Дьяволица

Кое-как забросав труп ветками, он посмотрел вокруг. Темнота к тому времени поглотила собой все окрестности. Если даже где-то рядом есть тропинка, увидеть её было теперь невозможно.

Последними словами Григорий ругал себя за то, что не догадался взять фонарик. Эх, знал бы, что всё так обернётся!… Тогда бы он в жизни не потащился в этот чёртов лес!

Где-то вдалеке послышался протяжный вой.

«Волки!» — подумал Гришка с ужасом.

Ему вдруг представилось, как они всей стаей набрасываются на него, безоружного, одинокого. И некому ему помочь.

Впрочем, нет, успокоил он себя в следующую минуту, у него ещё есть шанс. Волки, по-видимому, учуяли запах крови. Манькиной крови. Значит, они скоро придут сюда… Главное, самому убраться отсюда поскорее. Маньке уже всё равно… Луна, полная и зловещая, взошла над лесом. В её свете деревья казались ужасными великанами, затаившимися, чтобы схватить жертву бесчисленными ветвями-щупальцами. Гулко заухала сова. В какой-то момент Григорию почудилось, будто вместо «угу» она кричит«убью».

Но вдруг… Мужчина сначала подумал, что ошибся. Ветер, несколько поутихший, донёс до него запах жареного мяса. Кто-то жарит шашлыки. Среди ночи? Возможно ли?

— Ау! Ау! Люди! Я здесь!

— Ау! — неожиданно откликнулся женский голос.

Не разбирая дороги, Григорий из последних сил понёсся туда, откуда услышал отклик.

— Ау! — крикнул он ещё.

На этот раз откликнулись с другой стороны. Ничего не соображая, он помчался обратно.

«Да что ж это за деревья, чтоб им пусто было!» Они как будто придвигались плотнее друг к другу, нарочно, чтобы ночному путнику тяжелее было пробираться.

— Ау! Ау! — неожиданно раздалось где-то справа.

Кряхтя и ругаясь, мужчина устремился туда. Тотчас же его окликнули слева.

— Да где же вы, чёрт побери? — зашептал несчастный.

— Я здесь.

Григорий обернулся. Среди деревьев в лунном свете стояла девушка. Её лицо показалось Григорию смутно знакомым. Словно где-то он её уже видел. Только где, вспомнить не мог. Одета она была несколько странно: вязаный оранжевый жакет поверх бирюзового платья, почему-то с одним рукавом. Вместо туфель или босоножек — домашние тапочки. Дополняла весь этот ансамбль высокая причёска, утыканная… вязальными спицами. Такую же спицу с нанизанными шашлыками она держала в правой руке… Рука!

Увидев её, Григорий дёрнулся, но тут же больно ударился об дерево.

Только сейчас он почувствовал, что проклятые деревья сжимают его со всех сторон. А он заперт между ними, как зверь в клетку.

Девушка, заметив его испуг, улыбнулась:

— Есть хочешь?

Григорий вдруг понял, что зверски проголодался.

— Бери, ешь, — той же рукой, что утопила Серёгу, бестия протянула ему спицу с шашлыками.

С минуту мужчина поколебался: можно ли брать еду из рук нечисти без последствий для себя? Но в конце концов, голод взял своё.

Шашлык показался ему весьма неплохим. Интересно, что это за мясо? Вкус какой-то необычный.

— Ну что, вкусные у тебя друзья?

— Что?! — закричал Григорий.

Спица выпала из его трясущихся рук.

— Ну а чё? Они уже всё равно покойники. Столько мяса пропадает! А я мечтала отметить свой день рождения на природе, с шашлыками.

— Слушай, ну а это, людей убивать зачем?

— А меня ты зачем убил?

Григорий уставился на бестию в недоумении.

— Чё, не помнишь Куликову Анну?

Анна Куликова… Точно. Григорий тут же вспомнил, где её видел. Год назад, как раз после митинга на Болотной. Она открыла дверь квартиры, куда он вместе с Коляном пришёл арестовывать хозяйку. Девушка с испугу не поняла, что происходит — стала сопротивляться. И он её застрелил. На глазах у подружки… Машки, Наташки — как её там звали?

— Её звали Дашка, — подсказала бестия, прочитав её мысли.

— Впрочем, её и сейчас так зовут. Как она, кстати, в сексе?

— Анька… Не может быть! Ты же умерла! Я сам тебя убил!

— Кто с этим спорит? Да, ещё ты ошибся домом. Не была я на Болотной. Я вообще не хожу по митингам. И Дашка тоже.

— Анька, пожалуйста, отпусти меня, — Григорий чуть не плакал.

— Я не хочу умирать! Пожалуйста!

— Верю, — усмехнулась девушка.

— Охотно верю.

Медленно, словно наслаждаясь прелюдией к страстному свиданию, она вытащила из своей причёски одну спицу… Последнее, что увидел Григорий — блеск острия, летящего ему в грудь… На поляне было тихо и безветренно. Соперничая со светом луны, горел костёр. Около него сидела девушка в бирюзовом платье, с длинными распущенными волосами. Тонкими бледными пальчиками она нанизывала на спицы свежее мясо. Сегодня она именинница…