Фандом: Гарри Поттер. Укрощение строптивого, или Прикладная Зверотерапия.
82 мин, 49 сек 4728
— Там была обычная трансфигурация. А здесь… Я не знаю, что за чары использовал Дамблдор, поэтому не смогу ничего сделать, — с искренним сожалением ответила МакГонагалл и добавила строгим голосом: — И тебе запрещаю пытаться. Ты же не хочешь сделать ещё хуже?
Гермиона отрицательно замотала головой.
— Давайте смотреть правде в глаза, — раздался голос Помфри. — Что случилось, то случилось. Изменить мы ничего не можем, остаётся только ждать и как-то пока мириться с этим.
Все трое подавленно замолчали, а баран доел салатные листья и переключился на фикус, растущий в кадке у окна.
— Ты что делаешь! — воскликнула Помфри. — Совсем что ли не соображаешь?
С этими словами она отлевитировала все декоративные растения из больничного зала в свой кабинет, а перед бараном появилась очередная корзина с травой и листьями.
— Как вы думаете, он понимает, что мы говорим? — тихо спросила Гермиона.
— Не знаю, — МакГонагалл пожала плечами. — Анимаги, например, всё понимают и помнят всё, что было с ними в облике животного.
Гермиона посмотрела на аппетитно жующего траву барашка.
— Странно, Северус никогда не любил ни зелень, ни сладости, а сейчас…
— Ничего странного, — отрешённо проговорила МакГонагалл. — Обычно я тоже не люблю мышей.
Гермиона искоса взглянула на задумавшуюся о чём-то своём МакГонагалл и закусила губу, еле сдерживаясь, чтобы не прыснуть со смеху.
Вечером они с МакГонагалл долго не могли договориться о том, где будет жить баран до возвращения Дамблдора. Исполняющая обязанности директора школы категорически возражала против присутствия барана в Больничном крыле или жилой комнате сотрудника, а Гермиона даже слышать не хотела о том, чтобы отправить Северуса обратно в пристройку к теплицам. Тогда МакГонагалл предложила компромисс — открыть одиннадцатый кабинет на первом этаже, где в своё время Дамблдор создал лесную поляну для кентавра Флоренца, принявшего должность преподавателя Прорицания. Гермиона этот вариант одобрила, но с условием, что останется там вместе со своим бараном. Однако попасть в запечатанный директором кабинет оказалось невозможно — это не получилось даже у МакГонагалл.
В конечном итоге Минерва сдалась, позволив своей упрямой любимице поступать так, как она пожелает. Так в комнате Гермионы появилась магически расширенная ниша, в которой талантливая ученица профессора трансфигурации создала небольшой загончик, устланный сеном. Туда эльфы поставили кадку со свежей водой и корзины с пищей для временного жильца.
В окно лился лунный свет, наполняя комнату зыбким сиянием. Баран обживал своё новое пристанище, а Живоглот внимательно следил за ним, заняв пост в ногах у своей хозяйки.
Гермиона крепко спала и снилось ей, что они с Северусом оказались в дремучей чаще. Под кронами высоких деревьев царило чародейское безмолвие, а прямо перед ними, в волшебной паутине узоров, сплетённых из стеблей и тонких листьев, пылал, переливаясь и искрясь, легендарный Цветок Папоротника.
«Грейнджер, ты в своём уме? — не открывая глаз, обругала себя Гермиона. — Сколько успокоительного ты вчера выпила? Если ты и дальше будешь так реагировать на каждую ссору с Северусом, то тебе до пятого этажа больницы Святого Мунго рукой подать».
Натянув одеяло на голову, она попыталась вспомнить, что ей приснилось, но в памяти всплывали лишь отдельные обрывки сна, да ощущение необычности произошедших там событий.
«Мне приснилось, что Дамблдор превратил Северуса в барана! — яркой вспышкой вспомнила она. — Кому расскажу — не поверят! Скажут: неудивительно — после такого-то количества зелий. Гарри так точно съязвит, что надо было меньше читать сказки братьев Гримм. А то у меня то Золушка, то баран-козлёночек. Нет чтобы прекрасная принцесса, заточённая в высокой башне, и героический принц на белом коне. Тьфу ты, надо же, о чём не подумаешь, всё к Снейпу сводится. Принца заказывали? Вот вам Принц, собственной персоной. Получите, распишитесь. Только не на белом коне, а на старой школьной метле. Помню-помню, как он летал на метле, когда один раз судил матч по квиддичу».
Гермиона откинула одеяло и сладко потянулась.
«Так, хватит о Снейпе! Пора вставать, — приказала она себе. — Сначала завтрак, а потом приниматься за работу. Надеюсь, сегодня мадам Помфри согласится заняться списком зелий… Кстати, почему зелье» Сна без сновидений«есть, а зелья» Сна с приятными сновидениями«нет? Надо будет развить эту идею».
От двери послышался треск.
— Живоглот! Ты что там делаешь? — проворчала Гермиона и открыла глаза.
Сон оказался явью. За невысокой изгородью стоял баран, а рядом с ним валялась сломанная плетёная корзинка.
Составление заявки на закупку ингредиентов для Больничного крыла заняло почти полдня. Сложив пергаменты в папку, Помфри встала, чтобы размять затёкшую спину и подошла к окну.
Гермиона отрицательно замотала головой.
— Давайте смотреть правде в глаза, — раздался голос Помфри. — Что случилось, то случилось. Изменить мы ничего не можем, остаётся только ждать и как-то пока мириться с этим.
Все трое подавленно замолчали, а баран доел салатные листья и переключился на фикус, растущий в кадке у окна.
— Ты что делаешь! — воскликнула Помфри. — Совсем что ли не соображаешь?
С этими словами она отлевитировала все декоративные растения из больничного зала в свой кабинет, а перед бараном появилась очередная корзина с травой и листьями.
— Как вы думаете, он понимает, что мы говорим? — тихо спросила Гермиона.
— Не знаю, — МакГонагалл пожала плечами. — Анимаги, например, всё понимают и помнят всё, что было с ними в облике животного.
Гермиона посмотрела на аппетитно жующего траву барашка.
— Странно, Северус никогда не любил ни зелень, ни сладости, а сейчас…
— Ничего странного, — отрешённо проговорила МакГонагалл. — Обычно я тоже не люблю мышей.
Гермиона искоса взглянула на задумавшуюся о чём-то своём МакГонагалл и закусила губу, еле сдерживаясь, чтобы не прыснуть со смеху.
Вечером они с МакГонагалл долго не могли договориться о том, где будет жить баран до возвращения Дамблдора. Исполняющая обязанности директора школы категорически возражала против присутствия барана в Больничном крыле или жилой комнате сотрудника, а Гермиона даже слышать не хотела о том, чтобы отправить Северуса обратно в пристройку к теплицам. Тогда МакГонагалл предложила компромисс — открыть одиннадцатый кабинет на первом этаже, где в своё время Дамблдор создал лесную поляну для кентавра Флоренца, принявшего должность преподавателя Прорицания. Гермиона этот вариант одобрила, но с условием, что останется там вместе со своим бараном. Однако попасть в запечатанный директором кабинет оказалось невозможно — это не получилось даже у МакГонагалл.
В конечном итоге Минерва сдалась, позволив своей упрямой любимице поступать так, как она пожелает. Так в комнате Гермионы появилась магически расширенная ниша, в которой талантливая ученица профессора трансфигурации создала небольшой загончик, устланный сеном. Туда эльфы поставили кадку со свежей водой и корзины с пищей для временного жильца.
В окно лился лунный свет, наполняя комнату зыбким сиянием. Баран обживал своё новое пристанище, а Живоглот внимательно следил за ним, заняв пост в ногах у своей хозяйки.
Гермиона крепко спала и снилось ей, что они с Северусом оказались в дремучей чаще. Под кронами высоких деревьев царило чародейское безмолвие, а прямо перед ними, в волшебной паутине узоров, сплетённых из стеблей и тонких листьев, пылал, переливаясь и искрясь, легендарный Цветок Папоротника.
Глава шестая
Просыпаться не хотелось. Гермиона старалась удержать ускользающие видения, но вернуться в дивный волшебный сон у неё никак не получалось. Хотелось пить, во рту ощущался устойчивый привкус зелий.«Грейнджер, ты в своём уме? — не открывая глаз, обругала себя Гермиона. — Сколько успокоительного ты вчера выпила? Если ты и дальше будешь так реагировать на каждую ссору с Северусом, то тебе до пятого этажа больницы Святого Мунго рукой подать».
Натянув одеяло на голову, она попыталась вспомнить, что ей приснилось, но в памяти всплывали лишь отдельные обрывки сна, да ощущение необычности произошедших там событий.
«Мне приснилось, что Дамблдор превратил Северуса в барана! — яркой вспышкой вспомнила она. — Кому расскажу — не поверят! Скажут: неудивительно — после такого-то количества зелий. Гарри так точно съязвит, что надо было меньше читать сказки братьев Гримм. А то у меня то Золушка, то баран-козлёночек. Нет чтобы прекрасная принцесса, заточённая в высокой башне, и героический принц на белом коне. Тьфу ты, надо же, о чём не подумаешь, всё к Снейпу сводится. Принца заказывали? Вот вам Принц, собственной персоной. Получите, распишитесь. Только не на белом коне, а на старой школьной метле. Помню-помню, как он летал на метле, когда один раз судил матч по квиддичу».
Гермиона откинула одеяло и сладко потянулась.
«Так, хватит о Снейпе! Пора вставать, — приказала она себе. — Сначала завтрак, а потом приниматься за работу. Надеюсь, сегодня мадам Помфри согласится заняться списком зелий… Кстати, почему зелье» Сна без сновидений«есть, а зелья» Сна с приятными сновидениями«нет? Надо будет развить эту идею».
От двери послышался треск.
— Живоглот! Ты что там делаешь? — проворчала Гермиона и открыла глаза.
Сон оказался явью. За невысокой изгородью стоял баран, а рядом с ним валялась сломанная плетёная корзинка.
Составление заявки на закупку ингредиентов для Больничного крыла заняло почти полдня. Сложив пергаменты в папку, Помфри встала, чтобы размять затёкшую спину и подошла к окну.
Страница 12 из 24
