Ещё один день

Не дожидаясь, когда секундный перерыв закончится, парень принялся молотить обрезком трубы по голове, туловищу, превращая человеческую плоть в кровавое дерьмо.

— Как тебе! — орал парень. — Ну, скажи? Нравится, сука ли тебе?

Дёргающееся тело не ответило, да и не могло при желании ничего сказать, так как от лица почти ничего не осталось.

Харкнув на сумасшедшего, Марк переступил через тело, мазнув взглядом по старухе, которая продолжала лежать на полу. По-видимому, хозяйка квартиры скончалась, не выдержав мучений.

Тряхнув головой, Марк быстро заспешил вниз по лестнице, не горя желанием встретиться с кем-либо ещё. Ведь его силы не вечны.

Оказавшись на первом этаже, парень остановился возле треснутого зеркала, внимательным образом изучая собственное отражение. Бледное лицо. Испуганный взгляд. На лбу капли крови. Конечно же, не его, а сумасшедшего. Стерев их, Марк удобнее взял трубу, с которой не собирался расставаться.

Выйдя на улицу, поглядел на лиловое небо, что нависло своей громадой над городом. Ему хотелось верить, что не пойдёт дождь. Но похоже, что так и будет. Тучи вроде расползались в стороны, давая проход лучам солнца.

Марк огляделся. В двух десятках метрах от него, стоял голый человек, мужчина, у которого на груди была выведена надпись: «Я устал жить в дерьме».

К нему неспешно приблизились два полицейских, которые ему что-то сказали. Тот ответил в грубой форме. Появились дубинки. Мужика принялись лупить. Тот плюхнулся на асфальт, прикрывая голову руками. Брызнула кровь из рассечённой кожи.

Наконец стражи порядка утомились, отходя на пару метров, оставляя за спиною бездыханное тело. Один из полицейских мазнул глазами по Марку, и по окровавленной трубе, что находилась в его руке. Ничего. Тот даже не задержался, чтобы узнать, в чём дело. И не удивительно, если вспомнить, что происходило в этом мире за последние два десятка лет.

— Уроды, — буркнул парень, переводя взгляд на лежавшего мужика.

Несчастный не подавал никаких признаков жизни. По-видимому, парни слегка перестарались. Но Марк не собирался подходить и выяснять, жив ли тот? Собственно, ему было глубоко плевать. А если принять те события, которые произошли совсем недавно, то это ещё и опасно.

Пройдя с квартал, Марк увидел ту же картину, что происходила у него дома. На пятом этаже открылось окно, из которого высунулась женская окровавленная голова. Она быстрым взглядом оглядела пустую улицу, а потом на какой-то миг исчезла. Вскоре появилась, поставив на подоконник двух малолетних детей. Оглянулась. Затем, не мешкая, столкнула своих чад вниз. Оба ребёнка полетели, кувыркаясь в воздухе, и вскоре шмякнулись об асфальт. За ними последовала и их мать. Она с диким визгом шагнула в пустоту, широко раскинув в стороны руки, будто те могли превратиться в два крыла. Женщина плюхнулась с влажным звуком, лёжа на асфальте бездыханная.

Марк поднял взгляд, и увидел окровавленное лицо мужчины, что смотрело вниз с того злополучного окна. Похоже, что ситуация становилась ясной. Муж, или кто это там высунулся, заболел некой дрянью, что и Кирилл, а потом накинулся на свою семью. Женщине каким-то образом удалось спасти себя и своих детей, спрятавшись в одной из комнат. Но, как известно, везение не может длиться долго. Выход был заблокирован, а мужчина ломился в дверь. Женщине ничего не оставалось, как поступить так, как она сделала. Хотя, было не понятно, на что она рассчитывала. Если бы даже все они остались в живых, то с переломанными ногами далеко не уползти. И да, вряд ли им кто-нибудь помог. Равнодушие, вот главное правило нынешнего времени.

Оставив у себя за спиной три тела, Марк покинул злополучный квартал, выходя к теневому рынку, где обычно торговали всякой всячиной. Здесь можно было приобрести мясо, абсолютно любое, если конечно, было чем платить. Также у торговцев имелось оружие, наркота, правда, гораздо дороже, чем у уличных барыг. Ну и конечно тела. Орды шлюх предлагали своё тело, суля сказочный секс. Вот только после такого секса нужно понимать, что здоровым трудно остаться, так как девчонки имели целые букеты болезней.

На удивление, рынок был закрыт. Точнее, он был открыт, вот только на нём никого не было, если не считая пары Колек, что торговали какой-то рванью. Марк с удивлением осмотрел пустые ряды, покачивая головой. Ещё самый разгар дня, и такого он припомнить не мог, чтобы торгаши отсутствовали.

— Что происходит? — поинтересовался он, приблизившись к одному из Колек. — Где все?

Тот пожал плечами, втянув соплю в ноздрю.

— Нет.

— Это я и сам вижу, мать твою.

— Ты разве не слышал?

— О чём?

— А той херне, которая происходит в городе. Поговаривают то ли о вирусе, то ли ещё о каком-то говне.

— Не, не слышал.

— Короче, толком никто не знает. Ещё утром, здесь произошло побоище. Вон, видишь следы крови?

Марк поглядел в указанном направлении, и действительно заметил в нескольких десятках метрах от себя бурые следы.

— И что?

— Один из этих гон*онов, ну, ты понял о ком я, накинулся на Майка.