Вот уже тридцать лет, небольшой городок медленно уходит под песок, что беспрестанно приносит горячий ветер из сердца раскаленной пустыни. Окраины давно уже скрылись под пологими и сыпучими барханами, на которых росла редкая верблюжья колючка и жалкие кустики саксаула с редкими вкраплениями уродливо торчащих бетонных плит и причудливо изогнутой арматурной сетки. Городскому центру повезло несколько больше — если окраины большей частью состояли из самых старых трехэтажных, редко четырехэтажных кирпичных построек, то дальше шли дома повыше, построенные из массивных бетонных плит…
— Не знаю, дядь Андрей — пожал я плечами, насыпая в небольшой чайник пару щепоток заварки — По мне, так лучше чая ничего нет.
— Ну, каждому свое. Уговаривать не буду — мне же больше достанется — философски заметил Палыч — А чего это вид у тебя смурной такой? Случилось чего?
— Случилось — признался я — Дядь Андрей, тут такое дело… в общем наткнулся я на мертвеца — во втором микрорайоне в подвале пустующей пятиэтажки — ну и обобрал его. Шмот, оружие, рюкзак — все подчистую унес.
— И что? — удивленно приподнял бровь Палыч, тонкой струйкой наливая в стакан кипяток — Все так делают. Если ты не возьмешь, то другой уж точно мимо не пройдет. В чем проблема-то? Или это ты его в мертвецы определил? А?
— Да нет — поспешно открестился я — Он уже мертвый был, когда я на него набрел. Мертвее не бывает.
— Ну и все тогда — пожал плечами мастер — Найденные вещи осмотри хорошенько, если приметные или помеченные есть — в сторону их отложи, а остальное смело на толкучку неси. Что хоть нашел-то? Есть что стоящее?
Наморщив лоб, я прилежно принялся перечислять:
— Полный комплект камуфляжа песчаной расцветки — правда, есть пара дырок от пуль и кровью попачкан нехило. Но отстирать можно думаю. Потом еще ботинки новехонькие, рюкзак, огнестрел, пять запасных обойм, счетчик Гейгера, нож армейский, тушенка, несколько автоматных обойм…
С каждым следующим моим словом, брови Палыча ползли все выше, а когда я упомянул об автоматных обоймах, мастер, позабыв о кофе подхватился с места и кинулся к двери. Убедившись, что за дверью никого нет, он плотно прикрыл ее и уставившись на меня напряженным взглядом, просипел:
— Ты кого обобрал, сынок? Не того ли чужака, что прошлой ночью запропастился куда-то?
— Похоже на то — кивнул я — Я того мужика особо не разглядывал, но если судить по прикиду и оружию — он самый.
— Твою же так мать! — шепотом рявкнул Палыч — Ты даже не представляешь себе, в какое дерьмо вляпался! По самые ноздри! Его же все ищут! И наш Бессадулин и Пахан и приезжие чужаки! Так… ты кому-нибудь еще о своей находке говорил?
— Нет — твердо ответил я, глядя в глаза дядь Андрею — Ни единой душе.
— То, что с тела взял, спрятал надежно?
— Угу.
— Ты мне тут не угукай! Отвечай как следует! Надежно спрятал, спрашиваю?
— Надежно, дядь Андрей — отрапортовал я — Что я, вчера родился что ли? Сам не дурак, понимаю. Вещи никому не показывал, не предлагал купить, спрятал надежно, по дороге к схрону меня никто не видел… вроде как.
— Так вроде как, или точно никто не видел? — прицепился Палыч, почувствовав мою неуверенность в последних словах — А?
— Точно не знаю — признался я, виновато разведя руками — Если честно, то именно поэтому и дергаюсь. Я же как вещи его захапал, там словно сам не свой стал. Блин… даже и не знаю как объяснить! Руки трясутся, сердце колотится… надо было спокойно идти, не торопясь, а я рванул что есть силы… эх! — сплюнул я, злясь на самого себя — Сглупил! Не понимаю, что на меня нашло!
— Хе! — усмехнулся Палыч — Что нашло, что нашло… Мандраж на тебя нашел, Битум! Такое часто бывает — стоит человеку солидный куш захапать, так он будто ребенок малый становится, глупить начинает… Короче — дело дрянь! Остается только надеяться, что тебя никто не засек. Опять же, если кто и спросит — куда это ты мол намедни сломя голову бежал? — всегда отбрехаться можно. Скажешь…
— Да понятно — остановил я мастера на полуслове — Отмазаться сумею.
— Вот и ладно — удовлетворенно кивнул Палыч и отхлебнув глоток кофе, блаженно зажмурился — Ох… Лепота!
— А?
— Лепота, говорю, чурка ты необразованная! — буркнул старик — Вещи поглубже спрячь и забудь! Года так на два!
— На сколько? Дядь Андрей, а че так долго-то?
— Вещи больно приметные — досадливо прищурился Палыч — Меня слушай и не суетись. Сейчас все злые как черти, дерганные. Чужаки весь город взбаламутили. Теперь ждать надо, пока вся муть обратно на дно осядет. В общем, пока я тебе не скажу, вещи те даже и не трогай. Понял?
— Понял, дядь Андрей. Спрячу и забуду.
— То-то — удовлетворенно кивнул мастер и вновь зашебаршил ложкой в пакетике с кофе. Палыч он такой — теперь, пока все кофе не выпьет, не успокоится.
— Дядь Андрей, а что вообще происходит? — поинтересовался я, прихлебывая уже остывший чай — Кто они вообще такие? Откуда?
— О! Напомнил о самом главном — не расспрашивай никого о чужаках! Даже и нос свой любопытный не суй в эти дела — вмиг обрубят сопелку под самый корень! Живи как всегда — ходи на охоту, собирай луковицы, черепах.
Я лишь безмолвно кивнул, а Палыч понизил голос и заговорщическим голосом поведал:
— Русаки это.
— Что, прямо оттуда? — не поверил я.