Fourth

Это слово воссоединило все мои мысли в одну точку. Более мерзкого и ёмкого определения и не придумаешь. Но принести в жертву людей… Это объясняет столь странный способ… Влад поднялся со своего места:

— Макс, дай мне ключ.

— Зачем?

— В парашу нужно!

Макс вынул ключ и бросил его Владу, тот схватил его налету.

— Ребята, о чём вы говорите, — со слезами в глазах спросила Таня.

— Нет, Макс безусловно прав. Это преступление иррациональное. Даже глупое… Ведь убийцу найдут. Рано или поздно. Такое нельзя скрыть. Это был обряд или ритуал, может быть. Оккультизм. Убийца — фанатик.

— Да, я тоже об этом подумала, — произнесла Саша, — Я и сама когда-то увлекалась подобными штуками. Убийства с целью завладеть чем-то принадлежащим другим людям. Внутренние качества или просто эмоции. Это, конечно же, был не обряд. Скорее ритуал.

— Ну а что ещё можешь рассказать?

— Да практически всё… Меня смущает метод. Такое редко применяют при ритуальном убийстве. Отсечение головы… — Что-то Влад долго не возвращается, — сказала Инна.

— Да что с ним может случиться. В здании никого нет.

— И всё же это странно. Не нужно было его выпускать.

Макс стоял в дверях, бледный как полотно.

— Влад, он… — Что? Говори!

— Он… вены перерезал. Полная ванна крови… — О боже… — Не может бы… — Нет!

Ужас был почти всеобщим. Люди забегали по комнате, как сумасшедшие. Я сидел на кресле и пытался унять растущую с каждым мигом головную боль… Решение загадки где-то на поверхности. Где-то под носом.

Влад… Вены он вскрыл себе сам, но… зачем? Чувство вины, давящее на рассудок… Отчаяние. Или страх. Что толкнуло его на этот последний шаг? Вина? Не думаю… не думаю.

Я уже почти ничего не слышал, кроме усиливающейся головной боли. Да что со мной? Никогда ещё не было такого похмелья. Алкоголь на меня не так действует… Когда приступ мигрени прошёл, я обнаружил себя лежащим на диване всё в той же гостиной комнате. Здесь же были оставшиеся студенты. Нас всего шестеро. Нет. Пятеро. Кто-то пошёл вызывать милицию. Да… Макс. Я остался единственным мужчиной в этом чёртовом общежитии.

Я застонал, но всё-таки задал мучающий меня вопрос:

— Кто-нибудь из вас заходил в комнату?

Саша кивнула.

— Даже не знаю как сформулировать… У тебя во рту не появилось сладковатого привкуса? Или может сухость во рту? Головокружение?

На меня уставились два изумленных глаза:

— Да, а как ты…? Неважно. Что-то подобное было. Я даже сейчас это чувствую.

— Химия… — что?

— У меня непереносимость многих химических веществ. Я очень сильно это чувствую. Потому-то так и хреново… Саша задумалась.

— Вот как он это сделал… Просто заманил их туда, а когда они потеряли сознание то… Мерзость. Ну а как тогда он сам?

— Пара затычек в ноздри, влажная повязка на лице. И всего делов.

— Ты уже знаешь, кто убийца?

После этого вопроса девушки как по команде посмотрели на меня. Нужно идти ва-банк.

— Да.

— Кто он!? Или она… — Имени я не назову. Я не знаю кто конкретно убийца. Но все признаки указывают… Саша, ты говорила, что увлеклась всяким оккультным дерьмом. Я задам тебе последний вопрос и от твоего ответа будет зависеть многое. Число «3» несёт в себе какой-нибудь смысл? Возможно символика?

Она не медлила ни секунды:

— Нет. Тройка — святое число. Оккульт не использует его, в принципе.

— Тогда я знаю, кто убийца. И он знает, что я знаю. Потому что он находится в этой комнате.

Девушки подскочили как ошпаренные и со смешанным чувством страха и злости стали пялиться друг на друга.

— Кто?! — завопила Саша.

— Если я скажу, ты убьёшь её.

— Ну и что с того?!

— Я не хочу больше смертей.

Должен признаться, что она всё время держалась очень спокойно. Я рассчитывал хотя бы на бледность… Для неё уже всё кончено.

Когда в комнату вошли менты, всех моих сил хватило лишь на то, чтобы указать на преступника пальцем.

Даже тогда Инна ничем не выдала собственных чувств.

Морозный воздух был так приятен. Внутри всё уже пропахло убийством, смертью и человеческой жестокостью. Подумать только — убить троих друзей, принести их в жертву собственной глупости и желания. Желания любви, желания восхищения, желания дружбы. И желания благодарности.

Я почти сразу понял, кто убийца. Но пришлось тянуть время, чтобы обезумевшие от горя люди решились, всё-таки, вызвать милицию. Промедление дорого мне обошлось — Влад покончил с собой. Но, признаюсь честно, я бы поступил так как он, будь я на его месте.

Если бы не этот дурман, возможно, я бы и придумал что-нибудь получше, но от судьбы не уйдёшь. Не уйдёшь, будь она проклята… Такое несомненно придумывают заранее. Даже не придумывают — продумывают.

Организовать дружескую вечеринку, подобрать нужных людей в качестве жертв. Осуществить замысел.

Страшно всё это, если подумать. Отчаяние довело человека до ручки. До умопомешательства и полного разрушения личности. Даже в оккультизм ударилась. Думала, что поможет.