Ехидные драбблы и микрофики по Поттериане

Идиллию нарушила с грохотом открывшаяся дверь. Тут же раздался дикий визг и хохот.

Эванс судорожно спрятала лицо на груди у Северуса. Блэк тыкал пальцем в парочку, а другой рукой держался за живот, разыгрывая неудержимое веселье.

— Ох, держи меня, Джимми! Ты посмотри, Нюниус нашел себе подружку! Какая классная парочка! Ты видел, нет, ты видел, как он шел по перрону в этой своей мантии? Ну, просто настоящая летучая мышь-переросток! Да еще и тут такой сюрприз — наша мышка нашла себе чудную пару — толстую жабу! Вы просто фантастически смотритесь вместе! Ах, ах, какая любовь! — кривлялся Сириус, посылая во все стороны воздушные поцелуи и чмоки. Через его плечо заглядывали гогочущий Поттер, Люпин и мерзко хихикающий Петтигрю.

— Ой, а можно нам посмотреть, кого именно Нюня выбрал себе в дамы сердца? Прекрасная леди, покажите нам свое обворожительное личико, и я положу к вашим ногам весь мир! — паясничал Блэк, делая вид, что собирается встать на колени.

У Лили лопнуло терпение, и она резко встала, отпихнув Северуса. Блэк все еще хихикал, а Поттер внезапно замолчал, узнав однокурсницу-гриффиндорку.

— Блэк, десять баллов с Гриффиндора! За то, что устроили дебош в вагоне и не соблюдали тишину! Я все еще староста, вы не забыли? — издевательски провозгласила Лили.

— Что-о-о-о? Э-э-э-ванс… ты, что ли? Вот Мордред, не узнал… Да что с тобой? Тебя Нюнчик заколдовал, что ли? Может, тебя поцеловать надо, чтобы ты из жабы… — тут Сириус охнул и схватился за низ спины, по которому ему отвесили сильный пинок. — Ладно, мы пошли, оставайтесь тут одни… — и компания Мародеров молниеносно ретировалась.

— Ну все… теперь меня в покое не оставят, — опустилась обратно на сиденье Лили.

— Не переживай! Я буду с тобой. Всегда.

— Ты правда не оставишь меня одну?— Лили посмотрела на друга.

— Я же сказал — всегда! — Северус взял ее руку с обломанными и слоящимися ногтями и поцеловал, глядя прямо ей в глаза.

Лили опять заплакала…

Прошла неделя. Ученики постепенно втянулись привычную школьную жизнь, коридоры Хогвартса оглашали крики, шум и визг. Но чаще всего на переменах мелькали разноцветные лучи заклятий, которыми обменивались Снейп и все обидчики Эванс, позволявшие себе насмешки и издевки в ее адрес. К удивлению Северуса, преподаватели, застигавшие студентов за очередной дуэлью, редко наказывали его, по большей части они снимали баллы с противников, понимая, что драка возникла не на пустом месте и отнюдь не Северус начал ее — он, как выспренно высказался Гораций Слизнорт, всего лишь защищал честь девушки, дамы сердца! Мародеры странно притихли и не трогали его, а на днях Лили грустно рассказала ему, что услышала нечаянно в гостиной разговор неразлучной четверки…

Ретроспектива

— И что теперь, Сохатый? Ты ж не станешь по-прежнему ухлестывать за Эванс? Только не в ее нынешнем состоянии, не смеши меня! — пренебрежительно вещал Блэк, помахивая палочкой и запуская в воздух миниатюрных, величиной со снитч, гиппогрифов.

Поттер что-то неразборчиво пробурчал.

— Нет, ну я, конечно, понимаю, она тебе нравилась целых три года и все такое… но посмотри на это трезво — она стала жабой, настоящей жабой! Ты можешь себе представить, как ты появляешься с такой вот самкой огра в обществе? Да тебя все засмеют! И зря ты надеешься, что она станет прежней красоткой. Мери мне рассказала недавно, что на Эванс не действуют никакие лекарства и зелья. Это неизлечимо, Джим, смирись уже с этим.

Да и потом, что-то ты не торопился подойти к ней после того, что случилось. Что, эта образина уже не вызывает у тебя нежных чувств? — Сириус громко засмеялся. —Да я бы убежал от такой сразу же. Я ж не собираюсь разводить троллей, а от такой только троллята и родятся! — он захохотал, ему визгливо вторил верный Питер. Люпин, нахмурившись, уставился в книгу, но ничего не сказал, как всегда.

— Вообще, я еще понимаю, взять такую как Эванс, без денег, без связей, можно за красоту! А сейчас, в своем нынешнем виде, она вся и кната не стоит, даже на ингредиенты Нюнчику не сгодится, — цинично заключил Блэк.

У Поттера наконец прорезался голос.

— Мерлин, Сири, я сам уже сто раз покаялся, что раздавал ей авансы в прошлом году… А если б она согласилась со мной в Хогсмид пойти? Как бы я потом отвязался? Кто ж знал, что красавица превратится в чудовище, как в той сказке… Сиськи Морганы! Представь, появиться с такой на приеме где-нибудь в Министерстве… Меня сразу же оштрафуют за то, что я не содержу в надлежащих условиях темное существо, — Джеймс хрипло засмеялся, потом прокашлялся. — Думаю, надо приударить за Мери, или за Моникой, они ничего так, довольно миленькие. Во всяком случае, родители меня не проклянут, если я их приведу к ним знакомиться. Да и родословная у них вроде в порядке. Для моей дальнейшей карьеры это все-таки немаловажно, как ты считаешь?