Еще один мальчик

— Кто мог знать, что в XXI веке в Великобритании живет человек, не знающий, что такое адронный коллайдер и Пентагон? — философски спросил Бобби.

— Мог быть сильный магловский скандал, ты понимаешь?

— Мама, что ты — мало ли дураков каждый день пишут в Пентагон! Там, наверное, только посмеялись.

— Бобби, — тихо сказала Гермиона, — ты ничего не хочешь рассказать? С тобой всё в порядке?

— Всё в порядке, — быстро ответил Бобби и вернулся к работе.

Но через час он решительно бросил писать и уставился на маму.

— Да? — сразу просила Гермиона.

— Я думал, в Хогвартсе будет всё по-другому.

Гермиона слушала, не упуская ни слова.

— Я в книгах читал, что Хогвартс — это чудо. Ты о нем так рассказывала! Я ждал… А на самом деле…

— Что?

— Да ничего особенного! Хогвартс совсем как моя прежняя магловская школа. Ученики — точно, как вылитые…

Гермиона посмотрела на единственного сына страшным взглядом:

— Ничего особенного? Это Вы про Хогвартс говорите, Ваше Высочество, что он «ничего особенного»?

— Отдельно взятый, замок прекрасен, — признал Бобби.

— Отдельно взятый — это без людей?

Бобби не ответил.

— Твои одноклассники тебе не нравятся?

— Я думал, что они будут настоящими волшебниками! — вспылил Бобби. — Они же выросли среди волшебников, потомки магических родов в ста поколениях, а я вырос среди маглов. Я думал, что буду худшим в своем классе, а они будут мне подсказывать, как колдовать, как зелья варить, как на метле летать, предлагать разные варианты… будут поправлять Биннса и рассказывать про волшебную историю или географию, и я от них столько узнаю! А они ни-чер-та не знают. Про собственную историю! Про собственную магию! Мам, они у меня списывают. Они у меня спрашивают, как заклинания делать! У магла!

— В этом нет ничего страшного. Я грязнокровка, выросла среди маглов, но была лучшей ученицей на курсе, — сдержанно сказала Гермиона. — Твой отец вырос среди маглов, но был сильнейшим волшебником. Сам-Знаешь-Кто вырос в магловским приюте… Ты никак не хочешь признать, что быть волшебником в ста поколениях ничего не значит. Кровь не имеет значения, что бы ни внушали на твоем Слизерине. Значат только талант и врожденные способности. Ты придаешь чистокровности чрезмерный смысл.

На эту тему спорить с Гермионой было бесполезно, и Бобби покладисто согласился.

— Помнишь, когда я учился в магловской школе, там был такой Бутс, из третьего класса? Я одного парня с Бутсом всё время путаю. Однажды обознался и Бутсом его обозвал.

— Какой ужас, — иронически признала Гермиона.

— Мам, это правда ужасно. Он вылитый Бутс, такой же магловский болван. И шуточки у него те же дурацкие. Стоило ли уходить из магловской школы, чтобы нарваться на такого же Бутса?

— А ты думал, что магические школы такие особенные, что в них Бутсов не бывает? Бутсы есть в любой школе, — холодно сказала Гермиона. — Мне кажется, Бобби, что у тебя было неадекватное представление о Хогвартсе, которое не сбылось и ты по этому поводу слишком страдаешь. Проблема не в школе, а в твоих фантазиях.

— Да, мама.

— А кроме страданий, что ты не худший, а лучший ученик, какие еще претензии?

— Никаких, — быстро сказал Бобби.

Разочарование

Увы, Бобби был страшно разочарован Хогвартсом…

Но не Слизерином. Он не уставал повторять, что единственное, что он сделал в Хогвартсе правильно, это поступил на Слизерин.

Слизерин ему нравился… Чего не скажешь об остальных факультетах, учителях и уроках.

Впрочем, давайте после каникул посетим вместе с Тетушкой Норрис один из них и проверим?

Куда же нам пойти, чтобы полюбоваться на Бобби? Все, кто знает Бобби, посоветуют посетить зельеварение. Вас заверят, что это будет «зрелище». Проверим?

Действительно.

Успехи Бобби в зельях всего за один школьный год были невероятны. Он ушел далеко вперед по сравнению с мальчишкой, который взрывал котлы на маминой кухне!

Войдем в подземелья Хогвартса, где располагается класс зельеварения, и посмотрим в класс. Это большое, просторное помещение, уставленное лабораторными столами с котлами и таганками на столешнице, округ которых работают в паре ученики; в углу класса стоит шкаф с ингредиентами, а на стене висит грифельная доска.

Сейчас на доске написана инструкция — светящимися чернилами, чтобы ученики могли ее видеть в дыму котлов и испарений; сейчас урок в разгаре, и надпись на доске сияет сквозь легкий туман.

Профессор Слагхорн, учитель зельеварения, ходит между рядами парт, делая замечания. В классе стоит ровный гул. в котором смешались шепот, стук пестиков, булькание котлов и звякание ложек, помешивающих варево.

На партах, к которым профессор Слагхорн поворачивается спиной, озорники кидаются ингредиентами, некоторые швыряются записками. Одну девочку соседка бьет ложкой по лбу…

Вот профессор проходит мимо парты, где работает Фред Уизли. Фред работает в паре с Найлом, Тайгер — с Буллером. Они справляются вполне успешно.

Но мы пришли наблюдать не за ними, а за Бобби Грейнджером.

Вот и парта Бобби; он стоит над своим котлом в гордом одиночестве.