Фармооккультизм

— Давай лучше накроем его чем-то, не зря оно было закрашено, — сказал Мардерфейс и принялся искать старые тряпки.

Говорить про это смысла не было, мы и так всё видели сами. Собрав плед с дивана, мы завесили им зеркало и углубились в уборку, которая отдавала каким-то траурным мотивом. Мне было не по себе, но произносить вслух это язык не поворачивался. Также казалось и Мардерфейс борется с чем-то подобным. Мысли летали вокруг состояния, быстро перерастающего в бредовое. Либо это так подействовало то черное покрытие, что мы скурили, либо Манапожиратель действительно нас с самого начала подставил. В любом случае он тут замешан, поэтому его нужно было допросить.

— Нужно разобраться в этом, и лучше не тянуть, — сказал я, и мы выдвинулись к Манапожирателю домой.

Раз, за разом прокручивая в голове одинаковые мысли, я проваливался во времени, замечая как окружения меняется, приближая дом Манопожирателя. Вскоре мы вышли на поселок, а после очередного провала уже подходили к его дому. Мне вспомнилась практика для осознанных сновидений, где нужно смотреть на свои руки и спрашивать «Я не сплю?». Происходящее заставило меня сделать нечто подобное. Смотря на свои руки, я поразился одной пугающей детали. Пару лет назад, на заре моей «фармооккультной» жизни, я проводил один обряд, с вскрытием вен. Будучи правшой, резал правой рукой левую. От этого всё левое предплечье было в маленьких шрамах. То, что сейчас заставило меня по-настоящему замереть в ужасе, было то, что левая рука была полностью чиста, а всю правую покрывали шрамы. Наверное, в этот момент я побелел, трудно сказать. Все что у меня получалось делать, моргать, крутить головой и вновь смотреть на руки. Мардерфейс казалось, заметил мой испуганный вид и поинтересовался что случилось.

— Мои руки! Смотри! — я показал ему предплечья. — Помнишь, у меня были шрамы на левой руке, теперь они на правой, ты же видишь это?! — Он молчал и озадаченно смотрел на мои руки. От его молчания становилось еще более не по себе, но затем он стал медленно поднимать свою правую штанину.

— У меня на правом колене был большой шрам, — проговорил он, не смотря вниз. — Если его сейчас там нет… — он поднял штанину, но вниз не смотрел. Взглянув на колено, я увидел, что там нет никакого шрама, и посмотрел на Мардерфейса.

— А подними левую штанину, — сказал я, и в оцепенении смотрел на шрам левой ноги

Мардерфейс медленно опустил голову, и долго разглядывал свою ногу, после чего начал трогать сначала одно колено, затем другое.

— Но как такое может быть…. — он растерянно говорил скорее в никуда, нежели мне.

— Нас крупно подставили, мы облажались, — говорил я, пытаясь успокоится.

— Зачем им это? Что это даст? — спросил он.

— Не знаю, но быть может, Манапожиратель ответит на эти вопросы.

— И ты будешь доверять его ответам после всего случившегося? — с сомнением посмотрел на меня Мардерфейс. — Это последний человек, с которым мы сейчас должны иметь дело.

— Если он знает про наши планы, если они всё знают, нам нечего скрывать. Спросим прямо в лоб, на крайний случай заешим его, — говорил я, стараясь собрать воедино изменившийся навсегда мир.

Пусть мы и не спали сутки, регулярно принимая совершенно разные наркотики, но подобных галлюцинаций не бывает. И то, что это было на Яву, сомнений не оставалось. Остаток пути до дома Манапожирателя мы прошли молча. Каждый обдумывал собственное восприятие сложившегося и возможные попытки решения. Дойдя до улицы, на которой был дом Манапожирателя мы перешли на прогулочный шаг. В поле зрения периодически попадали разные тени, которых представлялись мне стервятниками из потустороннего, что уже знают нашу обреченность, и лишь выжидают, кружа возле нас. Разведав территорию вокруг его дома, и убедившись, что поблизости нет людей, мы перелезли через его забор. На цепи залаяли собаки, было слышно, как они рвутся в нашу сторону. Лай перемешивался с удушливыми хрипами и звоном цепей, послышалось открытие входной двери. Выйдя на крыльцо Манапожиратель осмотрелся по сторонам, увидев нас удивленно замер.

— Мы тебе кричали, но ты не слышал походу, — доброжелательно начал говорить Мардерфейс.

— Та я на кухне хоботился, там телек работает, — сказал Манапожиратель и закурил сигарету.

— Выходи мы нашли покупателя на зеркало, сам с ним поговоришь, твое же, — сказал на ходу придумывая я.

Манапожиратель удивленно приподнял брови и с радостью в глазах спросил.

— А сколько дает?

— Он с тобой и хотел обсудить, поторговаться короче, — подхватил Мардерфейс.

— Ну всё, щя одеваюсь, — туша сигарету бросил он.

Мардерфейс повернулся ко мне и шепотом проговорил.

— Заманим его на квартиру, а до этого не подаем виду.