Опавшая листва шуршала под ногами, трава уже совсем сошла а ночью были небольшие морозы, но пока снег не выпал можно было копать, чем я и занимался, спрятав велосипед в заброшенном доме осмотрев чердак. Мои коллеги уже вынесли все что могло представлять хоть какую-то ценность…
6 мин, 21 сек 12241
У меня было два дня выходных, и я решил закрыть сезон удачным копом, раньше я копал исключительно «по-старине» но однажды поднял нечаянно жмура, передал поисковикам мне повезло и его опознали тем самым я внес свой вклад в память великой победы, с тех самых пор я выхожу на коп исключительно«по войне». Да и в общем работа с ВОПами это сродни наркотику попробовал раз и не бросишь никогда. Короче я тот, кого называют черным копателем, и откровенно сказать я сам так себя позиционирую. По каким причинам? думаю, что читателю будет малоинтересно он ведь зашел сюда почитать страшилки, а не срывать занавес тайны с мира военной археологии, их же в запасниках «черного поисковика» навалом. Короче поставил я свой велосипед в брошенном доме, собрал прибор, расчехлил лопату, щуп и пошел ширится в близлежащий лес.
Еще не дойдя до леса, на одной кочке я поймал четкий сигнал, пнув её ногой, обнаружил, что это немецкий касон в весьма бодром сохране, с дырой от пули и, самое главное, сохраненном обвесом. Видать местная почва весьма хорошо сохраняет железо, полюбовавшись на родную краску и на остатки мозгов её прошлого владельца, радуясь хорошему сохрану трофея, я закинул её в шмотник. Начал звонить местность прибором, тут же рядом оказался и её владелец, его лежак был в полуметре от каски, верховой жмур, ефрейтор вермахта, пещанная почва копалась легко, тело сохранилось хорошо, несмотря на время, этакая мумия, остатки формы. Хорошенько ободрав жмура, я наконец-то нашел его смертный медальон, он был целым, то есть это значит, что этот боец значится пропавшим без вести, а следовательно я только что нашел около двухсот баксов, я думаю что примерно столько мне заплатит общество ветеранов вермахта. Плюс нагрудный знак за ранение, погоны, пряжка с «курицей», короче, я уже неплохо заработал.
Скрупулезно укладывая кости в мешок, организовывая временное захоронение, изготавливая березовый крест, я вспомнил одного своего товарища, который был любитель наклеить марку ЛСД, когда выбивал лежаки, представляю, что ему мерещилось, вообще нормальным людям, наверное, такое занятие покажется просто пиздец как непривлекательным, но мне нравится, а мой товарищ филателист, не считает себя наркоманом а чем-то вроде шамана, а ЛСД для него что-то типа проводника в мир мертвых. Я один раз видел, как он разговаривает с поднятым из гычи черепом, ржал долго. А друг обиделся, сказал, что я циничный придурок и просто не хочу слушать мертвых. Я ему возразил, что он просто упоротый наркоман и нечего отвлекаться от важного дела, не дай бог какую кость пропустим, и боец не весь в братскую могилу попадет.
Короче, закончив с ефрейтором, я, посмотрев на время, убедившись, что до заката еще около трех часов, отметив на карте место захоронения, побрел дальше, времени было мало преступно его просто так расходовать.
На опушке я без труда нашел позиции. Через семьдесят лет окопы только проросли деревьями, в остальном выглядели так же, как и через 3 года после войны. Остатки бетонного дота ощетинились ржавой арматурой. Прозванивая вал перед окопом, я поднял немного настрела моськи, в остальном тут было уже все выбито, увидел картину: относительно свежая яма глубиной пол метра и сверху на куче отвала гильза охотничьего патрона, улыбнувшись чужой неудаче, я погнал дальше. Невдалеке обнаружилось костровище, меня разбирало любопытство, я подошел и осторожно рукой разгреб холодные угли и залу, из-под них показалось головка взрывателя, пробубнив под нос «вот суки», извлек мину, это был немецкий «полтишок» с пластмассовым взрывателем. Через семьдесят лет пластмасса уже теряет прочность и при разборе может треснуть, разойтись, освобождая стопорные шарики и«папироса» весело наколет капсуль детонатора, по сравнительным испытаниям 1 из 3 взрывателей даже через 70 лет остаются вполне рабочими. Грубо говоря, при разборе шансы зажмурится 1 к 3. Подумав, что я еще молод, не стал разбирать, но и оставлять её нельзя было, так как в лес могут придти туристы с детьми и тогда уже трагедии не избежать.
Если кого интересует, как она вообще попала в костер, отвечу, это духи войны до сих пор хотят крови ууууу… Шучу, есть такие копалы, которые минируют свои и не только кострища, чтобы таким нехитрым способом избавится от конкурентов, в лесу бояться надо не мертвых, они не кусаются, а если кусаются, то не больно, а живых, на эту уловку клюют в основном новички.
Тем временем незаметно наползал туман а солнце неумолимо катилось к горизонту. С ВОПом надо было что-то делать. Начинка тола в нем в принципе при равномерном нагреве плавится, даже я не раз выплавлял на костре такие мины, но взрыватель явно представляет угрозу. Я решил подорвать «полтишок» обложив его хворостом, добавив чуть бензина я уже хотел поджечь. За спиной раздался, звук похожий на то, что издает одна серая невзрачная птичка, но было в нем что-то неправильное, машинально обернувшись на звук, думая какую птичку пне придется напугать взрывом. Но вместо птички я увидел его.
Еще не дойдя до леса, на одной кочке я поймал четкий сигнал, пнув её ногой, обнаружил, что это немецкий касон в весьма бодром сохране, с дырой от пули и, самое главное, сохраненном обвесом. Видать местная почва весьма хорошо сохраняет железо, полюбовавшись на родную краску и на остатки мозгов её прошлого владельца, радуясь хорошему сохрану трофея, я закинул её в шмотник. Начал звонить местность прибором, тут же рядом оказался и её владелец, его лежак был в полуметре от каски, верховой жмур, ефрейтор вермахта, пещанная почва копалась легко, тело сохранилось хорошо, несмотря на время, этакая мумия, остатки формы. Хорошенько ободрав жмура, я наконец-то нашел его смертный медальон, он был целым, то есть это значит, что этот боец значится пропавшим без вести, а следовательно я только что нашел около двухсот баксов, я думаю что примерно столько мне заплатит общество ветеранов вермахта. Плюс нагрудный знак за ранение, погоны, пряжка с «курицей», короче, я уже неплохо заработал.
Скрупулезно укладывая кости в мешок, организовывая временное захоронение, изготавливая березовый крест, я вспомнил одного своего товарища, который был любитель наклеить марку ЛСД, когда выбивал лежаки, представляю, что ему мерещилось, вообще нормальным людям, наверное, такое занятие покажется просто пиздец как непривлекательным, но мне нравится, а мой товарищ филателист, не считает себя наркоманом а чем-то вроде шамана, а ЛСД для него что-то типа проводника в мир мертвых. Я один раз видел, как он разговаривает с поднятым из гычи черепом, ржал долго. А друг обиделся, сказал, что я циничный придурок и просто не хочу слушать мертвых. Я ему возразил, что он просто упоротый наркоман и нечего отвлекаться от важного дела, не дай бог какую кость пропустим, и боец не весь в братскую могилу попадет.
Короче, закончив с ефрейтором, я, посмотрев на время, убедившись, что до заката еще около трех часов, отметив на карте место захоронения, побрел дальше, времени было мало преступно его просто так расходовать.
На опушке я без труда нашел позиции. Через семьдесят лет окопы только проросли деревьями, в остальном выглядели так же, как и через 3 года после войны. Остатки бетонного дота ощетинились ржавой арматурой. Прозванивая вал перед окопом, я поднял немного настрела моськи, в остальном тут было уже все выбито, увидел картину: относительно свежая яма глубиной пол метра и сверху на куче отвала гильза охотничьего патрона, улыбнувшись чужой неудаче, я погнал дальше. Невдалеке обнаружилось костровище, меня разбирало любопытство, я подошел и осторожно рукой разгреб холодные угли и залу, из-под них показалось головка взрывателя, пробубнив под нос «вот суки», извлек мину, это был немецкий «полтишок» с пластмассовым взрывателем. Через семьдесят лет пластмасса уже теряет прочность и при разборе может треснуть, разойтись, освобождая стопорные шарики и«папироса» весело наколет капсуль детонатора, по сравнительным испытаниям 1 из 3 взрывателей даже через 70 лет остаются вполне рабочими. Грубо говоря, при разборе шансы зажмурится 1 к 3. Подумав, что я еще молод, не стал разбирать, но и оставлять её нельзя было, так как в лес могут придти туристы с детьми и тогда уже трагедии не избежать.
Если кого интересует, как она вообще попала в костер, отвечу, это духи войны до сих пор хотят крови ууууу… Шучу, есть такие копалы, которые минируют свои и не только кострища, чтобы таким нехитрым способом избавится от конкурентов, в лесу бояться надо не мертвых, они не кусаются, а если кусаются, то не больно, а живых, на эту уловку клюют в основном новички.
Тем временем незаметно наползал туман а солнце неумолимо катилось к горизонту. С ВОПом надо было что-то делать. Начинка тола в нем в принципе при равномерном нагреве плавится, даже я не раз выплавлял на костре такие мины, но взрыватель явно представляет угрозу. Я решил подорвать «полтишок» обложив его хворостом, добавив чуть бензина я уже хотел поджечь. За спиной раздался, звук похожий на то, что издает одна серая невзрачная птичка, но было в нем что-то неправильное, машинально обернувшись на звук, думая какую птичку пне придется напугать взрывом. Но вместо птички я увидел его.
Страница 1 из 2
