Это началось в ночь с 22 на 23 сентября 2012 года. Да-да, совсем недавно. До сих пор очень страшно. Начну, пожалуй, с начала.
Добавить в моё избранное
1 мин, 19 сек 353
Я проснулась в 01:40 ночи (рядом с кроватью светящиеся часы) от дикого крика кошки. Я ужасно перепугалась, и боялась пошевелиться. Так и лежала под не теплым одеялом с широко открытыми глазами и трясясь от ужаса, а Кира (кошка) стояла рядом, выпучив глаза и выгнув спину смотрела на стену, противоположную кровати. Набравшись смелости, я громко позвала маму. Когда она вошла и включила свет, там, куда смотрела Кира, никого и ничего не было. Мама спросила, мол, что такое?
— Мам, мне страшно! Тут Кира как-то странно себя ведет.
— Ну и что? Может, это домовой?
— Ну да, наверно, — сказала я немного успокоившись (с проделками нашего домового мы давно смирились, так как он иногда стучал банками, гремел кастрюлями, тарелки двигал).
Мама ушла, и мы с Кирой остались вдвоем. Она немного успокоилась, но небольшой страх остался.
Наутро я осталась лишь с Кирой, так как мама ушла на работу. Дома все было тихо, не считая одного: на кухне разбилась тарелка, я подумала на Киру, но она была на диване. Я решила, что это домовой, и ушла в школу. После школы я пришла домой и обомлела: в квартире стоял ужасный бардак! Я так и стояла ка пороге с открытым ртом, благо через пару минут пришла мама.
— Ты что? — спрашивает она.
Я повернулась к маме:
— Ты что, не видишь что тут, — я повернулась и не увидела ничего. В самом прямом смысле! Бардака не было!
— Что тут? — спросила мама.
— О боже!
— Лен?
И тут меня прорвало. Я рассказала ей все. И про ночь, и про тарелку, и про бардак. На следующий день мы пошли в церковь, пригласили батюшку и он освятил квартиру.
— Мам, мне страшно! Тут Кира как-то странно себя ведет.
— Ну и что? Может, это домовой?
— Ну да, наверно, — сказала я немного успокоившись (с проделками нашего домового мы давно смирились, так как он иногда стучал банками, гремел кастрюлями, тарелки двигал).
Мама ушла, и мы с Кирой остались вдвоем. Она немного успокоилась, но небольшой страх остался.
Наутро я осталась лишь с Кирой, так как мама ушла на работу. Дома все было тихо, не считая одного: на кухне разбилась тарелка, я подумала на Киру, но она была на диване. Я решила, что это домовой, и ушла в школу. После школы я пришла домой и обомлела: в квартире стоял ужасный бардак! Я так и стояла ка пороге с открытым ртом, благо через пару минут пришла мама.
— Ты что? — спрашивает она.
Я повернулась к маме:
— Ты что, не видишь что тут, — я повернулась и не увидела ничего. В самом прямом смысле! Бардака не было!
— Что тут? — спросила мама.
— О боже!
— Лен?
И тут меня прорвало. Я рассказала ей все. И про ночь, и про тарелку, и про бардак. На следующий день мы пошли в церковь, пригласили батюшку и он освятил квартиру.
