Вот уже тридцать лет, небольшой городок медленно уходит под песок, что беспрестанно приносит горячий ветер из сердца раскаленной пустыни. Окраины давно уже скрылись под пологими и сыпучими барханами, на которых росла редкая верблюжья колючка и жалкие кустики саксаула с редкими вкраплениями уродливо торчащих бетонных плит и причудливо изогнутой арматурной сетки. Городскому центру повезло несколько больше — если окраины большей частью состояли из самых старых трехэтажных, редко четырехэтажных кирпичных построек, то дальше шли дома повыше, построенные из массивных бетонных плит…
194 мин, 7 сек 11768
— Грязь не кровь, отмывается легко — хмыкнул Бессадулин, почесывая заросший черной щетиной подбородок — Садись.
Это уже прозвучало как приказ. Повиновавшись, я прошел несколько шагов вперед и опустился в низенькое и узкое пластиковое кресло. Ноги уткнулись в подбородок, а лицо оказалось на уровне письменного стола и теперь я смотрел на Бессадулина снизу вверх. Жутко неудобно. Теперь если что и вскочить то не успею.
Широкоплечий, но уже оплывший, с наметившимся животом. Годы берут свое. Годы и сытая жизнь. Уж ему-то в поисках жратвы по пустыне шарахаться не приходиться — все на подносе небось приносят, да с придыханием приятного аппетита желают.
— Что молчишь? — поинтересовался хозяин кабинета, вальяжно откинувшись на спинку кожаного кресла.
— Не знаю что говорить — откровенно признался я, разведя руками в стороны.
Стоящий за спиной старший охранник, тут же опустил жесткую ладонь мне на плечо и велел:
— Не ерзай!
— Не знаешь? — будто бы удивился Бессадулин — Хм… Тогда вот тебе намекающий вопрос — может ты обижен на меня чем?
— А? Что вы, Рашид Хасанович! С чего бы мне на вас обижаться?
— Вот и говорю — с чего бы это? — кивнул татарин, с деланным недоумением пожимая плечами — Но сам посуди — хороший охотник, регулярно приносит в город свежее мясо… но сдает на стороне. Нет бы зайти в гости, поинтересоваться у меня: Рашид Хасанович, свежего мяса купить не желаете? А я бы и купил, да в цене бы не обидел!… да только не приходит тот охотник, все к другим тащит. Вот и интересно мне стало, почему он со мной дел вести не хочет. Может не доверяет? Иль обиду какую затаил?
Услышав эти слова, я был настолько ошарашен, что первое мгновение у меня в голове была каша. Чтобы Бессадулин сетовал на отсутствие свежего мяса ящериц? Да он его не ест! Весь город знает, что хозяин ТЦ предпочитает видеть в своей тарелке баснословно дорогую говядину, на худой конец баранину, но уж точно не жесткое мясо рептилий! А если бы и захотел отведать того, чем питаются простые люди, то у него и своих охотников хватает.
Чушь! Чтобы столь большой человек велел привести к нему простого охотника и тратил на него свое время? Как говаривал Тимофеич — фуфло гонит.
Но не говорить же ему об этом… я человек простой, недалекий и даже глуповатый. Обычный охотник не способный заглядывать дальше завтрашнего дня.
— Я человек простой — постарался я улыбнуться как можно искренней и при этом не убирать с лица испуганного выражения — А вы человек большой. Меня к вам не пропустят, Рашид Хасанович. А так я бы с радостью! Самых жирных ящериц!
— Сейчас пропустил — напомнил мне Бессадулин, с интересом наблюдая, как я пытаюсь вывернуться.
— Сейчас привели, потому что вы меня видеть хотели — вежливо поправил я — И вели почему-то с охранниками. С тремя.
— Чтобы не убег по дороге — ответил за хозяин Седой.
— Услышь я, что Рашид Хасанович хочет меня видеть, то пришел бы сам — все так же вежливо ответил я.
И искренне. Потому что правда пришел бы — мне неприятности не нужны. Уж если хозяин ТЦ захотел меня видеть, то он от своего решения не отступится. А прятаться вечно не получится.
И Бессадулин мою искренность почувствовал — своим хитрым нутром, помогшим ему выжить и занять важное положение в новой послевоенной реальности. Неопределенно хмыкнув, татарин выдвинул ящик стола и достал пачку сигарет. Настоящих. Довоенных. Небрежно чиркнул бензиновой зажигалкой, подкурил и выпустив в мою сторону струю дыма, обманчиво мягким голосом произнес:
— Простой человек говоришь? А что ж ты тогда с Саидом из Шашлычной ручкаешься и чаи гоняешь? Он ведь человек не простой, а?
«Твою мать так-перетак! Откуда он знает?!»
— Саид Юрьевич? — удивленно переспросил я, делая вид, что собираюсь привстать. Седой тотчас придавил мою попытку в зародыше, но на это я и рассчитывал. Удалось сыграть удивление.
— Как его по батеньке, я не в курсе. Но да — тот самый Саид из Шашлычной. Что в десяти шагах отсюда.
— Так ведь он хозяин Шашлычной. Ему свежак всегда нужен, да и в цене не обижает. Но если вам надо — вы только намекните, только глазом моргните и я вам лучшую тушу приволоку!
— Ай, молодец, ай красавец — неожиданно рассмеялся Бессадулин, затрясшись всем телом — Горбатого лепишь так, что я чуть было не поверил. Этакий мелкий простодушный охотник. Тихоня трусливый…
— Но я и есть… — начало было я.
— Замолкни! — рявкнул татарин и я понял: все, шутки закончились.
— Я таких как ты навидался. Еще по той, довоенной работе, когда «золотым» батальоном командовал, что ГМЗ-2 охранял — жестко произнеся хозяин толкучки, с силой вдавливая окурок в кристально чистую пепельницу — С виду мышка серая, а внутри хитрая крыса скрывается! Не пытайся казаться глупее чем ты есть, Битум! Со мной не прокатит! Не прокатит!
— Рашид Хас…
— Тихо! — подавшийся вперед Бессадулин походил на разъяренного кабана — Я говорю!
Я безмолвно кивнул и замолк.
Это уже прозвучало как приказ. Повиновавшись, я прошел несколько шагов вперед и опустился в низенькое и узкое пластиковое кресло. Ноги уткнулись в подбородок, а лицо оказалось на уровне письменного стола и теперь я смотрел на Бессадулина снизу вверх. Жутко неудобно. Теперь если что и вскочить то не успею.
Широкоплечий, но уже оплывший, с наметившимся животом. Годы берут свое. Годы и сытая жизнь. Уж ему-то в поисках жратвы по пустыне шарахаться не приходиться — все на подносе небось приносят, да с придыханием приятного аппетита желают.
— Что молчишь? — поинтересовался хозяин кабинета, вальяжно откинувшись на спинку кожаного кресла.
— Не знаю что говорить — откровенно признался я, разведя руками в стороны.
Стоящий за спиной старший охранник, тут же опустил жесткую ладонь мне на плечо и велел:
— Не ерзай!
— Не знаешь? — будто бы удивился Бессадулин — Хм… Тогда вот тебе намекающий вопрос — может ты обижен на меня чем?
— А? Что вы, Рашид Хасанович! С чего бы мне на вас обижаться?
— Вот и говорю — с чего бы это? — кивнул татарин, с деланным недоумением пожимая плечами — Но сам посуди — хороший охотник, регулярно приносит в город свежее мясо… но сдает на стороне. Нет бы зайти в гости, поинтересоваться у меня: Рашид Хасанович, свежего мяса купить не желаете? А я бы и купил, да в цене бы не обидел!… да только не приходит тот охотник, все к другим тащит. Вот и интересно мне стало, почему он со мной дел вести не хочет. Может не доверяет? Иль обиду какую затаил?
Услышав эти слова, я был настолько ошарашен, что первое мгновение у меня в голове была каша. Чтобы Бессадулин сетовал на отсутствие свежего мяса ящериц? Да он его не ест! Весь город знает, что хозяин ТЦ предпочитает видеть в своей тарелке баснословно дорогую говядину, на худой конец баранину, но уж точно не жесткое мясо рептилий! А если бы и захотел отведать того, чем питаются простые люди, то у него и своих охотников хватает.
Чушь! Чтобы столь большой человек велел привести к нему простого охотника и тратил на него свое время? Как говаривал Тимофеич — фуфло гонит.
Но не говорить же ему об этом… я человек простой, недалекий и даже глуповатый. Обычный охотник не способный заглядывать дальше завтрашнего дня.
— Я человек простой — постарался я улыбнуться как можно искренней и при этом не убирать с лица испуганного выражения — А вы человек большой. Меня к вам не пропустят, Рашид Хасанович. А так я бы с радостью! Самых жирных ящериц!
— Сейчас пропустил — напомнил мне Бессадулин, с интересом наблюдая, как я пытаюсь вывернуться.
— Сейчас привели, потому что вы меня видеть хотели — вежливо поправил я — И вели почему-то с охранниками. С тремя.
— Чтобы не убег по дороге — ответил за хозяин Седой.
— Услышь я, что Рашид Хасанович хочет меня видеть, то пришел бы сам — все так же вежливо ответил я.
И искренне. Потому что правда пришел бы — мне неприятности не нужны. Уж если хозяин ТЦ захотел меня видеть, то он от своего решения не отступится. А прятаться вечно не получится.
И Бессадулин мою искренность почувствовал — своим хитрым нутром, помогшим ему выжить и занять важное положение в новой послевоенной реальности. Неопределенно хмыкнув, татарин выдвинул ящик стола и достал пачку сигарет. Настоящих. Довоенных. Небрежно чиркнул бензиновой зажигалкой, подкурил и выпустив в мою сторону струю дыма, обманчиво мягким голосом произнес:
— Простой человек говоришь? А что ж ты тогда с Саидом из Шашлычной ручкаешься и чаи гоняешь? Он ведь человек не простой, а?
«Твою мать так-перетак! Откуда он знает?!»
— Саид Юрьевич? — удивленно переспросил я, делая вид, что собираюсь привстать. Седой тотчас придавил мою попытку в зародыше, но на это я и рассчитывал. Удалось сыграть удивление.
— Как его по батеньке, я не в курсе. Но да — тот самый Саид из Шашлычной. Что в десяти шагах отсюда.
— Так ведь он хозяин Шашлычной. Ему свежак всегда нужен, да и в цене не обижает. Но если вам надо — вы только намекните, только глазом моргните и я вам лучшую тушу приволоку!
— Ай, молодец, ай красавец — неожиданно рассмеялся Бессадулин, затрясшись всем телом — Горбатого лепишь так, что я чуть было не поверил. Этакий мелкий простодушный охотник. Тихоня трусливый…
— Но я и есть… — начало было я.
— Замолкни! — рявкнул татарин и я понял: все, шутки закончились.
— Я таких как ты навидался. Еще по той, довоенной работе, когда «золотым» батальоном командовал, что ГМЗ-2 охранял — жестко произнеся хозяин толкучки, с силой вдавливая окурок в кристально чистую пепельницу — С виду мышка серая, а внутри хитрая крыса скрывается! Не пытайся казаться глупее чем ты есть, Битум! Со мной не прокатит! Не прокатит!
— Рашид Хас…
— Тихо! — подавшийся вперед Бессадулин походил на разъяренного кабана — Я говорю!
Я безмолвно кивнул и замолк.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 23 из 54
