Фандом: Шерлок BBC. «Ты сдал меня Мориарти»… — предрейхенбахский ночной разговор братьев Холмсов. Можно считать приквелом к тексту «Приоритет: ультра».
17 мин, 9 сек 1875
Майкрофт забирает с доски белую пешку, убирает обе руки за спину и зажимает её в левый кулак, затем показывает два кулака брату. Тот, глядя ему в глаза, а не на руки, без колебаний говорит:
— В левой.
И угадывает, получая тем самым первое минимальное преимущество — в этой партии он играет белыми и первым делает ход.
Шерлок ходит с2-с4 — отодвигает не королевскую пешку, а ту, что перед чёрным слоном. Майкрофт передвигает коня с g8 на f6.
Шерлок выдвигает вперёд пешку, стоящую перед ферзём. Майкрофт — королевскую пешку на одну клетку.
Шерлок бросает вперёд коня с b1. Майкрофт — атакует этого коня чёрным слоном. Убрать его нельзя — будет шах королю, поэтому Шерлок передвигает пешку с е2, открывая возможность для ухода королю.
В абсолютном молчании они совершают первые четыре десятка ходов. Майкрофт предпочитает атаковать, бросая фигуры вперёд одну за другой; Шерлок действует на противоходе, дожидаясь ошибок соперника. Оба игрока примерно равны по силам, прежде досконально изучили тактику друг друга и теперь стараются придумать что-то новое. В шахматах необходимо предвидеть развитие комбинации на три хода вперёд, у братьев Холмсов это получается делать на пять.
Думают они быстро — сказываются ранее любимые пятиминутные партии. Сходство в мимике и выражении их лиц вполне можно назвать портретным. В течение двадцати минут оба смотрят только на доску.
На сорок четвёртом ходу Майкрофт ферзём объявляет шах королю. В этот момент до кабинета доносится мелодия дверного звонка. Погруженные в размышления братья не сразу осознают, что происходит, рефлекторно поворачиваются в сторону входа… С едва слышным: «А, ну конечно»… — Шерлок закрывает своего короля слоном, Майкрофт же идёт к двери и возвращается с группой крепких ребят в строгих костюмах, — они рассаживаются на свободных местах.
— Надеюсь, они будут молчать, — проигнорировав все приветствия, замечает Шерлок, планируя следующую довольно рискованную комбинацию.
— Можешь в этом не сомневаться, — Майкрофт передвигает коня на f6. — Господа, ни звука.
— Как прикажете, мистер Холмс.
Первоначальные попытки нестандартных ходов сменяются привычной обоим тактикой игры. Удивительно, как чётко шахматная доска может показать сложившееся по жизни распределение ролей.
Майкрофт Холмс предпочитает основательность и надёжность: просторный кабинет, классический костюм-тройка, много лет используемый зонтик. И на доске он после рокировки практически все фигуры подтягивает к своему королю, создавая крепость вокруг него. Поселиться в собственноручно выстроенном замке и с грацией ленивого кота наблюдать за проникновением особо юрких белых мышей — чем не прекрасная стратегия для человека, возглавляющего британский теневой кабинет?
Шерлок Холмс поступает по-другому: все его фигуры свободно путешествуют, включая короля. Им не стоится на месте, они легко перемещаются по доске с целью подобрать ключик к выстроенному противником периметру обороны. То, что делает Шерлок, рискованно и опасно.
Устраивая редкие вылазки, Майкрофт без промедления возвращается на уже завоёванные позиции. Шерлок не отступает никогда.
В шахматах важен контроль территории: чем он больше, тем выгоднее положение игрока. Но несмотря на то, что Майкрофт удерживает разве что треть поля, с братом они идут на равных: начало игры — размен коня на слона, двадцать седьмой ход — размен двух ладей, тридцатый ход — снова размен коня на слона. У Шерлока остаются два слона, у Майкрофта — два коня.
Присутствие зрителей в лице агентов МИ5 не влияет на ход игры: продолжается упорная позиционная борьба, шахматисты разменивают ладей, а на пятьдесят девятом ходу Майкрофт решает, что и без ферзей им можно обойтись.
Лишившись ведущей атакующей фигуры, Майкрофт начинает понемногу открываться — и это не лучший вариант: результатом нескольких обоюдоострых выпадов становится размен белого слона на коня, а вот дальше он позволяет Шерлоку прижать к стенке последнего оставшегося коня и теряет его. Так на шестьдесят четвёртом ходу игры Шерлок получает преимущество в одну фигуру. Это первый раз за всю партию, когда братья смотрят не на доску, а друг другу в глаза.
На шахматном поле остаётся всего одиннадцать фигур: по четыре пешки, два короля и слон. Собственно, на этом можно заканчивать: между соперниками с такими мозгами и опытом сложившееся положение дел равнозначно победе белых. Но не в их правилах сдаваться, и потому оба решают доиграть до конца.
Всё, что может в этой ситуации Майкрофт, — надеяться на ошибку соперника, зная прекрасно, что на этом этапе игры Шерлок просчётов не допускает. Окончание шахматной партии, при которой остаётся небольшое число фигур, короли свободно передвигаются по доске, значение имеет каждая пешка, а любой ход может стать последним, — именуется эндшпилем. Эндшпиль для Шерлока Холмса складывается в его пользу и проходит по его правилам.
— В левой.
И угадывает, получая тем самым первое минимальное преимущество — в этой партии он играет белыми и первым делает ход.
Шерлок ходит с2-с4 — отодвигает не королевскую пешку, а ту, что перед чёрным слоном. Майкрофт передвигает коня с g8 на f6.
Шерлок выдвигает вперёд пешку, стоящую перед ферзём. Майкрофт — королевскую пешку на одну клетку.
Шерлок бросает вперёд коня с b1. Майкрофт — атакует этого коня чёрным слоном. Убрать его нельзя — будет шах королю, поэтому Шерлок передвигает пешку с е2, открывая возможность для ухода королю.
В абсолютном молчании они совершают первые четыре десятка ходов. Майкрофт предпочитает атаковать, бросая фигуры вперёд одну за другой; Шерлок действует на противоходе, дожидаясь ошибок соперника. Оба игрока примерно равны по силам, прежде досконально изучили тактику друг друга и теперь стараются придумать что-то новое. В шахматах необходимо предвидеть развитие комбинации на три хода вперёд, у братьев Холмсов это получается делать на пять.
Думают они быстро — сказываются ранее любимые пятиминутные партии. Сходство в мимике и выражении их лиц вполне можно назвать портретным. В течение двадцати минут оба смотрят только на доску.
На сорок четвёртом ходу Майкрофт ферзём объявляет шах королю. В этот момент до кабинета доносится мелодия дверного звонка. Погруженные в размышления братья не сразу осознают, что происходит, рефлекторно поворачиваются в сторону входа… С едва слышным: «А, ну конечно»… — Шерлок закрывает своего короля слоном, Майкрофт же идёт к двери и возвращается с группой крепких ребят в строгих костюмах, — они рассаживаются на свободных местах.
— Надеюсь, они будут молчать, — проигнорировав все приветствия, замечает Шерлок, планируя следующую довольно рискованную комбинацию.
— Можешь в этом не сомневаться, — Майкрофт передвигает коня на f6. — Господа, ни звука.
— Как прикажете, мистер Холмс.
Первоначальные попытки нестандартных ходов сменяются привычной обоим тактикой игры. Удивительно, как чётко шахматная доска может показать сложившееся по жизни распределение ролей.
Майкрофт Холмс предпочитает основательность и надёжность: просторный кабинет, классический костюм-тройка, много лет используемый зонтик. И на доске он после рокировки практически все фигуры подтягивает к своему королю, создавая крепость вокруг него. Поселиться в собственноручно выстроенном замке и с грацией ленивого кота наблюдать за проникновением особо юрких белых мышей — чем не прекрасная стратегия для человека, возглавляющего британский теневой кабинет?
Шерлок Холмс поступает по-другому: все его фигуры свободно путешествуют, включая короля. Им не стоится на месте, они легко перемещаются по доске с целью подобрать ключик к выстроенному противником периметру обороны. То, что делает Шерлок, рискованно и опасно.
Устраивая редкие вылазки, Майкрофт без промедления возвращается на уже завоёванные позиции. Шерлок не отступает никогда.
В шахматах важен контроль территории: чем он больше, тем выгоднее положение игрока. Но несмотря на то, что Майкрофт удерживает разве что треть поля, с братом они идут на равных: начало игры — размен коня на слона, двадцать седьмой ход — размен двух ладей, тридцатый ход — снова размен коня на слона. У Шерлока остаются два слона, у Майкрофта — два коня.
Присутствие зрителей в лице агентов МИ5 не влияет на ход игры: продолжается упорная позиционная борьба, шахматисты разменивают ладей, а на пятьдесят девятом ходу Майкрофт решает, что и без ферзей им можно обойтись.
Лишившись ведущей атакующей фигуры, Майкрофт начинает понемногу открываться — и это не лучший вариант: результатом нескольких обоюдоострых выпадов становится размен белого слона на коня, а вот дальше он позволяет Шерлоку прижать к стенке последнего оставшегося коня и теряет его. Так на шестьдесят четвёртом ходу игры Шерлок получает преимущество в одну фигуру. Это первый раз за всю партию, когда братья смотрят не на доску, а друг другу в глаза.
На шахматном поле остаётся всего одиннадцать фигур: по четыре пешки, два короля и слон. Собственно, на этом можно заканчивать: между соперниками с такими мозгами и опытом сложившееся положение дел равнозначно победе белых. Но не в их правилах сдаваться, и потому оба решают доиграть до конца.
Всё, что может в этой ситуации Майкрофт, — надеяться на ошибку соперника, зная прекрасно, что на этом этапе игры Шерлок просчётов не допускает. Окончание шахматной партии, при которой остаётся небольшое число фигур, короли свободно передвигаются по доске, значение имеет каждая пешка, а любой ход может стать последним, — именуется эндшпилем. Эндшпиль для Шерлока Холмса складывается в его пользу и проходит по его правилам.
Страница 4 из 5
