Фандом: Ориджиналы. Некто пытается украсть твою синкромеху? И не погнушается взять ее из твоих мертвых пальцев? Хорошо, что есть друзья, которые прикроют твой тыл и попытаются разоблачить настойчивого «поклонника». А то, что ради этого тебе нужно уехать и столкнуться с собственным болезненным прошлым, это и вовсе мелочи! Так что без возражений возвращайся в темный лес и снова выживи.
184 мин, 22 сек 9505
На долгие секунды мне показалось заманчивым просто войти в больницу, а когда встречу кого-то из команды, со слезами упасть тому на грудь, дескать, напали на нас монстры, убили моих товарищей. Смогу ли я достоверно сыграть? Действительно убедить всех, что моя история достовернее истории Варрия? Мое слово — против его слова. Тогда как мне объяснить, почему я не вернулась в лагерь? Смогу я не замирать от страха каждый раз, как Варрий захочет подойти ко мне? Верю ли я в то, что моей жизни больше не будет ничего угрожать? Согласится ли ведущий уладить произошедшее так? Станет ли мстить? Покуда я ломала голову, на парковке перестало быть безлюдно.
Звук голосов заставил очнуться и вынудил кинуться в сторону, ползком просочиться между кустами в их чащу. Рука сжала синкромеху, я едва успела погасить начало активации. Это все выглядело бы глупо, если бы не характерные интонации говорившего.
— Майор, вы же понимаете, что занятие охотника связанно с множеством опасностей?
— А? Да… — Я сквозь листья куста видела, как человек в форме остановился возле микроавтобуса и, сдвинув полицейскую фуражку на затылок, почесал лоб. Кажется, он не особо понимал, что пытается ему сказать собеседник.
— Так вот монстры не самое страшное, что может случиться, — Варрий, а это был он, подхватил полицейского под локоть и сделал два шага по направлению к служебной машине. — Синкромеха очень сильно влияет на мозг, вы же слышали об этом? В официальных заявлениях вам об этом не скажут, просто сделают акцент на том, как тяжело дается управление этой вещью. На самом же деле все доказательства страшного влияния синкромехи на людей я вижу все тринадцать лет с тех пор, как стал охотником. Большему проценту удается противостоять, но есть те, кто ломается в первый же год!
— А, и вы думаете?
— Да я уверен! — с горячностью произнес ведущий. — У нее произошел срыв! А в таком состоянии я даже предположить не могу, что на уме у того чудовища, кем стала это девочка… К тому же связи с моими коллегами до сих пор нет.
— А, кхем, мы же не можем оцепить весь заповедник.
— Выделите нам пару следопытов, пусть хотя бы обнаружат намек. Дальше мои ребята справятся! Завтра же с утра мы начнем поиски. И насчет города…
— А, — майор стал более серьезным. — Никакого оцепления не будет. По какой причине я должен вводить дополнительные смены и держать группу быстрого реагирования в боевой готовности? Могу допустить, что ваша клиентка действительно чокнулась и порубила все, что видит в капусту. Но я не верю, что мелкая девчонка в таком состоянии да еще с активной синкромехой пробежала за остаток дня чуть меньше семидесяти километров. Я не только смотрю телевизор, ведущий, я еще в сети бываю. Если это так и было, то мы найдем полностью обессилившее тело, если не труп, где-то на середине дороги.
— Ладно, — недовольным голосом выдавил Варрий, следя, как майор усаживается в авто.
— Но участки на всякий случай я предупрежу. Этого будет достаточно. Завтра свяжитесь со мной после девяти утра, я переговорю с управлением заповедника касательно следопытов, — раздалось на прощанье из служебной машины. Дверь хлопнула, закрываясь, а спустя пару секунд заурчал мотор и автомобиль резво тронулся.
В кустах мне пришлось сидеть еще около часа. Мимоходом я замечала, как разъехались почти все машины, в том числе и микроавтобус «Дорвавшихся». Его брат-близнец, битком заполненный участниками тренировочного лагеря, посигналил у въезда на больничную территорию, участники команды погрузились в машину и уехали. А ведь, между прочим, это было мое законное право уехать с ними домой. Но мне не дали им воспользоваться.
Нога тяжело заныла, когда я, наконец, встала с земли и выкарабкалась из кустов. В больницу путь был закрыт, в милицию — тоже. Как сделать так, чтоб меня не запихнули в психушку как сумасшедшую? Кому рассказать? Я до боли закусила подушечку большого пальца на левой руке. Единственной идеей, что сейчас пробивалась в сознание, было возвращение домой, к тем людям, которые мне близки и поверят в мои слова.
К железнодорожному вокзалу я добралась относительно быстро. Так как Днепровск город небольшой, здесь все рядом: и больница, и вокзал, и автостанция. Ловить попутки в моем состоянии было глупо, на автобус без билета попасть сложно, а вот проскочить в электричку можно было попробовать. Я всерьез задумалась над тем, чтобы насобирать денег на проезд, протянув руку к прохожим и запихнув свою гордость глубже, но в четверть одиннадцатого случайных прохожих не виднелось. А там, где были, я тут же замечала нескольких человек в форме. Пару раз неудачно пристав к людям я сдалась и поплелась обратно к вокзалу. Здесь тоже мелькали правоохранители, но если не входить в главное здание, а довольствоваться услугами пригородного вокзального помещения, то все не так уж и плохо. Практически сразу нашлась электричка, которая могла вывезти меня из этого проклятого города домой.
Звук голосов заставил очнуться и вынудил кинуться в сторону, ползком просочиться между кустами в их чащу. Рука сжала синкромеху, я едва успела погасить начало активации. Это все выглядело бы глупо, если бы не характерные интонации говорившего.
— Майор, вы же понимаете, что занятие охотника связанно с множеством опасностей?
— А? Да… — Я сквозь листья куста видела, как человек в форме остановился возле микроавтобуса и, сдвинув полицейскую фуражку на затылок, почесал лоб. Кажется, он не особо понимал, что пытается ему сказать собеседник.
— Так вот монстры не самое страшное, что может случиться, — Варрий, а это был он, подхватил полицейского под локоть и сделал два шага по направлению к служебной машине. — Синкромеха очень сильно влияет на мозг, вы же слышали об этом? В официальных заявлениях вам об этом не скажут, просто сделают акцент на том, как тяжело дается управление этой вещью. На самом же деле все доказательства страшного влияния синкромехи на людей я вижу все тринадцать лет с тех пор, как стал охотником. Большему проценту удается противостоять, но есть те, кто ломается в первый же год!
— А, и вы думаете?
— Да я уверен! — с горячностью произнес ведущий. — У нее произошел срыв! А в таком состоянии я даже предположить не могу, что на уме у того чудовища, кем стала это девочка… К тому же связи с моими коллегами до сих пор нет.
— А, кхем, мы же не можем оцепить весь заповедник.
— Выделите нам пару следопытов, пусть хотя бы обнаружат намек. Дальше мои ребята справятся! Завтра же с утра мы начнем поиски. И насчет города…
— А, — майор стал более серьезным. — Никакого оцепления не будет. По какой причине я должен вводить дополнительные смены и держать группу быстрого реагирования в боевой готовности? Могу допустить, что ваша клиентка действительно чокнулась и порубила все, что видит в капусту. Но я не верю, что мелкая девчонка в таком состоянии да еще с активной синкромехой пробежала за остаток дня чуть меньше семидесяти километров. Я не только смотрю телевизор, ведущий, я еще в сети бываю. Если это так и было, то мы найдем полностью обессилившее тело, если не труп, где-то на середине дороги.
— Ладно, — недовольным голосом выдавил Варрий, следя, как майор усаживается в авто.
— Но участки на всякий случай я предупрежу. Этого будет достаточно. Завтра свяжитесь со мной после девяти утра, я переговорю с управлением заповедника касательно следопытов, — раздалось на прощанье из служебной машины. Дверь хлопнула, закрываясь, а спустя пару секунд заурчал мотор и автомобиль резво тронулся.
В кустах мне пришлось сидеть еще около часа. Мимоходом я замечала, как разъехались почти все машины, в том числе и микроавтобус «Дорвавшихся». Его брат-близнец, битком заполненный участниками тренировочного лагеря, посигналил у въезда на больничную территорию, участники команды погрузились в машину и уехали. А ведь, между прочим, это было мое законное право уехать с ними домой. Но мне не дали им воспользоваться.
Нога тяжело заныла, когда я, наконец, встала с земли и выкарабкалась из кустов. В больницу путь был закрыт, в милицию — тоже. Как сделать так, чтоб меня не запихнули в психушку как сумасшедшую? Кому рассказать? Я до боли закусила подушечку большого пальца на левой руке. Единственной идеей, что сейчас пробивалась в сознание, было возвращение домой, к тем людям, которые мне близки и поверят в мои слова.
К железнодорожному вокзалу я добралась относительно быстро. Так как Днепровск город небольшой, здесь все рядом: и больница, и вокзал, и автостанция. Ловить попутки в моем состоянии было глупо, на автобус без билета попасть сложно, а вот проскочить в электричку можно было попробовать. Я всерьез задумалась над тем, чтобы насобирать денег на проезд, протянув руку к прохожим и запихнув свою гордость глубже, но в четверть одиннадцатого случайных прохожих не виднелось. А там, где были, я тут же замечала нескольких человек в форме. Пару раз неудачно пристав к людям я сдалась и поплелась обратно к вокзалу. Здесь тоже мелькали правоохранители, но если не входить в главное здание, а довольствоваться услугами пригородного вокзального помещения, то все не так уж и плохо. Практически сразу нашлась электричка, которая могла вывезти меня из этого проклятого города домой.
Страница 32 из 51
