, я спрошу его насчет Джонатана и. Бог даст, всем этим тревогам настанет конец.

А пока воспользуюсь отсутствием Джонатана, чтобы подробно записать наше сегодняшнее свидание.

В половине второго раздался звонок. Мэри открыла дверь и доложила о приходе д—ра Ван Хелзинка.

Это человек среднего роста, здоровый, широкоплечий, с быстрыми движениями. Видно, он очень умен и обладает большой силой воли; у него благородная го­лова, довольно большая. Лицо начисто выбрито, с рез­ким, квадратным подбородком, большим, решительным, подвижным ртом, большим, довольно прямым носом. Лоб широкий и благородный. Выразительные темно—синие глаза довольно широко расставлены, выражение их то ласковое, то суровое.

— Миссис Харкер, не так ли?

Я утвердительно кивнула головой.

— Бывшая мисс Мина Мюррэй?

Я снова кивнула.

— Я пришел к Мине Мюррэй, бывшей подруге Люси Вестенр, поговорить об умершей.

— Сэр, — сказала я, — я рада видеть друга Люси Вестенр, — и протянула ему руку.

Он взял ее и ласково произнес: — О, мадам Мина, я знал, что друзья той бедной девушки должны быть хорошими, но все—таки то, что увидел…

Он кончил речь глубоким поклоном. Я спросила, по­чему ему хотелось меня видеть, и он сразу начал: — Я читал ваши письма к мисс Люси. Я хотел кое—что разузнать, но было не у кого. Я знаю, вы жили с нею в Уайтби. Она иногда вела дневник — вас это не должно удивлять, мадам Мина, — она начала его после вашего отъезда, по вашему же примеру; в нем она упоминает о некоторых событиях в своей жизни и говорит, что вы ее спасли. Это навело меня на некоторые предположе­ния, и я пришел вас просить рассказать мне все, что вы помните.

— Я думаю, доктор, что смогу рассказать вам все.

— А, вот как! У вас хорошая память на факты и детали? Это не всегда встречается у молодых дам.

— Нет, доктор, дело не в памяти, просто я записы­вала все и могу вам показать, если хотите.

— Я буду очень благодарен; вы окажете мне боль­шую услугу.