Вот уже тридцать лет, небольшой городок медленно уходит под песок, что беспрестанно приносит горячий ветер из сердца раскаленной пустыни. Окраины давно уже скрылись под пологими и сыпучими барханами, на которых росла редкая верблюжья колючка и жалкие кустики саксаула с редкими вкраплениями уродливо торчащих бетонных плит и причудливо изогнутой арматурной сетки. Городскому центру повезло несколько больше — если окраины большей частью состояли из самых старых трехэтажных, редко четырехэтажных кирпичных построек, то дальше шли дома повыше, построенные из массивных бетонных плит…
— Да ладно вам, дядя Андрей. Здесь тоже жить можно. А там что сейчас творится, одному Аллаху ведомо.
— Это да — вздохнул Палыч — Нас-то война считай стороной обошла, а вот Россия у многих поперек горла стояла. Боюсь и думать что там от моей родной деревни осталось — она от Москвы почитай в двухстах километрах всего была. Наверняка одно пепелище выжженное чернеет… и вот как после этого в судьбу не верить? А? Я же аккурат за год до начала всего этого кошмара на родину возвращаться собирался. По переселению. Уже и контейнер приготовили, и объявление о продаже квартиры напечатали… ан не судьба значит…
— А почему не уехали-то, дядь Андрей? — полюбопытствовал я, хотя уже давно знал эту историю наизусть. В первый раз я ее услышал еще когда был совсем пацаном и когда мы вместе с Тимофеевичем приходили сюда чаю попить. Вернее, чаи гоняли старики, а я, высунув язык обтачивал зажатую в тисках железяку, пытаясь превратить металлический брусок в свой первый метательный нож… Давно это было…
— Так из-за денег, будь они неладны! — всплеснул руками Палыч — Я как заявление об увольнении на стол начальника кадров положил, так тот ажно побурел. «Не пущу!» — кричит и кулаком об стол бьет. А я ему в ответ — еще как пустите! Право такое имею! И давай мы с ним бодаться! Он меня и так обхаживает, и эдак, а я все на своем стою — не останусь и все тут, хоть режь меня, значит! Но, таки уговорил меня, черт старый, пусть земля ему будет пухом. Деньги ведь они завсегда нужны, даже сейчас и то, без них никуда.
— Это да — поддакнул я, нащупывая во внутреннем кармане куртки изрядно похудевший сверток с талонами и паханскими.
— Да только полгода я новой зарплате радовался-то. Дачу достроил, в квартире ремонт по новой сделал и на тебе! Конец света пришел! Все прахом пошло. Эх! Лучше бы я на те самые деньги кофе накупил! — в сердцах сплюнул Палыч и высыпал в стакан остатки кофейного порошка — Ну да это дело прошлое. Живы остались и ладно. Правильно ведь говорю?
— Правильно — подтвердил я и поторопился сменить тему — Дядь Андрей, а зачем они приехали-то?
— А кто их знает — с безразличием пожал плечами Палыч — Об этом пусть у главного нашего голова болит. А мне машину их подшаманить велели. Общее ТО и ПР провести.
— Чего провести? — с недоумением переспросил я.
— Технический осмотр и профилактические работы — важно объяснил мастер — Они же сколько тысяч километров отмахали на этом грузовике, да по бездорожью и пескам. А машина знатная! Такой ни у кого из наших нет. Ни у Пахана, ни у Бессадулина. Сначала Ракитин и разговаривать об этом не хотел, сами мол все сделаем, а как со мной парой слов перекинулся, так и добро дал. Доверился, значит! Понял, что я в машинах получше многих разбираюсь.
— Ракитин?
— Главный их — небрежно пояснил Палыч — И самый старший по возрасту, не намного моложе меня. Так! Я тебе что сказал? Забудь о чужаках! Понял?
— Да понял я, дядь Андрей, понял — заверил я мастера, но добился лишь того, что он раздраженно грохнул кулаком по столу, да так, что зазвенели все чашки.
— Да нет, вижу, что прям чешется у тебя в одном месте! Неймется! Сказал же — забудь! Не расспрашивай, не интересуйся и вообще, ты же на охоту собирался? Вот и иди себе с богом. Топай давай, а мне работать надо.
— Интересно просто — примирительно пробубнил я и залпом допил оставшийся чай.
— Чревато это! — фыркнул немного успокоившийся мастер.
— Угу — кивнул я, вставая из-за стола — Ладно, пойду я. Спасибо за чай, дядь Андрей.
Глава третья
Разговор с Хозяином ТЦ.
Выйти из мастерских удалось без проблем. Давешний охранник по какой-то причине отсутствовал, нагло оставив свой пост. Не иначе побежал за совком, чтобы убрать наваленную Сахой кучу. Оно и понятно — старший по смене не обрадуется, когда обнаружит, что охранник позволил использовать вверенный ему участок в качестве отхожего места.
Проскользнув к выходу из внутреннего двора, я последний раз взглянул на монстроподобный грузовик и неспешным шагом отправился к прилавкам, намереваясь прошвырнуться вдоль рядов и приглядеться к товару.
Это оказалось ошибкой.
Я как раз приценивался к солидному куску брезента, когда за моей спиной выросли двое вооруженных охранника, а третий подошел со стороны, и с размаху хлопнул меня по плечу.
— Битум?
— Он самый — осторожно отозвался я, стараясь держать руки на виду. Здесь они хозяева и не стоит давать им повод воспользоваться дубинкой.
— Пойдем. Хозяин хочет тебя видеть.
«Хозяин хочет меня видеть»… — мысленно повторил я услышанную фразу и невольно скривился, досадуя сам на себя. Надо было сразу мотать отсюда подальше, а не обходить прилавки. Мог бы и перебиться без нового брезента.