Старое доброе время — 80-е годы XX века вместили в себя многое: развитой социализм и съезды КПСС, гласность и перестройку, начало новых экономических отношений и небывалый рост преступности…
62 мин, 8 сек 7103
После убийства Тимофеевой на поиски преступника бросили значительные силы. На все семь райотделов Свердловска спустили разнарядку — ежедневно выделять определенное количество сотрудников для участия в следственных мероприятиях. В основном приданные сотрудники должны были осуществлять комплекс поисковых мероприятий на территориях, прилегающих к местам совершения преступлений. Каждому сотруднику было обещано, что за установление личности преступника он будет повышен в звании на одну ступень.
Наряды милиции проводили патрулирование лесопарковой зоны, устраивались засады, казалось, что кольцо вокруг маньяка сжималось, но выловить его по-прежнему никак не могли.
Активизировалась и аналитическая работа — просматривались старые уголовные дела, в надежде найти хоть какую-то зацепку, которая поможет выйти на след преступника совершившего два убийства. Напомним, что если к тому времени дела об убийствах Мангушевой, Якуповой и Лапшиной были закрыты, то в делах об убийствах двух других девушек — Дячук и Тимофеевой никакой определенности не было, и усилия сотрудников правоохранительных органов были сосредоточены на раскрытии именно этих преступлений.
На всякий случай следствие решило проверить всех жителей города, которые состояли на учете в психоневрологических диспансерах.
К сожалению, в этих действиях не было ясного плана. Да и не могло быть: отвергнув версию Коковихина как несостоятельную, другой версии, которая могла бы вывести следствие на правильный путь, никто предложить не смог. Фантазии у сыщиков хватило только чтобы начать подозревать самого Коковихина. Для оперативной разработки была «забита» версия, что убийства совершает сам Коковихин, стремясь доказать собственную правоту. Вдобавок ко всему, у Коковихина были и собственные явные ошибки, его стремление самостоятельно«вычислить» убийцу повлекло необоснованное задержание человека. Результатом этого противостояния системы и человека явилось в начале отстранение Ю. Коковихина от работы по данному делу, а затем и его увольнение из органов внутренних дел.
Шло время, но, погрязнув во внутренних разборках и огромном количестве необоснованных версий, следствие так и не смогло приблизиться к раскрытию убийств девушек. Тем временем, партийное руководство области требовало немедленного ареста убийц. Нетрудно догадаться, что свердловские сыщики воспользовались хорошо им знакомыми и отработанными на многочисленных подозреваемых методами, и уже через пару месяцев появилась очередная явка с повинной. Её написал первоначально арестованный за подделку документов отец тех самых несовершеннолетних братьев, что признавались в убийстве Л. Дячук. Но спустя какое-то время, он пошел на попятную и следствие снова осталось ни с чем…
В пятницу 22 мая 1987 г. Лена Кук и ее двоюродная сестра решили прогулять занятия в училище. Да, и какие могут быть занятия, когда стоят такие солнечные майские деньки, кругом расцветает природа, а тебе всего 19 лет!? Внимание Елены привлекло пышное цветение черемухи у грузовой площадки железнодорожной платформы «ВИЗ — Верх-Исетский завод» и она, взяв ножницы, пошла, срезать несколько ароматных веточек, подруга же осталась ждать ее дома.
В этот день он снова работал во вторую смену и по старой привычке решил прогуляться, а заодно, быть может, и найти для себя новую жертву. На старом месте стало небезопасно, весь лесопарк по старому московскому тракту наводнили наряды милиции, и теперь для охоты ему приходилось выбирать другие места. Около часа дня он шел по железнодорожному пути в сторону вокзала. Дойдя до того места, где начинается поворот на станцию «Звезда», перешел через мост и увидел в межпутевом пространстве сидящую на бугорке девушку, которая ножницами подстригала ногти. Увидев его, девушка встала и пошла к насыпи, хотела подняться на нее, но он был быстрее. Догнал ее возле откоса и схватил. Паршивка замахнулась на него ножницами. «Ты у меня получишь за это», — промелькнуло у него в голове. Своим носовым платком он ловко (все-таки уже имелся большой опыт по этой части) зажал ей рот, левой рукой схватил за шею и придушил, а затем, изнасиловав ее, окончательно задушил ремнем, после чего проволок труп девушки вдоль насыпи в кустарник. В последнее время его уже не удовлетворяли просто убийства, ему надо было поиздеваться над трупом, тем более эта чертовка чуть не поранила его. Сейчас он с ней рассчитается…
В кустах была ямка. Возле ямки он снял с трупа одежду, перочинным ножом отрезал у трупа соски и бросил их в траву. По железнодорожным путям в это время громыхали поезда, но он даже не обращал на них внимания, полностью захваченный своим занятием. Потом он нашел палку и несколько раз засунул ее в половые органы девушки, после чего окровавленную палку отбросил в сторону. Поглубже задвинув труп в кусты и набросив на него одежду, он ушел в сторону ВИЗ-площадки.
Наряды милиции проводили патрулирование лесопарковой зоны, устраивались засады, казалось, что кольцо вокруг маньяка сжималось, но выловить его по-прежнему никак не могли.
Активизировалась и аналитическая работа — просматривались старые уголовные дела, в надежде найти хоть какую-то зацепку, которая поможет выйти на след преступника совершившего два убийства. Напомним, что если к тому времени дела об убийствах Мангушевой, Якуповой и Лапшиной были закрыты, то в делах об убийствах двух других девушек — Дячук и Тимофеевой никакой определенности не было, и усилия сотрудников правоохранительных органов были сосредоточены на раскрытии именно этих преступлений.
На всякий случай следствие решило проверить всех жителей города, которые состояли на учете в психоневрологических диспансерах.
К сожалению, в этих действиях не было ясного плана. Да и не могло быть: отвергнув версию Коковихина как несостоятельную, другой версии, которая могла бы вывести следствие на правильный путь, никто предложить не смог. Фантазии у сыщиков хватило только чтобы начать подозревать самого Коковихина. Для оперативной разработки была «забита» версия, что убийства совершает сам Коковихин, стремясь доказать собственную правоту. Вдобавок ко всему, у Коковихина были и собственные явные ошибки, его стремление самостоятельно«вычислить» убийцу повлекло необоснованное задержание человека. Результатом этого противостояния системы и человека явилось в начале отстранение Ю. Коковихина от работы по данному делу, а затем и его увольнение из органов внутренних дел.
Шло время, но, погрязнув во внутренних разборках и огромном количестве необоснованных версий, следствие так и не смогло приблизиться к раскрытию убийств девушек. Тем временем, партийное руководство области требовало немедленного ареста убийц. Нетрудно догадаться, что свердловские сыщики воспользовались хорошо им знакомыми и отработанными на многочисленных подозреваемых методами, и уже через пару месяцев появилась очередная явка с повинной. Её написал первоначально арестованный за подделку документов отец тех самых несовершеннолетних братьев, что признавались в убийстве Л. Дячук. Но спустя какое-то время, он пошел на попятную и следствие снова осталось ни с чем…
В пятницу 22 мая 1987 г. Лена Кук и ее двоюродная сестра решили прогулять занятия в училище. Да, и какие могут быть занятия, когда стоят такие солнечные майские деньки, кругом расцветает природа, а тебе всего 19 лет!? Внимание Елены привлекло пышное цветение черемухи у грузовой площадки железнодорожной платформы «ВИЗ — Верх-Исетский завод» и она, взяв ножницы, пошла, срезать несколько ароматных веточек, подруга же осталась ждать ее дома.
В этот день он снова работал во вторую смену и по старой привычке решил прогуляться, а заодно, быть может, и найти для себя новую жертву. На старом месте стало небезопасно, весь лесопарк по старому московскому тракту наводнили наряды милиции, и теперь для охоты ему приходилось выбирать другие места. Около часа дня он шел по железнодорожному пути в сторону вокзала. Дойдя до того места, где начинается поворот на станцию «Звезда», перешел через мост и увидел в межпутевом пространстве сидящую на бугорке девушку, которая ножницами подстригала ногти. Увидев его, девушка встала и пошла к насыпи, хотела подняться на нее, но он был быстрее. Догнал ее возле откоса и схватил. Паршивка замахнулась на него ножницами. «Ты у меня получишь за это», — промелькнуло у него в голове. Своим носовым платком он ловко (все-таки уже имелся большой опыт по этой части) зажал ей рот, левой рукой схватил за шею и придушил, а затем, изнасиловав ее, окончательно задушил ремнем, после чего проволок труп девушки вдоль насыпи в кустарник. В последнее время его уже не удовлетворяли просто убийства, ему надо было поиздеваться над трупом, тем более эта чертовка чуть не поранила его. Сейчас он с ней рассчитается…
В кустах была ямка. Возле ямки он снял с трупа одежду, перочинным ножом отрезал у трупа соски и бросил их в траву. По железнодорожным путям в это время громыхали поезда, но он даже не обращал на них внимания, полностью захваченный своим занятием. Потом он нашел палку и несколько раз засунул ее в половые органы девушки, после чего окровавленную палку отбросил в сторону. Поглубже задвинув труп в кусты и набросив на него одежду, он ушел в сторону ВИЗ-площадки.
Страница 10 из 20
