Фандом: Гарри Поттер. Как часто слова, произнесенные в шутку, вдруг становятся реальностью? Маги точно знают, что достаточно часто. Гарри и Одри отправились на второй курс Хогвартса, надеясь, что этот год получится чуть веселее предыдущего. Так и получилось, вот только юные мародеры имели в виду совсем другое веселье.
358 мин, 36 сек 3257
Поэтому Нарцисса тут же вытащила палочку, заклинанием отодвинула одну из полок на стене, что одновременно служила засовом для тайной двери, опомнившись, схватила со стола очки для защиты от василиска, и только потом отперла дверь и осторожно потянула ее на себя. Даже в слабом свете факелов она без труда узнала каждого из пришедших. В дверь класса стучались трое братьев Уизли. Высокий Перси в свитере под цвет волос, близнецы в одинаковых бордовых свитерах, все трое крайне взволнованные: в слабом освещении коридора они казались даже слишком бледными. Впрочем, в этом может быть виноват цвет волос.
— Что случилось? — обеспокоенно спросила Нарцисса.
Все трое чуть ли не подскочили. Перси тут же бросился к ней, и Нарцисса увидела, что братья привели с собой еще и Джинни. Просто она была незаметна, пряталась за рослым старшим братом.
— Нам срочно нужна ваша помощь! — едва скрывая панику громко прошептал Перси.
Его шепот слабо вязался как с их ночным визитом, так и с громким стуком в дверь. Нарцисса чуть посторонилась, пропуская всех в кабинет, и тут же запечатала ее заклинанием. На детей она смотрела со смесью ужаса и недовольства.
— Прежде, чем я начну ругать вас за нарушение комендантского часа, у вас есть пара минут убедить меня не делать это! — скрывая дрожь в голосе потребовала она.
Дрожь была результатом и гнева, что и не думал утихать с появлением Уизли, и с волнением за них — все же эти мальчишки были весьма самодостаточны, а теперь она еще и вспомнила, что она нарушили с десяток школьных правил и каким-то образом вскрыли защиту МакГонагал.
Но вместо ответа Фред протянул ей тонкую книжку в черной кожаной обложке.
— Что это? — поморщилась Нарцисса.
— Дневник Тома Марволо Риддла, — голос Фреда так же был испуганным. — Тот, что украли из комнаты Гарри.
Нарцисса машинально забрала книгу, внимательно рассматривая всех четверых. Испуг, беспокойство, на побледневших лицах ярко выделяются веснушки, у всех ярко-красным пылают уши — видимо, семейная черта. Между рослыми братьями Джинни кажется совсем маленькой. Волосами она пошла в мать. Все Уизли рыжие, но только волосы Джинни имеют такой благородный оттенок, совсем как у Молли. Сейчас, когда девочка так бледна и явно измучена, заметно и другое сходство — черты лица у Джинни совсем Блэковские, видно пошла в свою прабабку, Цедреллу.
Нарцисса почти не знала сестру ее любимых учеников, а леди Блэк любила всех братьев разом, как весельчаков Фреда и Джорджа, как и зануду-Перси, так и хвастунишку-Рона. Но у Джинни пока не было уроков Нарциссы, поэтому их знакомство ограничивалось редкими встречами в коридорах, да мельканием девочки в толпе на вокзале. Сейчас же Нарцисса почувствовала странное притяжение к ней. Похожа ведь. Эти аристократические черты лица не портят даже веснушки, хотя пока девочка и похожа на несуразного утенка. Крупные карие глаза смотрят на Нарциссу даже не испуганно — в них плещется настоящий ужас.
Она поняла прежде, чем дети начали рассказывать. Просто сопоставила это волнение братьев — они ведь за семью горой, сопоставила дневник Темного Лорда, сопоставила настоящий ужас в глазах этой рыжей девчушки.
— О, Мерлин… Джинни, почему ты раньше не сказала?
Девочка в ответ не выдержала и разревелась. Нарцисса обняла ее, бережно поглаживая по голове. Ее старшие братья смотрели на Нарциссу с надеждой. Волнуются. Вот за это она и любила их. Шпыняют друг друга, вечно шутят, критикуют. А случись что — друг за друга горой.
Нарцисса осторожно усадила девочку на софу, близнецам кивнула на стулья, а сама быстро нацарапала две записки — МакГонагалл и Сириусу. Отправила с домовиком, времени не было. Взгляд то и дело падал на черную книгу. Крестраж. Джинни, конечно, поступила крайне неосмотрительно, но ей одиннадцать, у нее шесть боевых братьев, занятая по дому мать и никаких подруг. А доверять посторонним она не умеет. Боится. Рыжая хлюпала носом, который сейчас по цвету мог соперничать с волосами, а ее братья не сводили глаз со взрослого, которому доверяли.
— Что теперь будет? — голос Перси казался словно искусственным.
— Сейчас придет Сириус и мы разберемся, — ответила Нарцисса, снова посмотрев на часы.
Сириус еще не ложился. Белла тоже. Ремус с Дорой, по слухам, допоздна слушают музыку в синей гостиной. Соберутся они быстро. А вот Андромеда рано отправляется спать, работа в школе предполагает определенные привычки.
— Я не смогу разобраться во всем сама, — объяснила обеспокоенным детям Нарцисса. — И принять решение сама не могу. Но в Азкабан не сажают за одержимость духом, а это, если я правильно помню, ближе всего именно к одержимости.
В полной тишине, достаточно напряженной, они просидели минут двадцать. Потом послышались шаги, громкий голос Сириуса, суховатые ответы МакГонагалл, а после в комнату вошли они все. Сириус, все еще в рабочем костюме, грустно вздыхающий Ремус, взъерошенная Дора, которая тут же задела столик у стены и с него на пол упала стопка книг. Зашедшие последними Белс и МакГонагалл имели особенно недовольный вид.
— Что случилось? — обеспокоенно спросила Нарцисса.
Все трое чуть ли не подскочили. Перси тут же бросился к ней, и Нарцисса увидела, что братья привели с собой еще и Джинни. Просто она была незаметна, пряталась за рослым старшим братом.
— Нам срочно нужна ваша помощь! — едва скрывая панику громко прошептал Перси.
Его шепот слабо вязался как с их ночным визитом, так и с громким стуком в дверь. Нарцисса чуть посторонилась, пропуская всех в кабинет, и тут же запечатала ее заклинанием. На детей она смотрела со смесью ужаса и недовольства.
— Прежде, чем я начну ругать вас за нарушение комендантского часа, у вас есть пара минут убедить меня не делать это! — скрывая дрожь в голосе потребовала она.
Дрожь была результатом и гнева, что и не думал утихать с появлением Уизли, и с волнением за них — все же эти мальчишки были весьма самодостаточны, а теперь она еще и вспомнила, что она нарушили с десяток школьных правил и каким-то образом вскрыли защиту МакГонагал.
Но вместо ответа Фред протянул ей тонкую книжку в черной кожаной обложке.
— Что это? — поморщилась Нарцисса.
— Дневник Тома Марволо Риддла, — голос Фреда так же был испуганным. — Тот, что украли из комнаты Гарри.
Нарцисса машинально забрала книгу, внимательно рассматривая всех четверых. Испуг, беспокойство, на побледневших лицах ярко выделяются веснушки, у всех ярко-красным пылают уши — видимо, семейная черта. Между рослыми братьями Джинни кажется совсем маленькой. Волосами она пошла в мать. Все Уизли рыжие, но только волосы Джинни имеют такой благородный оттенок, совсем как у Молли. Сейчас, когда девочка так бледна и явно измучена, заметно и другое сходство — черты лица у Джинни совсем Блэковские, видно пошла в свою прабабку, Цедреллу.
Нарцисса почти не знала сестру ее любимых учеников, а леди Блэк любила всех братьев разом, как весельчаков Фреда и Джорджа, как и зануду-Перси, так и хвастунишку-Рона. Но у Джинни пока не было уроков Нарциссы, поэтому их знакомство ограничивалось редкими встречами в коридорах, да мельканием девочки в толпе на вокзале. Сейчас же Нарцисса почувствовала странное притяжение к ней. Похожа ведь. Эти аристократические черты лица не портят даже веснушки, хотя пока девочка и похожа на несуразного утенка. Крупные карие глаза смотрят на Нарциссу даже не испуганно — в них плещется настоящий ужас.
Она поняла прежде, чем дети начали рассказывать. Просто сопоставила это волнение братьев — они ведь за семью горой, сопоставила дневник Темного Лорда, сопоставила настоящий ужас в глазах этой рыжей девчушки.
— О, Мерлин… Джинни, почему ты раньше не сказала?
Девочка в ответ не выдержала и разревелась. Нарцисса обняла ее, бережно поглаживая по голове. Ее старшие братья смотрели на Нарциссу с надеждой. Волнуются. Вот за это она и любила их. Шпыняют друг друга, вечно шутят, критикуют. А случись что — друг за друга горой.
Нарцисса осторожно усадила девочку на софу, близнецам кивнула на стулья, а сама быстро нацарапала две записки — МакГонагалл и Сириусу. Отправила с домовиком, времени не было. Взгляд то и дело падал на черную книгу. Крестраж. Джинни, конечно, поступила крайне неосмотрительно, но ей одиннадцать, у нее шесть боевых братьев, занятая по дому мать и никаких подруг. А доверять посторонним она не умеет. Боится. Рыжая хлюпала носом, который сейчас по цвету мог соперничать с волосами, а ее братья не сводили глаз со взрослого, которому доверяли.
— Что теперь будет? — голос Перси казался словно искусственным.
— Сейчас придет Сириус и мы разберемся, — ответила Нарцисса, снова посмотрев на часы.
Сириус еще не ложился. Белла тоже. Ремус с Дорой, по слухам, допоздна слушают музыку в синей гостиной. Соберутся они быстро. А вот Андромеда рано отправляется спать, работа в школе предполагает определенные привычки.
— Я не смогу разобраться во всем сама, — объяснила обеспокоенным детям Нарцисса. — И принять решение сама не могу. Но в Азкабан не сажают за одержимость духом, а это, если я правильно помню, ближе всего именно к одержимости.
В полной тишине, достаточно напряженной, они просидели минут двадцать. Потом послышались шаги, громкий голос Сириуса, суховатые ответы МакГонагалл, а после в комнату вошли они все. Сириус, все еще в рабочем костюме, грустно вздыхающий Ремус, взъерошенная Дора, которая тут же задела столик у стены и с него на пол упала стопка книг. Зашедшие последними Белс и МакГонагалл имели особенно недовольный вид.
Страница 59 из 100
