Exciter

Кое-как приведя себя в порядок, я вплотную занялся покупками. Из мстительности пришел опять в MediaMarkt и там выбрал ноутбук, графический планшет и новый сенсорный телефон. Еще двадцать четыре часа назад меня бросило бы в холодный пот от выбитой на чеке суммы. Девушка-кассир меня узнала и сначала посмотрела с презрением. Дура. Я заработал, а не украл. Заработал… Тьфу.

Охранник внимательно осмотрел коробки, сверил с чеком, злобно оскалился, но придраться не смог. Не сказал ни слова, даже не попрощался. Как же я всех их ненавижу. Я хотел пропить сдачу в каком-нибудь баре, но при свете дня никто не захотел пускать меня, несовершеннолетнего, за стойку. Пришлось вернуться домой и, к своей горькой радости, найти в студио две бутылки мартини. Хренов американец, откуда ты знаешь, что я люблю именно это бабье пойло? И откуда знаешь, что я позарез хочу выпить? Хотя о втором догадаться несложно, пожалуй.

Я опустошил одну бутылку и не заметил, как наступил вечер. Настроение оставалось препаршивым, желание сделать хоть что-нибудь полезное так и не появилось. Дьявол пришел после полуночи, много ходил за стеной, много говорил по телефону, монотонно, ни разу не повысив голос. Время от времени его шаги приближались к комнате… или мне так казалось.

Я постараюсь не показываться Демону на глаза. Слава богу, что ему плевать. Если бы мог, я бы сам себе не показывался на глаза. Как сделать так, чтоб мне тоже было плевать? Ну что я совершил? Просто переспал с… с ним. За деньги. Господи, ну почему именно с ним?

Опустошил вторую бутылку мартини и лег спать, пьяный и очень несчастный. Видел сны, гадкие и противные. Они усугублялись длинными поцелуями в обожженные губы, он терзал мой рот, медленно и осторожно, только долго, безумно долго, не давая опомниться и подышать нормально. Это будто часами продолжалось. Я стонал и пытался обнять его во сне, но то ли он ускользал, то ли руки не слушались. Как будто были привязаны, они почти не двигались. И я выгибался вперед всем телом, пробуя достать его, а Демон обхватывал меня под талией, прижимая к себе крепко, и сосал мои губы дальше, обводил по контуру, проникал поглубже в рот, приводя в безумное возбуждение. Я хотел и не хотел просыпаться, проклиная его мягкость и нежность прикосновений. Наяву он таким не был. Наяву я ненавидел его за все. За грубость, бесцеремонность… Манеру унижать даже мимолетным взглядом.

Проснувшись поутру от этих сладких кошмаров, я вопреки здравому смыслу почувствовал себя гораздо лучше. Открыл тетради, нашел задание. Дурацкие геометрические фигуры, из которых нужно было собрать кувшин, сложились в пистолет. Проклятый киллер, ты не даешь мне покоя даже тут. Но я начал рисовать на планшете с остервенением, похожим на злое вдохновение, и у меня все получилось. А потом я сходил в университет и даже показался руководителю. Тот похвалил, велел продолжать и не пропускать пары.

На обратном пути меня практически отпустила злоба и горечь, события позапрошлой ночи немного потускнели, а в голове прояснилось. Я заходил в пентхауз с улыбкой… которая стерлась при виде Клайда. Опять я забыл о его визите. Он сидел за столом в гостевой комнате, напротив него располагался Демон, ленивый и развязный, как всегда. Мне показалось, они напряженно разговаривали о чем-то до моего прихода. По крайней мере, тишина была внезапной и неестественной. Но о чем мой друг мог общаться с ним, вечно молчащим и всех презирающим?

Я не поздоровался, напряженно переводя взгляд с одного, бледного, лица на второе, загорелое, и обратно. Демон выдавил свою обычную ухмылку, насмешливую и пронизывающую. Потом встал и подошел ко мне, медленно взял за подбородок. Я хотел отпрянуть, но не мог. Желание поцеловать его тяжелые кровавые губы боролось в душе с остатками чести и достоинства. То, что знают двое, может навсегда остаться в тайне. Но если узнает третий… Я сглотнул и заставил себя отвести взгляд от его туманных глаз. Я ненавижу тебя, киллер. За дьявольское обаяние и за беспощадность, с которой ты применяешь его, особенно тогда, когда не надо.

Пытка окончена. Мы остались в гостиной вдвоем с Клайдом. Я тяжело рухнул в кресло, и оно было холодным после Демона. Отдышался, отгоняя от себя вопросительные жесты. Яростная мимика Клайда в другой ситуации позабавила бы меня. Конечно, он ни черта не понял. А что, собственно, произошло?

— Ты надолго приехал? Я бы перекусил чего-нибудь. Может, разогреешь пиццу? В морозилке ее полно, — я болтал скороговоркой, надеясь хоть немного его отвлечь. Клайд отсутствовал на кухне минут пять, принес мне тарелку, полную еды, и снова настойчиво насел с вопросом в глазах. Я запихнул в рот кусок горячей пиццы и принялся сосредоточенно жевать. Не помогло. — Бллин, да отстань от меня! Чего ты так смотришь?

— Ты совсем ничего не хочешь мне сказать, Ла?