Гарри Поттер и Песочные Часы

— Кажется, тебя кое-кто ждет, Гарри, — Ханна коснулась его руки, выводя из оцепенения, и кивнула в сторону. Там, старательно делая вид, что не смотрит на стол Хаффлпаффа, стоял Драко Малфой. Гарри заметил, как нелепо выглядит его попытка конспирации и понадеялся, что его собственные смотрятся убедительней.

— Ты чего-то хотел, Драко? — спросил он, подойдя к слизеринцу.

— Завтра будет ужин, — ответил Драко, нервно прикусив губу, чего за ним никогда не наблюдалось. — Хотел сказать тебе кое-что. Есть минутка?

Они вышли из Большого Зала и вывернули к коридору, ведущему в подземелье. Драко нашел пустующий кабинет, открыл его и, пропустив Гарри за собой, осторожно прикрыл дверь. Среди начищенных домовыми эльфами столов они были одни.

— Отец велел не говорить тебе, — начал Драко и снова прикусил губу, — он сказал, что ты можешь разозлиться. Но я каждый день получаю письма от мамы.

— Что-то случилось? — удивился Гарри. Ему казалось, что двух небольших состояний будет достаточно, чтобы поправить дела дома Малфоев.

— Не знаю, — ответил Драко. — У нас поселился гость. Странный тип. Отец написал мне, что завтра он будет за праздничным столом. Гарри, держись от него подальше.

Договорив, Драко пулей вылетел из кабинета, и дверь хлопнула, оглушив Гарри и оставив в растерянности посреди пустых столов. Драко Малфой только что проявил любезность.

По дороге в гостиную Хаффлпаффа Гарри старательно расшифровывал сказанное Малфоем. Пять лет назад он принял бы это за чистую монету, но совсем недавно его осенило, что волшебники вокруг воспринимали мир по-разному. У Драко была какая-то цель, он хотел чего-то, и ради этого он заставил себя предупредить Гарри об опасности. Возможно, это была привязанность к семье, возможно, страх за собственное благополучие, но, возможно, это было что-то еще, более глубокое. Гарри решил, что примет к сведению услышанное, но не станет ничего предпринимать до тех пор, пока не разберется в ситуации хоть чуточку лучше.

«Странным типом», конечно же, был Барти Крауч-младший. Гарри уже не сомневался, что именно он убил собственного отца, и, возможно, именно он убил Грозного Глаза. Всего год назад младшему Барти удалось с помощью чужой палочки не просто одолеть Муди, но даже держать его в неволе целый учебный год, обхитрить Дамблдора и подготовить ритуал воскрешения Темного Лорда. Барти Крауч-младший был опасен, куда более опасен, чем тщеславный Люциус и даже едкий и желчный Снейп.

— У тебя такой вид, будто ты собрался на казнь, — весело заявила Тонкс, столкнувшись с Гарри возле бочек, ведущих в гостиную.

— Плохой день, — ответил Гарри.

— По лицу кажется, что плохой год, — она подмигнула и пошла дальше по своим делам.

Гарри не мог с ней не согласиться. Целый год в компании Амбридж, где они вынуждены были скрываться от всего и вся, изматывающие занятия окклюменцией, которая не помогала ему для защиты от Волдеморта, и, наконец, путешествие в прошлое. И все же оставалось слишком много вещей, которые нельзя было откладывать даже на пару дней.

На утро, проснувшись раньше обычного, он сходил на кухню к домовым эльфам и попросил пару кусков пирога с мясом. Домовики засуетились, достали откуда-то удобную вместительную сумку и погрузили туда почти целый пирог. Гарри хотел сердечно поблагодарить их и уже открыл рот, но потом вспомнил, что домовики были сплоченной общиной, всегда делились друг с другом сплетнями, а значит его сердечная благодарность будет на первых страницах несуществующего издания магических существ. Темные Лорды не благодарят домовых эльфов, Темные Лорды молча принимают пирог и уходят.

Макгонагалл несколько раз, пока они садились в экипаж до Хогсмида, напомнила Гарри, что не считает путешествие в поместье Малфоев хорошим продолжением дня. Ее согласие и неделю назад было для Гарри большой неожиданностью, но теперь он понял, что она поставила себе цель отговорить его от безумной затеи, держа поблизости.

Действительно, пока карета неторопливо ехала по засыпанной снегом дорожке, профессор трансфигурации увлеченно расписывала, по какой причине Гарри не стоит принимать приглашение Драко.

— Мы с ним хорошо ладим, — отрезал Гарри, пользуясь тем, что одиннадцатилетние дети могут дружить вопреки здравому смыслу. Он уже успел заметить, что компании первокурсников при всей своей нелепости выглядели стайками счастливых сов разных видов.

— Правда? — удивилась Макгонагалл. Они почти доехали до Хогсмида, и вид у профессора был весьма озадаченный.

— Да, я узнал, что у его семьи большие проблемы и передал немного денег, — ответил Гарри.

Профессор сделала вид, что не улыбается, и Гарри, чувствуя себя виртуозом обмана, понял — она считает, что он протянул Малфоям галеон.

Аппарировать было непривычно, но Макгонагалл ничуть не удивилась его реакции, даже восприняла ее с энтузиазмом и сунула ему потрепанного вида леденец.

— Всегда держу для таких случаев, — объяснила она.