Гарри Поттер и Песочные Часы

Гарри не мог отделаться от ощущения, что на его лице мелькнула улыбка, но они уже подошли к дому Хагрида.

Лесничий открыл дверь, стоило ему услышать голос Гарри, но чуть не захлопнул ее прямо у них перед носом, когда заметил Снейпа.

— Ты что-то натворил, Гарри? — взволнованно спросил Хагрид, остановив дверь на дипломатичной середине. Они не могли войти внутрь, но он разговаривал с ними, глядя в глаза.

— Нет, — торопливо ответил Гарри. — Просто я хотел прийти к тебе в гости, но я — первокурсник. Профессор Снейп согласился проводить меня.

— Чего? — не поверил Хагрид.

Гарри вынужден был признаться самому себе, что поверить в такой поступок действительно было сложнее, чем поверить в существование волшебства, когда тебя десять лет растили магглы.

Они сели за стол. Атмосфера была настолько напряженной, что Гарри вдыхал квинтэссенцию раздражения и боялся заразиться ненавистью. Хагрид недовольно смотрел на Снейпа, а тот всем своим видом демонстрировал, что мечтает оказаться где угодно еще. Но они оба готовы были кое-чем пожертвовать ради Гарри.

— Я хотел спросить тебя, Хагрид, — начал Гарри, осторожно хлебнув остывший чай. — По поводу моей мамы.

— Про Лили? — удивился Хагрид, недоверчиво покосившись на Снейпа.

— Да, мне все время рассказывают про отца, а я хотел бы узнать о маме.

— Ну, Лили…

Великан вдруг встал из-за стола и пошел копаться в сундуке у себя за спиной. Через пару минут он извлек оттуда толстый фолиант, уселся обратно на стул и стал переворачивать страницы.

— Лили, вот она, — Хагрид положил на стол альбом и показал снимок, который Гарри знал до мельчайших деталей. Лили, Джеймс и маленький Гарри — Песочные Часы не изменили этого прошлого.

— Какой она была? — тихо спросил Гарри. И, хотя он весь день вел себя так, как хотелось бы Дамблдору, в эту минуту он понял, что ему не нужно просчитывать ходы вперед. Он хотел послушать историю о маме еще раз.

— Доброй, — улыбнулся Хагрид. — Доброй, да. И, конечно, очень храброй. Думаю, поэтому она и попала в Гриффиндор. Трусам там делать нечего, да. Ты, Гарри, не подумай, что я считаю хаффлпаффцев трусами, я это сказал не потому.

«Именно потому ты и сказал это, Хагрид», — подумал Гарри, но озвучивать вслух свои мысли не стал. Промолчать и соврать — все-таки разные вещи.

— Лили хорошо училась, — продолжил Хагрид. Гарри понял, что его ждет поучительная история о том, что нужно вести себя хорошо. — Была очень прилежной ученицей. Профессор Слагхорн, ваш зельевар, очень гордился ею. Пророчил большое будущее. Ну, а на пятом курсе она влюбилась в твоего отца. Хорошая была пара. Джеймс, конечно, постоянно влипал в неприятности, но Лили, наверное, была для него, вроде как, якорем. Без нее он бы пропал, в два счета, точно тебе говорю.

— Хагрид? — Гарри понял, что изо всех сил сжимает кулаки. — Скажи, как ты думаешь, она бы смогла выжить? Ну, знаешь, если бы не я?

Повисла тишина. Гарри слушал, как бьется его собственное сердце, и понимал ответ на свой вопрос. Конечно, она была бы жива, если бы ей не нужно было защищать Гарри. Джеймс и Лили остались бы счастливой парой волшебников. Вместо чувства вины теперь, спустя шесть лет после того, как он узнал правду о смерти родителей, Гарри ощутил гнев. Волдеморт заставил страдать столько семей, что даже сегодня отголоски его тирании оставались трагедиями для многих детей. Невилл, бабушка которого жила воспоминаниями о его родителях. Сьюзен, у которой в живых осталась одна лишь тетя. Он сам, Гарри, которого воспитывали родственники самодуры. Скольких еще Волдеморт лишил самого дорогого?

— Гарри, не надо тебе о таком думать, — нерешительно ответил Хагрид.

— Она все равно умерла бы, — неожиданно вмешался Снейп. — Она была членом Ордена Феникса и противостояла Пожирателям Смерти. Волдеморт убил десятки волшебников, возможно, сотни. Если бы твоя мама не умерла в Годриковой Впадине, она умерла бы в другой битве.

Гарри обернулся к Снейпу. Взгляды их на секунду встретились, но Гарри увидел на чужом лице только отчужденность. Превзойти учителя окклюменции было невозможно.

— Да, — рассеянно подтвердил Хагрид. — Думаю, так оно и было.

Они возвращались в замок молча. Снейп не сказал больше ни слова, а Гарри нечего было говорить ему. В кармане лежала фотография родителей, которую украдкой он трогал, чтоб убедиться, что она действительно у него есть.

— Спасибо, профессор, — сказал Гарри, когда они оказались возле лестничных переходов, но не получил ответа.

На кровати, завернутая в подарочную упаковку, его ждала мантия-невидимка.

19. Мастер окклюменции

Выручай-комната была переполнена копиями библиотечных книг. Несколько копий стульев стояло в небольшом пространстве, а зачарованный дневник лежал, раскрытый на середине, прямо перед Гарри.