Exciter

Я отошел, оставив его лежать у стены, и застегнул ширинку. Заставил себя не оглядываться. Я знаю, что деньги валяются рядом с ним на полу, я знаю, что ему больно от раны, кровоточащей внутри, я знаю, что я мерзавец. Я знаю, что Андж накажет меня. Я знаю… и пытаюсь не впускать в себя ничью душу. Надо выпить еще рома. У него горьковато-отвратный вкус. Примерно, как у меня самого сейчас.

Выпил и зажег сигарету, но уже после второй затяжки я крепко зажал ее в зубах, вернулся и перенес Ла Нуи в ванну.

Все, мальчик, дальше сам. Банкноты намокли, ничего страшного, высохнут. Скажи спасибо, что я не бросил их сверху на твое неподвижное тело. И не засунул никуда. Как это иногда бывало…

Я раздраженно выкинул ворох мыслей из головы. Беспорядочный секс. Идиотская привычка, не более того. Я никого не люблю и любить не собираюсь. Некоторые за свою девственность ни шиша не получали. Блядь, да кого я обманываю?

Зеркало, висящее над умывальником, отразило Ангела и его темные глаза, наполненные грозой. Я остановился, засмотревшись на него, как всегда. Диалога сегодня не будет. Разреши мне творить мерзости дальше, дорогой. Вдруг это единственное, что приносит мне радость в пресной жизни, где я устал быть рентгеном, пронизывающим все и вся до костей.

Андж кивнул и исчез. В зеркале снова никого. Я допил ром и принялся за бренди. Медленно прокрутил сегодняшний день, постукивая по квадратному стаканчику с объемистыми стенками.

Первая грань — утро. Полицейское управление, Сантис, лабораторный эксперт, забравший калифорний и обещавший результаты не позже завтра. Вторая грань — ланч с мафией, с ними в кои-то веки работала моя фамилия, а не обольстительная улыбка. Они обещали добыть информацию о местонахождении заказчика. Я все еще прикидываюсь, что не знаю Джованни Грассо, а он — меня. Надолго ли затянется этот фарс, неизвестно. Скорее всего, придется ехать за ним в сельскую местность, доставать из какого-нибудь винного погреба. Ну не суть. Третья грань — прогулка по набережной Арно, высматривание жертвы на обед. Нашел под мостом отчаянную девчонку, убежавшую из дому. Забеременела и испугалась, что родители узнают и убьют. Убил я, а узнал по ходу трапезы. Кровь вокруг шестинедельного плода была особенно нежна и насыщена. Я напился до такой степени, что стала возможной четвертая грань — Ла Нуи… Когда я вижу твои ноги, мне хочется их раздвинуть. К сожалению, больше я себе ничего не позволю. После нашего контакта я выжег в тебе темные отпечатки, которые видел в кончиках пальцев, теперь ты чистый до последней клетки. И если я не продолжу, ты таким и останешься.

Я малость ошибся, не рассчитав силу притяжения. Послушал с часик плеск и сдавленные стоны из ванной комнаты, затем проводил взглядом длинное стройное тело. Парнишку немного шатало, зато уснул он как убитый. Я позвонил в кейтеринг здесь же, на Виа Граццио, заказал в пентхауз еще рома и вина. Перезвонил и добавил к заказу мартини. Было около трех часов ночи, когда курьер занес ящики. Одну бутылку я оставил Ла на ночном столике, вторую — на балконе. И думал, что ухожу. Хотя уже сидел на кровати, нависнув над его лицом. Снова.

Я облизываю твои губы, мне безумно нравится их вкус. Я съедаю твои вздохи, жадно ловлю каждый… Своих у меня нет. Я целую тебя, мальчик, пока ты спишь. И целую тебя внутри твоего страшного сна. Видел, как сокращались нервные окончания и сжимались кулаки. Я разжал их, забрал твои ладони и развел твои руки, крепко прижимая к постели. Я все еще не сошел с ума, но я не мог остановиться. Я оторвался от твоего послушного рта, только когда рассвело. И я уходил дважды, возвращаясь и в последний раз проводя языком по твоим горячим губам. Обстановка выходит за пределы секса и денег.

Бред какой-то. Но я должен остановиться.

Capitolo nono. Покупки

Наутро болело все тело. И задница — не сильнее прочих органов. А еще почему-то нестерпимо жгло губы, будто я приложился ими к разогретой электроплитке. Я проторчал в ванной полдня, сидя в нелепой позе, спиной к умывальнику, и свесившись назад… чтобы холодная вода омывала лицо, изредка попадая в рот. Я глотал ее, хоть она и была на вкус как помои.

Я не пошел на занятия, и пропуск был мне до одного места. Того самого. Безразлично размышлял, как теперь смотреть в глаза Соланж. Потом понял, что тяжелее будет смотреть в глаза Клайду. Он обещал навестить меня в ближайшее время, точнее, завтра. А еще я не придумал, на какую сделку с совестью пойти. Пока голова заполнена возмущением, громкой манифестацией и транспарантами с разнообразными надписями. Самая скромная из них — Vendita Feccia. Может, я плохой человек? Совершил в прошлом преступление, и теперь справедливо за него наказан… Я обязан смириться с этим и забрать деньги, живописно разбросанные по кровати.