Эликсир жизни

И тут в какой-то момент возник порыв волшебного ветра — тыквы погасли, и все погрузилось в непроглядную тьму. Гермиона невольно вцепилась в плечи Тома. Он ли был виноват? Как типично. Тот же самый ход с темнотой! Почему она не поинтересовалась составом изобретения у близнецов Уизли?! Девушка уже собралась было послать сигнал Люпину, но в этот миг послышался леденящий душу смех, и в зал высыпала стайка скелетов. Гробовое молчание сменилось взрывом хохота, когда светящиеся живые мощи заплясали среди учеников. В темной бездне потолка-неба замерцали разноцветные звездочки. Гермиона растерянно смотрела на веселящихся скелетов и не знала, что и думать. Джон говорил, что какое-то шоу было в программе праздника, но осталось ли оно в первоначальном виде?

Вслед за ожившими останками в зале появились магические животные. Гермиона чуть не пригнулась, когда над головой пролетел гиппогриф. Все перемешалось, и в неровном свете огней трудно было различить, где кто находился, кто являлся живым существом, а кто — праздничной декорацией. На месте Риддла девушка выбрала бы именно эту часть бала для нападения. К Гермионе и Тому подскочил скелет, схватил их за руки и потащил в центр группы танцующих. Теперь волшебные творения не светились и лишь иногда вспыхивали флуоресцентным сиянием.

— Я отлучусь на минутку, — наклонившись к девушке, шепнул Риддл. И с легкой угрозой прибавил: — Только ты никуда не уходи.

Гермиона похолодела. Пробормотав: «Конечно», она с тяжелым сердцем проводила Тома взглядом. В мерцающем свете он выглядел взрослее, серьезней и, нужно было признать, красивее. Когда парень растворился в темноте, его подруга сразу же бросилась к Люпину. Тот танцевал с кареглазой девушкой, которая, судя по всему, и являлась объектом его тайной страсти. Конечно, Гермионе стало совестно прерывать такой момент, но приоритеты были выставлены заранее. Она медленно прошла мимо танцующей пары и незаметно подергала Джона за рукав.

— Похоже, сейчас что-то произойдет, — заметила она, когда Люпин нагнал ее на пути к выходу. — Где остальные?

— На своих местах, — пожал плечами Джон. — Но ты права, момент подходящий. Интересно, где твои приятели?

— Неужели даже сейчас ты думаешь только о факультетской вражде? — покачав головой, тяжело вздохнула Гермиона. — Вот потому это безумие и не прекращается. Каждый видит не дальше собственного носа… Лучше скажи, у лестницы кто-то есть?

— Конечно, — кивнул Люпин. — Все по плану.

И тут свет окончательно погас, вновь раздался ужасающий смех, который подхватили все присутствующие фантасмагорические твари. Атмосфера улюлюканья, хрюканья, воя, топота, грохота, свиста достигла своего апогея.

В этот момент за плечо Гермионы схватилась чья-то рука, а в следующий миг ее отцепили жесткие, костлявые пальцы. И девушке показалось, что она услышала стоны и мычание, как будто кому-то зажали рот. Но не было видно ни зги — в зале царила непроглядная тьма. Похоже, Том постарался на славу.

— Джон, идем, — Гермиона потянула парня за рукав.

— Я ничего не вижу, — пробормотал тот.

Многоголосый хор чудовищ вдруг сменила зажигательная музыка. Теперь было слышно уже улюлюканье учеников, с радостью бросившихся танцевать. Вспыхнула цветомузыка, загорелись тыквенные головы.

Именно в этот момент к Люпину подскочил Вуд и что-то зашептал ему на ухо. Гермиона продолжила пробираться к выходу. Когда Джон нагнал ее, даже при мерцающем свете было видно, как побледнело его лицо.

— Мы не смогли уследить. Пропало пять человек, — его зубы заскрежетали.

— Идем! У меня есть идея, где все это может происходить.

Тот памятный коридор, где состоялось выяснение отношений с Блэком, подходил как нельзя лучше для забав юного Темного Лорда. И недалеко от Большого зала, и никто не найдет. Методом исключения Гермиона остановилась именно на этом варианте.

Джон без возражений последовал за слизеринкой, несмотря на то, что его кареглазая красотка вполне могла найти себе другого кавалера за время отсутствия отважного спасителя магглорожденных. Очевидно, парень был настроен серьезно и не думал сейчас ни о чем, кроме сложившейся ситуации. И, если иначе нельзя, — был готов на жертвы. Впрочем, все в мире обреталось через жертвы. Вот только на Слизерине предпочитали жертвовать другими, а на Гриффиндоре — исключительно собой.

— Куда теперь? — поинтересовался Люпин, когда молодые люди спустились в подземелья.

— Почти на месте. Тише, — прошептала девушка, пытаясь заглянуть за угол.

Эта часть коридора была погружена во тьму, нарушаемую лишь слабыми отблесками факелов из-за поворота.

Гермиона сделала осторожный шаг вперед и в этот миг почувствовала, как в ее запястья вцепились крепкие пальцы. Девушка чуть не вскрикнула от боли. Как же она не догадалась, что Том оставит стражу? Мерлин, не хватало только поглупеть от нервных потрясений!

— Гаррисвилль, ты в порядке? — услышала она шепот гриффиндорца.

— Да, только не могу пошевелиться, — отозвалась Гермиона. — Это скелеты.

— Я попробую достать палочку, — заявил Джон. Послышался его тихий стон.