Его согласие, моё подчинение

Эти слова. Они начали звучать в моей голове по нескольку раз и с каждым этим разом, пульс повышался. Это давало понять оборудование, что передавало его на экране со звуком.

Мама мертва? Нет, нет. Этого не может быть. Это бред. Нет. Пожалуйста нет!

Звук повышался, Бен подскочил со стула и выбежал за дверь позвав врача. Больше я вокруг ничего не замечала. Одна мысль о том, что мамы больше нет… Слезы потекли. Банально потекли в очередной раз.

Всё. Вот и правда конец. Никого больше нет. Аки. Генри. Мама. Все покинули меня. Я одна. Одна.

Врачи вкололи девушке лекарство, которое повлияло на неё как снотворное и та провалилась в глубокий сон. Лишь через пару часов, Изуми очнулась.

И почему я проснулась?

В этом сне, я видела всех живыми. Господи, как же я начинаю ценить те моменты, когда ошибочно думала что «одинока». Ведь в то время у меня была мама, потом появилась Аки. Аки не стало, но был рядом Генри. Я была дурой, что не ценила это и вот лишь потеряв всех, начала… начала ценить то каждое мгновенье проведённое с ними. Ту минуту, секунду. Пусть незначительную, но я была с ними. Обнимала, разговаривала, смеялась. Теперь этого больше не произойдёт. Настало именно то, чего я боялась больше всего. Одиночество. К которому я не готова.

У меня в палате никого не было. На окне были завешаны шторы, что говорило о ночном времени. На стене висели часы, взгляну на них, я увидела что было 18:30. Глубоко вздохнув, я пошевелила рукой. Сначала мне это давалось с трудом, но после я смогла чувствовать каждый свой палец и приподняв руку, отцепила каждый предмет, подключенный ко мне. Вытащила иглы и бросила их на пол. Руки были свободными, пошевелив ими и приподняв, я начала снимать маску. Сделала вдох и избавилась от неё. Всё-таки дышать настоящим воздухом куда легче, хотя на самом деле я чувствовала хрип и дыхание оказалось наоборот, тяжёлым. Ноги были в бинтах, как и талия. Значит переломы.

Осмотревшись, я опять заметила тумбочку. Цветы всё также стояли, а под ними я заметила дверцу. Опустив руку, я открыла её и медленно начала приподнимать корпус. Хотя это мне давалось с невероятной болью. Наконец приняв сидячее положения, я заглянула во внутрь тумбочки. На первой полочке лежали шприцы, различные лекарства, таблетки и бутылочки, на второй оказались скальпель, щипцы, вата и ещё одна партия уколов. Меня больше привлёк скальпель.

Суицид? Лучшее лекарство от одиночества.

Дотянувшись до скальпелей, я взяла один в руку, а после закрыла дверцу. Моё взгляд упал на него, на его острие. Я никогда раньше не задумывалась об самоубийстве. Всегда считала это бредом, не принимала во внимание, но сейчас оказалась на месте самоубийц. Я понимаю их боль, понимаю их мотивы на этот поступок. Потеря близких и родных. Я не видела себя в этом мире. Я потеряла какой-либо смысл. А раз так…

Моя рука сжала скальпель и провела лёгкий надрез вдоль вен. Боль я практически не почувствовала. Возможно боль душевная сильней. Вздохнув. Я провела ещё один порез сделав его как можно глубоким. Сначала кровь сильно так не шла, но после я задела вену и перерезав её закончила надрез. Отложив скальпель, я легла и взглянула на потолок. Кровь текла достаточно быстро, каждый вздох давался мне с трудом пока я не начал его глотать. Я чувствовала как теряю сознание, а кровь выливалась «потоками» из вен. В комнате послышались шаги. Передо мной появился Бен. Он стоял надо мной и улыбался. После, его внешность начала меняться. Глаза стали пустыми, волосы более короче, кожа бледная и слегка прозрачная.

— Я поздравляю тебя Изуми Ито. Ты прошла мою игру. Честно сказать, мне понравилось играть с тобой больше, чем с другими. Я ведь даже, чуть действительно не влюбился в тебя. Что ж, хочу сказать тебе спасибо. Ты многое показала мне в жизни, отныне я знаю как буду поступать дальше.

Я не понимала о чём он говорит и о какой игре идёт речь. Жизнь покидала меня. Бен нагнулся и прикоснулся своими губами к моим. Последний прощальный поцелуй.

Мама, Аки, Генри… Я уже иду к вам.