Джон Джордж Хейг и его «безотходное конверсионное производство»

Надо сказать, что это жажда самоутверждения преследовала Хейга неотступно и проявлялась в том числе на официальных допросах. О чем бы он не брался говорить Хейг — своей вере в Бога, неудавшемся мошенничестве с покупкой взятой напрокат автомашины, растворении тел в кислоте — он постоянно сбивался на один и тот же рефрен: «никто до меня не был способен на такое», «я — не такой, как все», «жизнь моя необычна, да и сам я — необычен!» и т. п. Когда Хейга попросиил подробнее рассказать о разработанном им способе растворения человеческих тел в кислоте, преступник даже не подумал о том, что рассказывая детали, он фактически дает информацию против себя самого. Куда там! Ему льстило чье угодно внимание и в любых проявлениях.

О разработке методики растворения человеческих тел Хейг рассказал примерно следующее: во время его последнего тюремного заключения один из сокамерников рассказал ему о принципе «corpus delicti». Хейг загорелся идеей «идеального убйства», т. е. такого убийства, при осуществлении которого доказать виновность будет невозможно в принципе. Как можно было уничтожить тело не оставив никаких следов органики? Либо сжечь тело, либо — растворить без остатка. Первый путь помешанный на чистоте Джон Хейг отверг сразу же как негигиеничный, а также весьма трудоемкий. Чтобы изучить второй способ, он записался в тюрьме в помощники мастера по лужению. Поскольку при лужении и пайке для снятия с металлов окисной пленки используются сильные кислоты, то работа по этому профилю открывала перед Хейгом вполне благовидный к ним доступ. Понемногу утаивая серную кислоту, он сумел накопить ее несколько десятков грамм, после чего решился на первый эксперимент — растворение мыши. Купив у соседа по камере живую мышь, Хейг опустил ее в блюдце с кислотой. Эффект превзошел все его ожидания: органическая ткань растворялась в серной кислоте словно чернила в воде. С мышиными косточками дело обстояло несколько хуже, но и они довольно быстро растворились без остатка. Полное растворение мыши потребовало менее 30 минут.

Под глубоким впечатлением от сделанного открытия, Хейг с энтузиазмом, достойным лучшего применения, принялся за совершенствование методики. Вскоре заключенные со всей тюрьмы несли ему пойманных мышей, а он скупал их не особенно торгуясь. Кислоту он тоже начал покупать у лудильщиков из других смен. В конце — концов, разработанная Джоном Хейгом технология свелась к следующим довольно незатейливым правилам: а) масса кислоты д. б. не менее массы растворяемого тела; б) сильно концентрированная кислота взаймодействует с органическими тканями не так активно, как менее концентрированная; в) слабый подогрев увеличивает активность реакции; г) перемешивание слоев жидкости также увеличивает скорость протекания реакции; д) для полного растворения человеческого тела обычной комплекции при достаточном количестве кислоты потребуется около двух суток.

Выйдя на свободу, Хейг озаботился подготовкой базы для совершения задуманного им «идеального» убийства. Он арендовал подвал в доме N 79 по Глочестер — роад в Лондоне и начал завозить туда скупаемую небольшими партиями серную кислоту. Сначала он действовал, по его словам, не очень активно, но после автомобильной катастрофы, в которую Хейг попал весной 1944 г., он получил стимул для реализации своих планов. На допросах он уверял полицейских, что потеряв сознание после столкновения машин, имел видение окровавленного Иисуса Христа и деревьев без листвы, с веток которых капала кровь; с этого момента он начал грезить, воображая будто пьет человеческую кровь. Стремление к вампиризму стимулировало подготовку убийства.

Жертву он нашел почти случайно. Переходя улицу в районе Кенсингтон, Джон Хейг неожиданно повстречал Уильяма Дональда Максвена, своего старого знакомого. Они познакомились еще в 1936 г., когда Хейг вышел на свободу после своей первой отсидки и, лишившись поддержки «плимутских братьев», уехал в Лондон в поисках работы. Уильям Максвен был директором «луна — парка», который принял на работу Хейга в качестве шофера.

Они подружились, Хейг быстро был повышен до менеджера, а потом заместителя директора. Максвен познакомил его с родителями, на которых молодой Хейг произвел очень хорошее впечатление. Когда Джон оставил «луна — парк» для того, чтобы организовать собственный бизнес, Максвен был чрезвычайно расстроен.