Мои родители погибли, когда мне было шестнадцать, и мне пришлось переехать к своей тете в чужой город. У нее не было детей, поэтому всю свою любовь и заботу она обрушила на меня. Бесчисленное количество подарков, придуманные ею семейные праздники не могли заглушить моих страданий.
Теплый июльский день в самом разгаре. Моя тетя вытащила меня на пляж нашего маленького озера, которое больше напоминало болото, да и пляж можно было бы назвать песчаным островком среди травы размером три на три. Я не хотела ее расстраивать, потому что знала, что она переживала. Она часто спрашивала о моей личной жизни, есть ли у меня мальчик. Вся ее голова была забита этим. Она пыталась даже завести разговор на тему презервативов… это было очень неловко. Что такое презерватив я знала лет с двенадцати, а о сексе и еще раньше, но сама попробовать этого не слишком-то хотела. Читая мысли других девушек про секс, я узнавала все больше нового и интерес пропал сам собой. Тем более, о каком сексе может идти речь, если я наперед предугадываю каждое действие парня, знаю, о чем он думает? Я даже и об отношениях не мечтала: одни — короли своей жизни с высоко поднятой головой думали о том, с кем сегодня провести ночь так, что бы их жены или же девушки ничего не просекли, другие — долбанные нытики, которые бояться и шагу ступить, перебирая в мыслях «не обидеться ли она если подарить ей три розы, а не пять». Поэтому, прости меня, тетя, но я предпочитаю оставаться одна, и дело ни в том, что мне никто не нравится, а в том, что я не смогу ужиться с человеком. Если бы я знала, что именно этот день так сильно все перевернет… я бы все равно поступила также.
Тетя Франсуаза купила нам мороженное, после чего мы расстелили большой зеленый плед, бросили на него сумки и одежду и направились к воде. Не смотря на хорошую погоду, стоявшую уже две недели, вода в нашем болоте прогреться не успела.
— Джози, я все-таки хочу еще раз поговорить с тобой насчет института.
— Начала моя родственница.
— Пожалуйста, не надо, я уже все решила!
— Перебила ее я, смотря по сторонам. Я отстраивала каменную стену у себя в голове, чтобы не слышать ее мысли. Я и так все знала. Она думала, что я бегу от нее, что мне плохо рядом с ней. Поэтому я поступаю в институт на другом конце города.
— Но ты же не сможешь приезжать домой, Джози!
— Она смотрела на меня большими глазами, полными надежды.
— Ну пойми же ты, мне важно получить именно ЭТУ профессию! Я буду приезжать каждый выходной!
— Повысив голос, пообещала я.
Франсуаза замолчала, но на этом она не успокоилась. Она продолжала выстраивать план, как оставить меня дома. Я вошла в воду и отплыла от берега ближе к середине. Нырнув под воду, я вдруг услышала мысли мужчины, проплывавшего недалеко от меня. Он думал о девочке на берегу, о том, что у нее красивые ноги и крепкие бедра. Я выплыла из под воды из-за нехватки воздуха, отчего мужчина явно испугался. Заглянув в его старое лицо, я уловила на себе одобрительный взгляд и фразу «тоже не плохой вариант». Вариант для чего, блин?
Вернувшись на берег к своей тете, я начала пристально наблюдать за этим самым мужчиной. Он сидел не далеко от нас и все смотрел на девочку лет двенадцати. Народу на пляже было много, но именно этот мужчина привлек мое внимание. Я зачем-то собрала весь свой талант на его мыслях, наблюдая, как он прожигает несчастное тело подростка. В скором времени его мысли стали мне понятны. Он безумно хотел малолетку. Хотел настолько, что не мог усидеть на месте. Успокоив себя мыслью о том, что на пляже слишком много народу, и этот педофил при всех на нее не кинется, я легла на плед и расслабилась, отключая свое сознание от мыслей надоедающих мне людей. Вскоре я увидела, что к этой девочке подошли родители. Мне показалось, что теперь все будет хорошо и я перестала наблюдать, перевернувшись спиной к солнцу в надежде на ровный загар.
Через полчаса я снова услышала мысли мужчины «может сейчас получится». Вскочив с места, я нашла девочку взглядом. Она стояла около воды и собиралась купаться, думая о красивом месте в заливе.
Я знала, что в заливе не бывает людей, поэтому если она поплывет туда, то этот старый извращенец поплывет за ней. И там он сможет совершить ту гнусность, которую задумал.
— Запарилась, пойду поплаваю.