Фандом: Ориджиналы. У Робина Хикса, капитана супертраккера «Ежевика» скоро день рождения. Даже два сразу. Не так-то просто удивить подарком старого космического волка. Особенно, если день рождения и подарок разделяют три тысячи шестьсот лет. Не световых, а обычных. И полторы тысячи световых лет тоже. Но когда Ежевику останавливали трудности?
331 мин, 24 сек 9352
Ежевика открыла еще один экран, на котором появилось несколько чисел. Они время от времени менялись то в большую, то в меньшую сторону.
— Я могу с достаточной уверенностью предположить, — сказал Жакуй, — что вот это, — он вытащил из своей подушечки один коготь и ткнул им в цифру, — частота пульса собак, это — артериальное давление, а то — температура тела.
Он провел когтем по своим вибриссам, как бы приглаживая их.
— Про остальные данные не скажу. Непонятно.
— Остальное — это техническая информация, — начал говорить Родригес. — Явно передают о количестве радиации и ультрафиолета…
Родригес хотел еще что-то добавить, но слова застряли: над спутником вдруг задрожало, заходило ходуном марево, искажающее пространство, и вдруг возник черный, как космическая пустота, диск. Размеры его были примерно такие, как у «Ежевики», может, чуть больше. Диск имел утолщение по центру, к краям же его толщина практически сходила на нет.
— Чей это корабль? — удивилась Ежевика. — Явно не земного происхождения…
Черный диск тем временем выпустил из нижней своей части черный, будто это был негатив, луч.
— Эй, что он творит?! — воскликнул Родригес. — Это же когерентный мюонный луч!
— Что это? — спросила Ежевика.
— Это… Оружие, древнее оружие. Оно гасит жизнь, высасывает энергию, по крайней мере, из большинства организмов… Это смерть.
На экране, где бежали числа телеметрии, вместо восьми показаний появились нули.
— Что… произошло? — непонимающе спросила Ежевика. — Что с собаками?
— Их только что убили, — глухо сказал Родригес. Вот эта штуковина, — он кивнул на диск, — только что умертвила собак.
Ежевика побледнела, еще не все осознав, посмотрела на друзей:
— За что?
Никто не ответил, так как Жакуй и Иван не оправились от шока, а Родригес просто пожал плечами.
— Надо его остановить! — закричала Ежевика. — Я ему скажу, что так нельзя!
Корабль резко ускорился, и диск стал расти на экране.
— Подожди, Ежевика, надо все обдумать, — попросил Иван. Но хозяйка или не услышала его, или проигнорировала.
— «Ежевика» вызывает неизвестный корабль!«Ежевика» вызывает неизвестный корабль-убийцу! — требовала она связи всеми возможными способами — от квантового канала до голографической передачи. Но черный диск оставался безмолвен.
— Я снимаю маскировку, — сказала Ежевика. — Пусть душегуб нас увидит!
По экрану пробежала волна — маскировка была отключена.
— Может, не стоит… — начал Иван, но в этот момент черный диск резко прыгнул в сторону, словно от испуга, встал на ребро по отношению к планете и выпустил черный луч прямо в корпус «Ежевики».
— Ничего себе, — прошептал Родригес. — Он атакует «Ежевику»! Эти поганцы не знают, что против нас мюонная пушка бесполезна…
По всем кораблю раздались сигналы боевой тревоги, загорелись тактические дисплеи, точно как тогда, у планеты Це.
— Мне надо быть в машинном отделении, дочка! — вскричал Родригес. — По боевому расписанию!
Убедившись, что черный луч смерти не оказывает никакого влияния на чужой корабль, диск провернулся на пол-оборота, и из его края выстрелил другой луч, белый, ярчайший. Луч прошелся по бортам «Ежевики», испаряя лак и мелкие части оборудования. Но там, где лак исчезал, борт становился зеркальным, и луч бессильно отражался, рассеивался в пустоту.
— Ежевика, давай, быстро, уходим от него, — заволновался Иван, — сейчас они что-нибудь еще придумают…
Ежевика рывком развернула корабль, заставив порозоветь датчик гравитационных и инерционных перегрузок, изменив движение по орбите на противоположное за долю секунды. НЛО, видимо, обладал такой же технологией и без труда повторил маневр.
— Диск на хвосте, Ежевика, — сказал Иван.
— Вижу… — сквозь зубы проговорила Ежевика. — Сейчас я…
Но договорить она не успела: страшный удар сотряс корабль, вокруг кресел вспыхнули и замерцали овалы силовой брони. Это означало, что корабль получил пробоину.
— Он попал в меня! — закричал Ежевика. — Я теряю управление, я не чувствую двигателей…
— Черт! Ежевика, он опять приближается! Прыгай!
— Куда?
— В прошлое! Куда угодно!
Диск выпустил ярко светящуюся черточку. По корпусу опять грохнуло, экраны мигнули.
— Прыжок! — закричала Ежевика. — Держитесь!
Черный диск замер. Там, где только что был фиолетовый космический корабль, слабо светилось туманность, быстро рассеиваясь в пространстве. Цель пропала.
Диск, неожиданно потерявший противника, выглядел озадаченным.
По корпусу НЛО заискрились, забегали тысячи искр, весь диск вдруг стал прозрачным, а затем вовсе исчез. Корабль тряхнуло со страшной силой, компенсатор или не сработал, или не смог подавить весь импульс, но Родригеса подбросило и хорошенько приложило телом о стену рубки. Стармех сполз и кулем повалился на спину.
«Ежевика» летела по глиссаде вниз, к Земле, объятая пламенем — вокруг нее бушевала трехтысячеградусная плазма. Корабль мелко трясло, через плазменные всполохи было плохо видно, что впереди.
— Я могу с достаточной уверенностью предположить, — сказал Жакуй, — что вот это, — он вытащил из своей подушечки один коготь и ткнул им в цифру, — частота пульса собак, это — артериальное давление, а то — температура тела.
Он провел когтем по своим вибриссам, как бы приглаживая их.
— Про остальные данные не скажу. Непонятно.
— Остальное — это техническая информация, — начал говорить Родригес. — Явно передают о количестве радиации и ультрафиолета…
Родригес хотел еще что-то добавить, но слова застряли: над спутником вдруг задрожало, заходило ходуном марево, искажающее пространство, и вдруг возник черный, как космическая пустота, диск. Размеры его были примерно такие, как у «Ежевики», может, чуть больше. Диск имел утолщение по центру, к краям же его толщина практически сходила на нет.
— Чей это корабль? — удивилась Ежевика. — Явно не земного происхождения…
Черный диск тем временем выпустил из нижней своей части черный, будто это был негатив, луч.
— Эй, что он творит?! — воскликнул Родригес. — Это же когерентный мюонный луч!
— Что это? — спросила Ежевика.
— Это… Оружие, древнее оружие. Оно гасит жизнь, высасывает энергию, по крайней мере, из большинства организмов… Это смерть.
На экране, где бежали числа телеметрии, вместо восьми показаний появились нули.
— Что… произошло? — непонимающе спросила Ежевика. — Что с собаками?
— Их только что убили, — глухо сказал Родригес. Вот эта штуковина, — он кивнул на диск, — только что умертвила собак.
Ежевика побледнела, еще не все осознав, посмотрела на друзей:
— За что?
Никто не ответил, так как Жакуй и Иван не оправились от шока, а Родригес просто пожал плечами.
— Надо его остановить! — закричала Ежевика. — Я ему скажу, что так нельзя!
Корабль резко ускорился, и диск стал расти на экране.
— Подожди, Ежевика, надо все обдумать, — попросил Иван. Но хозяйка или не услышала его, или проигнорировала.
— «Ежевика» вызывает неизвестный корабль!«Ежевика» вызывает неизвестный корабль-убийцу! — требовала она связи всеми возможными способами — от квантового канала до голографической передачи. Но черный диск оставался безмолвен.
— Я снимаю маскировку, — сказала Ежевика. — Пусть душегуб нас увидит!
По экрану пробежала волна — маскировка была отключена.
— Может, не стоит… — начал Иван, но в этот момент черный диск резко прыгнул в сторону, словно от испуга, встал на ребро по отношению к планете и выпустил черный луч прямо в корпус «Ежевики».
— Ничего себе, — прошептал Родригес. — Он атакует «Ежевику»! Эти поганцы не знают, что против нас мюонная пушка бесполезна…
По всем кораблю раздались сигналы боевой тревоги, загорелись тактические дисплеи, точно как тогда, у планеты Це.
— Мне надо быть в машинном отделении, дочка! — вскричал Родригес. — По боевому расписанию!
Убедившись, что черный луч смерти не оказывает никакого влияния на чужой корабль, диск провернулся на пол-оборота, и из его края выстрелил другой луч, белый, ярчайший. Луч прошелся по бортам «Ежевики», испаряя лак и мелкие части оборудования. Но там, где лак исчезал, борт становился зеркальным, и луч бессильно отражался, рассеивался в пустоту.
— Ежевика, давай, быстро, уходим от него, — заволновался Иван, — сейчас они что-нибудь еще придумают…
Ежевика рывком развернула корабль, заставив порозоветь датчик гравитационных и инерционных перегрузок, изменив движение по орбите на противоположное за долю секунды. НЛО, видимо, обладал такой же технологией и без труда повторил маневр.
— Диск на хвосте, Ежевика, — сказал Иван.
— Вижу… — сквозь зубы проговорила Ежевика. — Сейчас я…
Но договорить она не успела: страшный удар сотряс корабль, вокруг кресел вспыхнули и замерцали овалы силовой брони. Это означало, что корабль получил пробоину.
— Он попал в меня! — закричал Ежевика. — Я теряю управление, я не чувствую двигателей…
— Черт! Ежевика, он опять приближается! Прыгай!
— Куда?
— В прошлое! Куда угодно!
Диск выпустил ярко светящуюся черточку. По корпусу опять грохнуло, экраны мигнули.
— Прыжок! — закричала Ежевика. — Держитесь!
Черный диск замер. Там, где только что был фиолетовый космический корабль, слабо светилось туманность, быстро рассеиваясь в пространстве. Цель пропала.
Диск, неожиданно потерявший противника, выглядел озадаченным.
По корпусу НЛО заискрились, забегали тысячи искр, весь диск вдруг стал прозрачным, а затем вовсе исчез. Корабль тряхнуло со страшной силой, компенсатор или не сработал, или не смог подавить весь импульс, но Родригеса подбросило и хорошенько приложило телом о стену рубки. Стармех сполз и кулем повалился на спину.
«Ежевика» летела по глиссаде вниз, к Земле, объятая пламенем — вокруг нее бушевала трехтысячеградусная плазма. Корабль мелко трясло, через плазменные всполохи было плохо видно, что впереди.
Страница 23 из 96
