Фандом: Гарри Поттер. Как часто слова, произнесенные в шутку, вдруг становятся реальностью? Маги точно знают, что достаточно часто. Гарри и Одри отправились на второй курс Хогвартса, надеясь, что этот год получится чуть веселее предыдущего. Так и получилось, вот только юные мародеры имели в виду совсем другое веселье.
358 мин, 36 сек 3705
Сириус забирал Гарри от Дурслей каждое утро. Они вдвоем сидели в библиотеке, иногда Андромеда чуть ли не за уши тащила их обедать, в остальном же им никто не мешал. Их шумная детская толпа на этих каникулах несколько распалась, все проводили время с родителями, лениво отдыхали. После Рождества даже начали в письмах жаловаться на скуку. Но не Гарри.
Новость о том, что он — дитя пророчества, мальчик воспринял более, чем спокойно. Он всегда чувствовал, что что-то такое должно быть. Невидимая ответственность давила ему плечи с самого детства, теперь он лишь узнал свою главную цель — выжить в схватке с тем магом, что убил его родителей.
Они сидели в дальней части библиотеки, у самого окна. Там стоял удобный высокий стол и несколько кресел вокруг. Сириус освободил ближайшую книжную полку, хорошо ее защитил, и теперь там стояли семь книг, которые Гарри принес из заброшенного поместья Поттеров.
— Высшая магия, — объяснял Сириус, — достаточно сложна в изучении, она требует огромного запаса сил, концентрации, и особого настроя. Именно поэтому высшую магию условно разделяют на светлую, темную и нейтральную. Но это не значит, что светлый маг — само очарование и вообще добрее него нет на свете. То же самое и с темной магией.
— Ты не похож на темного мага из сказок и легенд, — усмехнулся Гарри.
Сириус улыбнулся.
— К темной магии условно относятся и все проявления жестокого насилия. Все эти сказочные кости младенца, кровь девственницы… Для темных ритуалов такого уровня важно, чтобы все эти ингредиенты несли на себе след ужаса, страха, насильственной смерти. И сам маг. Творя подобное колдовство, приходится обращаться к своим самым темным качествам. Поначалу это сложно. Постепенно можно научиться вытаскивать свою тьму на всеобщее обозрение, практически не замечая ее. Вот я в школе не мог еще найти баланс между тем, где я, а где та часть моего характера, что помогает творить темное колдовство.
— А я? Стану добрее? — нахмурился Гарри.
— Альтруистичнее, скорее всего. Какое-то время тебе будет особенно сложно отказывать другим в просьбах и отвечать грубо. Но не переживай, твои друзья не дадут посторонним пользоваться твоей внезапно нахлынувшей добротой.
Гарри замолчал, обдумывая слова крестного. На самом деле, темная сторона магии влекла его больше. Она казалась сильнее, интереснее, манила некоторой таинственностью. Сириус видел его сомнения:
— Не переживай. Когда научишься оперировать такими силами, разучить парочку темных заклинаний для тебя не составит труда.
— Мне всегда казалось, что у темных больше возможностей, — несколько обиженно ответил Гарри.
— И больше проблем, — грустно хмыкнул Сириус.
Он не знал, как рассказать Гарри о том, как бывает сложно удержать самого себя от этих ужасных поступков. Как иногда хочется убить своего собеседника, и ты стоишь и перебираешь в голове все двадцать шесть мучительных смертельных проклятий, которые тебе известны. Как бывает стыдно за себя, когда наваждение всемогущества проходит, и ты понимаешь, что последние несколько часов вел себя просто ужасно и… и наслаждался этим. У Блэков хорошо получается удерживаться на грани, не превращаясь в сумасшедших, которые наслаждаются властью. Но не все обладают таким же гибким мышлением.
— Все темные — манипуляторы и моральные садисты, — грустно хмыкнул Сириус. — И я тому ярчайший пример. Ты немного не такой. Я боюсь, что ты можешь не удержать равновесие. Уж слишком ты… увлеченный.
Гарри обиженно надулся, Сириус в ответ рассмеялся:
— Не обижайся на правду. Чтобы тебе было известно, каждый раз опираться на свет внутри себя гораздо сложнее. Но ты сможешь защитить себя и своих близких. Темные обычные мстят, поэтому их боятся трогать попусту, идут убивать лишь наверняка. Спятивший темный маг — это страшно. А вот светлые… Знаменитый Щит Света. Создает один человек. Подпитывается искренним желанием спасти и защитить. Ни одно темное проклятье, ни один ритуал, никак не может навредить тем, кто внутри щита.
Гарри поморщился:
— Совсем никак? Получается, что за ним люди будут в безопасности всегда?
Сириус покачал головой:
— Будут. Но это не тот вид защиты, которую можно привязать к местности. Твой предок когда-то держал такой щит вокруг Мунго в течение нескольких часов. Это был своеобразный рекорд, мало кому удается выдержать такое напряжение даже четверть часа.
Гарри заметно воодушевился. Вот уж парень — поставь задачку посложнее, а он и рад.
— А к каким силам обращаться мне? — спросил Гарри.
— Собственно, мы и будем заниматься поиском самого светлого твоего качества, — улыбнулся Блэк. — Но одно из самых простых заклинаний Светлой магии — это патронус. Защитник. Те же дементоры бегут от них прочь. Но патронус неплохо защищает и от богартов, оборотней, большинства водных созданий. Для создания патронуса нужно вспомнить что-то светлое и радостное.
— То есть светлая магия основывается на хороших воспоминаниях? — поморщился Гарри.
Сириус в ответ покачал головой.
Новость о том, что он — дитя пророчества, мальчик воспринял более, чем спокойно. Он всегда чувствовал, что что-то такое должно быть. Невидимая ответственность давила ему плечи с самого детства, теперь он лишь узнал свою главную цель — выжить в схватке с тем магом, что убил его родителей.
Они сидели в дальней части библиотеки, у самого окна. Там стоял удобный высокий стол и несколько кресел вокруг. Сириус освободил ближайшую книжную полку, хорошо ее защитил, и теперь там стояли семь книг, которые Гарри принес из заброшенного поместья Поттеров.
— Высшая магия, — объяснял Сириус, — достаточно сложна в изучении, она требует огромного запаса сил, концентрации, и особого настроя. Именно поэтому высшую магию условно разделяют на светлую, темную и нейтральную. Но это не значит, что светлый маг — само очарование и вообще добрее него нет на свете. То же самое и с темной магией.
— Ты не похож на темного мага из сказок и легенд, — усмехнулся Гарри.
Сириус улыбнулся.
— К темной магии условно относятся и все проявления жестокого насилия. Все эти сказочные кости младенца, кровь девственницы… Для темных ритуалов такого уровня важно, чтобы все эти ингредиенты несли на себе след ужаса, страха, насильственной смерти. И сам маг. Творя подобное колдовство, приходится обращаться к своим самым темным качествам. Поначалу это сложно. Постепенно можно научиться вытаскивать свою тьму на всеобщее обозрение, практически не замечая ее. Вот я в школе не мог еще найти баланс между тем, где я, а где та часть моего характера, что помогает творить темное колдовство.
— А я? Стану добрее? — нахмурился Гарри.
— Альтруистичнее, скорее всего. Какое-то время тебе будет особенно сложно отказывать другим в просьбах и отвечать грубо. Но не переживай, твои друзья не дадут посторонним пользоваться твоей внезапно нахлынувшей добротой.
Гарри замолчал, обдумывая слова крестного. На самом деле, темная сторона магии влекла его больше. Она казалась сильнее, интереснее, манила некоторой таинственностью. Сириус видел его сомнения:
— Не переживай. Когда научишься оперировать такими силами, разучить парочку темных заклинаний для тебя не составит труда.
— Мне всегда казалось, что у темных больше возможностей, — несколько обиженно ответил Гарри.
— И больше проблем, — грустно хмыкнул Сириус.
Он не знал, как рассказать Гарри о том, как бывает сложно удержать самого себя от этих ужасных поступков. Как иногда хочется убить своего собеседника, и ты стоишь и перебираешь в голове все двадцать шесть мучительных смертельных проклятий, которые тебе известны. Как бывает стыдно за себя, когда наваждение всемогущества проходит, и ты понимаешь, что последние несколько часов вел себя просто ужасно и… и наслаждался этим. У Блэков хорошо получается удерживаться на грани, не превращаясь в сумасшедших, которые наслаждаются властью. Но не все обладают таким же гибким мышлением.
— Все темные — манипуляторы и моральные садисты, — грустно хмыкнул Сириус. — И я тому ярчайший пример. Ты немного не такой. Я боюсь, что ты можешь не удержать равновесие. Уж слишком ты… увлеченный.
Гарри обиженно надулся, Сириус в ответ рассмеялся:
— Не обижайся на правду. Чтобы тебе было известно, каждый раз опираться на свет внутри себя гораздо сложнее. Но ты сможешь защитить себя и своих близких. Темные обычные мстят, поэтому их боятся трогать попусту, идут убивать лишь наверняка. Спятивший темный маг — это страшно. А вот светлые… Знаменитый Щит Света. Создает один человек. Подпитывается искренним желанием спасти и защитить. Ни одно темное проклятье, ни один ритуал, никак не может навредить тем, кто внутри щита.
Гарри поморщился:
— Совсем никак? Получается, что за ним люди будут в безопасности всегда?
Сириус покачал головой:
— Будут. Но это не тот вид защиты, которую можно привязать к местности. Твой предок когда-то держал такой щит вокруг Мунго в течение нескольких часов. Это был своеобразный рекорд, мало кому удается выдержать такое напряжение даже четверть часа.
Гарри заметно воодушевился. Вот уж парень — поставь задачку посложнее, а он и рад.
— А к каким силам обращаться мне? — спросил Гарри.
— Собственно, мы и будем заниматься поиском самого светлого твоего качества, — улыбнулся Блэк. — Но одно из самых простых заклинаний Светлой магии — это патронус. Защитник. Те же дементоры бегут от них прочь. Но патронус неплохо защищает и от богартов, оборотней, большинства водных созданий. Для создания патронуса нужно вспомнить что-то светлое и радостное.
— То есть светлая магия основывается на хороших воспоминаниях? — поморщился Гарри.
Сириус в ответ покачал головой.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 93 из 100
