Фандом: Ориджиналы. У Робина Хикса, капитана супертраккера «Ежевика» скоро день рождения. Даже два сразу. Не так-то просто удивить подарком старого космического волка. Особенно, если день рождения и подарок разделяют три тысячи шестьсот лет. Не световых, а обычных. И полторы тысячи световых лет тоже. Но когда Ежевику останавливали трудности?
331 мин, 24 сек 9744
Иван тоже поднялся, мягко улыбнулся и посмотрел бедной женщине в глаза. Телеэмпатия — штука обоюдосторонняя: он умел как принимать, чувствовать эмоции другого человека, так и передавать или наводить свои эмоции. В его мире это было строго настрого запрещено, считалось грубым вмешательством в пространство личности. Но сейчас он не мог не помочь уставшей и потемневшей от горя женщине, вселяя в нее хоть немного уверенности и надежды.
— Все будет хорошо, — сказал Иван. — Мы вам обещаем, что вернем вашего мужа. Вы верите?
— Да… — Варвара подняла взгляд на Ивана и впервые с ареста мужа нерешительно улыбнулась. — Все будет хорошо. Я верю вам.
Иван прервал эмпатическую накачку, боясь переборщить. Он делал это впервые без согласия перципиента и чувствовал себя этаким психо-хулиганом. Из-за крепко вбитых с раннего детства запретов было слегка не по себе.
— Вот еще что… Мы вам гостинцев привезли, — он плюхнул на стол довольно пухлый солдатский вещмешок. Чтобы его наполнить, они потратили на рынке немного золота, а потом ушли дворами от севших им «на хвост» преследователей — нескольких угрюмого вида мужиков. — Здесь сало, мука, масло, крупа, — сказал Иван. — Все это для вас, возьмите, пожалуйста, не стесняйтесь.
Не успели опешившие Варвара Евграфовна и Люба поблагодарить, как ночные посетители исчезли за дверью.
Варвара Евграфовна вышла в сени и выглянула на улицу. Куда там, разве разглядишь что; темень казалась совсем непроглядной. Странные гости растворились в ней, как в чернилах. Женщина тщательно заперла дверь, задвинула засов и вернулась в дом. Обняв бросившуюся к ней дочь, прошептала: — Любочка, может, еще действительно все будет хорошо? Может, их бог нам послал…
Петр и Иван в последние несколько дней пропадали, шныряя туда-сюда на катере, и подготавливали будущее погружение Васильева в реалии Советской России. Служба в армии Колчака для большевиков была, что называется, черной меткой. Поэтому пришлось напрячься и создать Петру новое прошлое, оформив все как положено, чтобы легенда воскрешения товарища Салова была подтверждена различными документами и свидетельствами. Схему внедрения составила сама Ежевика, которая теперь довольно хорошо разбиралась в структуре и взаимоотношениях между нарождающимися органами советской власти.
Действовала она спокойно и расчетливо. Где-то раздавался телефонный звонок, и секретарь принимал телефонограмму, надиктованную голосом хорошо знакомого ему проверенного товарища, где-то из телеграфного аппарата выползала змея бумажной ленты, покрытая неровно выбитым телеграфным шрифтом.
Все это составляло комбинацию тех невидимых обычным людям следов, которые тянутся за каждым гражданином любого приличного государства, фиксируя всю его жизнь, оседая, где положено, в виде разбухших, серого картона папок, оптических дисков, мнемокристаллических кубиков или мечущихся по жгутам лазерных лучей бесплотных голографических тороидов.
Вид носителя «личного дела» зависит только от места, времени и технического уровня государства, в котором выпало счастье этому гражданину родиться.
Петр и Иван исполняли роль «рук» Ежевики, реализовывая на месте ее планы. Автоматизация документооборота на данном этапе развития землян была еще достаточно слаба, и вместо того, чтобы просто хакнуть сеть и получить доступ к печатным машинам, Ежевике приходилось направлять Ивана или Петра банально подкупать различным дефицитом ремингтонисток из машбюро. Проблемой была даже передача данных. Приходилось самими таскать документы из одного учреждения в другое, часто находящееся в ином, далеко не всегда соседнем городе. Хорошо, что у них был катер!
Но дело все равно двигалось в нужном направлении. Вскоре никакой следователь не смог бы усомниться в безупречном происхождении, прошлом, полным революционной борьбы, и активном участии в строительстве новой власти товарища Салова Владимира Петровича.
— Есть что еще почитать? — капризничала Ежевика. — Ску-учно…
Ежевика учила Жакуя играть в го. Котофурри делал успехи, но до уровня капитана пиратского танкера ему было как до Луны пешком.
— Я видел одну книгу в бывшей каюте Форда, наверняка ты её не читала, — принял жалобу на скуку за чистую монету Жакуй, когда Ежевика «сделала» его в очередной раз. — Я сейчас притащу.
Вскоре он появился с увесистым томом в руках и передал его Первому, глазами которого Ежевика обычно читала все, что нельзя засунуть в сканирующие слоты корабля.
— «Применение технических средств при торговых операциях на технически отсталых планетах. Справочник молодого коммивояжера», — прочитала она вслух название издания. — Интересненько… Поглядим.
Ежевика открыла оглавление и пробежалась по пунктам:
— … импульсное кодирование нейронов головного мозга…
— … подавление критического мышления бинауральной модулированной частотой низкой интенсивности…
— … «квантовый ветер» или эффект«сжатого времени» — как сделать так, чтобы клиента не отвлекали во время переговоров…
— Все будет хорошо, — сказал Иван. — Мы вам обещаем, что вернем вашего мужа. Вы верите?
— Да… — Варвара подняла взгляд на Ивана и впервые с ареста мужа нерешительно улыбнулась. — Все будет хорошо. Я верю вам.
Иван прервал эмпатическую накачку, боясь переборщить. Он делал это впервые без согласия перципиента и чувствовал себя этаким психо-хулиганом. Из-за крепко вбитых с раннего детства запретов было слегка не по себе.
— Вот еще что… Мы вам гостинцев привезли, — он плюхнул на стол довольно пухлый солдатский вещмешок. Чтобы его наполнить, они потратили на рынке немного золота, а потом ушли дворами от севших им «на хвост» преследователей — нескольких угрюмого вида мужиков. — Здесь сало, мука, масло, крупа, — сказал Иван. — Все это для вас, возьмите, пожалуйста, не стесняйтесь.
Не успели опешившие Варвара Евграфовна и Люба поблагодарить, как ночные посетители исчезли за дверью.
Варвара Евграфовна вышла в сени и выглянула на улицу. Куда там, разве разглядишь что; темень казалась совсем непроглядной. Странные гости растворились в ней, как в чернилах. Женщина тщательно заперла дверь, задвинула засов и вернулась в дом. Обняв бросившуюся к ней дочь, прошептала: — Любочка, может, еще действительно все будет хорошо? Может, их бог нам послал…
Петр и Иван в последние несколько дней пропадали, шныряя туда-сюда на катере, и подготавливали будущее погружение Васильева в реалии Советской России. Служба в армии Колчака для большевиков была, что называется, черной меткой. Поэтому пришлось напрячься и создать Петру новое прошлое, оформив все как положено, чтобы легенда воскрешения товарища Салова была подтверждена различными документами и свидетельствами. Схему внедрения составила сама Ежевика, которая теперь довольно хорошо разбиралась в структуре и взаимоотношениях между нарождающимися органами советской власти.
Действовала она спокойно и расчетливо. Где-то раздавался телефонный звонок, и секретарь принимал телефонограмму, надиктованную голосом хорошо знакомого ему проверенного товарища, где-то из телеграфного аппарата выползала змея бумажной ленты, покрытая неровно выбитым телеграфным шрифтом.
Все это составляло комбинацию тех невидимых обычным людям следов, которые тянутся за каждым гражданином любого приличного государства, фиксируя всю его жизнь, оседая, где положено, в виде разбухших, серого картона папок, оптических дисков, мнемокристаллических кубиков или мечущихся по жгутам лазерных лучей бесплотных голографических тороидов.
Вид носителя «личного дела» зависит только от места, времени и технического уровня государства, в котором выпало счастье этому гражданину родиться.
Петр и Иван исполняли роль «рук» Ежевики, реализовывая на месте ее планы. Автоматизация документооборота на данном этапе развития землян была еще достаточно слаба, и вместо того, чтобы просто хакнуть сеть и получить доступ к печатным машинам, Ежевике приходилось направлять Ивана или Петра банально подкупать различным дефицитом ремингтонисток из машбюро. Проблемой была даже передача данных. Приходилось самими таскать документы из одного учреждения в другое, часто находящееся в ином, далеко не всегда соседнем городе. Хорошо, что у них был катер!
Но дело все равно двигалось в нужном направлении. Вскоре никакой следователь не смог бы усомниться в безупречном происхождении, прошлом, полным революционной борьбы, и активном участии в строительстве новой власти товарища Салова Владимира Петровича.
— Есть что еще почитать? — капризничала Ежевика. — Ску-учно…
Ежевика учила Жакуя играть в го. Котофурри делал успехи, но до уровня капитана пиратского танкера ему было как до Луны пешком.
— Я видел одну книгу в бывшей каюте Форда, наверняка ты её не читала, — принял жалобу на скуку за чистую монету Жакуй, когда Ежевика «сделала» его в очередной раз. — Я сейчас притащу.
Вскоре он появился с увесистым томом в руках и передал его Первому, глазами которого Ежевика обычно читала все, что нельзя засунуть в сканирующие слоты корабля.
— «Применение технических средств при торговых операциях на технически отсталых планетах. Справочник молодого коммивояжера», — прочитала она вслух название издания. — Интересненько… Поглядим.
Ежевика открыла оглавление и пробежалась по пунктам:
— … импульсное кодирование нейронов головного мозга…
— … подавление критического мышления бинауральной модулированной частотой низкой интенсивности…
— … «квантовый ветер» или эффект«сжатого времени» — как сделать так, чтобы клиента не отвлекали во время переговоров…
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 68 из 96
