Фандом: Гарри Поттер. Седьмой год учебы в Хогвартсе и… второй год семейной жизни! Гарри становится совершеннолетним, учится на анимага, и если вы думаете, что его учит Минерва МакГонагалл, значит, вы невнимательно читали «Гарри Поттер и Обряд Защиты Рода». Боюсь, что Волдеморт все же придет к власти, но надеюсь, что его торжество будет недолгим. Ну и кроме того: Дурсли и тетя Мардж, новый преподаватель по ЗОТИ, квиддич, Мародеры (без них скучно) и я полагаю, никто не забыл о Долорес Амбридж?
922 мин, 1 сек 13767
Гарри свесился с кровати, взял с тумбочки волшебную палочку и, прошептав «Люмос», заглянул под кровать.
На полу был постелен мягкий матрас и несколько подушек, обвязанных по краю витиеватым узором.
— Ух ты! — удивился Гарри.
— Госпожа Гермиона оказала недостойному Добби такую честь! — шепотом прорыдал Добби. — Она сама связала Добби эти подушки и велела спать на мягком матрасе! Раньше Добби спал на старых газетах в пыльном углу одной из кладовых Люциуса Малфоя! — Добби зарыдал в голос.
— Да тише ты! — возмущенно зашипел Гарри. — Гермиону разбудишь!
Добби, испуганно вытаращив глаза, мгновенно заткнул себе рот, а затем принялся молча лупить себя по голове кулаком. Гарри, тоже молча, попытался перехватить лапки эльфа.
— Иди спать, Добби! — наконец догадался приказать ему Гарри.
Гермиона, разбуженная рыданиями Добби, сонно что-то пробормотала. Гарри тут же лег рядом с ней, и девушка, удобно устроившись на его плече, снова уснула.
Утро в Общем зале, как обычно, началось с прилета сов с газетами. Гермиона кинулась к своему экземпляру «Ежедневного пророка». На первой странице красовалась очень удачная фотография решительно смотрящего на читателей Гарри и заголовок
Гарри Поттер обвиняет Волдеморта в гибели своих родителей
Гарри читал статью из-за плеча Гермионы. Рон, подбежавший к ним, тоже замер над печатными строками, смешно вытянув шею.
— «Ещё до поступления в Хогвортс, когда я даже не знал, что волшебник, я помнил странный холодный смех и вспышку зеленого света… Дементоры, которые охраняли школу, когда я учился на третьем курсе, вызвали у меня страшные воспоминания о том, как умирали мои родители. Я слышал их крики, видел зеленый свет смертоносного заклинания», — пробормотал Рон. — Ух ты, Гарри, как ты это так… того… сказал!
— Я такого не говорил, — ответил Гарри, — мои реплики снова подправили!
— А по-моему все замечательно, твои слова, пусть и отредактированные, очень впечатляют! — воскликнула Гермиона.
— Гарри, какой ты красавчик на фотке получился! — услышал Гарри восхищенное хихиканье гриффиндорских шестикурсниц.
Гермиона ревниво сжала губы, Гарри только мельком на них взглянул и снова углубился в чтение.
— Ну, слава Богу, хоть слова Дамблдора не переделали на слюнявый рассказ о том, какой я несчастный! — Гарри пробегал глазами строки.
— А это что такое? — Рон указал на одну из фотографий в углу страницы.
Гарри посмотрел на неё. Снимок запечатлел тот момент, когда тринадцатилетний Гарри упал без сознания на квиддичном поле. К нему подбегали школьники и преподаватели.
При появлении дементоров Гарри Поттер терял сознание, потому что заново переживал гибель своих родителей — гласила подпись под волшебной фотографией.
— Откуда эта фотография? — возмутился Гарри. — Это уже слишком!
Гермиона нахмурилась, но снова взяла себя в руки.
— Зато теперь много людей поверят тебе, Гарри, и тому, что Волдеморт на самом деле убил твоих родителей. А это сейчас очень важно!
Поскольку «Ежедневный пророк» мало кто выписывал, Гермиона увеличила свой экземпляр и повесила на доске объявлений в Гриффиндорской гостиной. А к вечеру Гарри узнал от Луны, что то же самое она проделала в гостиной Рейвеклов.
— Возле стены много учеников спорили, — спокойно рассказывала девушка, несколько отрешенно глядя на Гарри, — но, похоже, большинство верят тебе.
— Спасибо.
— А ещё я дала Люси галеон, и она повесила газеты на Хаффелпаффе и Слизерине.
— Какой Люси? — удивился Гарри.
— Люси Луш — ужасная ябеда и спекулянтка, — устало ответила Луна, теребя на груди разноцветную ракушку.
— Спекулянтка? — рассмеялась Гермиона.
— Да, она продает всякие штуки из-под полы и даже Напиток Грез. А за деньги сделает что угодно, — Луна слегка улыбнулась.
— И куда смотрит профессор Спраут! — возмутилась Гермиона.
— Спрос определяет предложение, — Луна неторопливо пожала плечами. — Люси многие терпеть не могут, но пользуются её услугами и помогают избежать наказания. Она только Снейпа боится.
— Вот те на! Конкурирующая организация! — Рон ошалело посмотрел на Луну и почесал затылок.
— А ты продаешь Напиток Грез? — в глазах Луны появилось легкое удивление.
— Нет. А тебе нужен Напиток Грез? — Рон расхохотался и шепнул на ухо Гарри. — По-моему, она его уже обпилась!
Секундой позже он ощутил довольно болезненный подзатыльник.
— Э! — вскрикнул Рон, обернувшись.
На него испепеляющим взором смотрела Гермиона.
— Когда надумаешь выпить эту гадость, будь осторожен, от напитка можно улететь в грезы навсегда, — затуманено заметила Луна.
— Я удивляюсь, как ты до сих пор ещё староста школы! — Гермиона недобро посмотрела на Рона, едва Луна отошла от них.
— Как прошел урок у Снейпа? — спросила Гермиона, едва увидела входящего Гарри.
— Требует, чтобы я как можно быстрее преобразовывался, а в общем и целом — ничего. Обошлось без взаимных мысленных оскорблений. Он выставил глухую стену, я — тоже.
На полу был постелен мягкий матрас и несколько подушек, обвязанных по краю витиеватым узором.
— Ух ты! — удивился Гарри.
— Госпожа Гермиона оказала недостойному Добби такую честь! — шепотом прорыдал Добби. — Она сама связала Добби эти подушки и велела спать на мягком матрасе! Раньше Добби спал на старых газетах в пыльном углу одной из кладовых Люциуса Малфоя! — Добби зарыдал в голос.
— Да тише ты! — возмущенно зашипел Гарри. — Гермиону разбудишь!
Добби, испуганно вытаращив глаза, мгновенно заткнул себе рот, а затем принялся молча лупить себя по голове кулаком. Гарри, тоже молча, попытался перехватить лапки эльфа.
— Иди спать, Добби! — наконец догадался приказать ему Гарри.
Гермиона, разбуженная рыданиями Добби, сонно что-то пробормотала. Гарри тут же лег рядом с ней, и девушка, удобно устроившись на его плече, снова уснула.
Утро в Общем зале, как обычно, началось с прилета сов с газетами. Гермиона кинулась к своему экземпляру «Ежедневного пророка». На первой странице красовалась очень удачная фотография решительно смотрящего на читателей Гарри и заголовок
Гарри Поттер обвиняет Волдеморта в гибели своих родителей
Гарри читал статью из-за плеча Гермионы. Рон, подбежавший к ним, тоже замер над печатными строками, смешно вытянув шею.
— «Ещё до поступления в Хогвортс, когда я даже не знал, что волшебник, я помнил странный холодный смех и вспышку зеленого света… Дементоры, которые охраняли школу, когда я учился на третьем курсе, вызвали у меня страшные воспоминания о том, как умирали мои родители. Я слышал их крики, видел зеленый свет смертоносного заклинания», — пробормотал Рон. — Ух ты, Гарри, как ты это так… того… сказал!
— Я такого не говорил, — ответил Гарри, — мои реплики снова подправили!
— А по-моему все замечательно, твои слова, пусть и отредактированные, очень впечатляют! — воскликнула Гермиона.
— Гарри, какой ты красавчик на фотке получился! — услышал Гарри восхищенное хихиканье гриффиндорских шестикурсниц.
Гермиона ревниво сжала губы, Гарри только мельком на них взглянул и снова углубился в чтение.
— Ну, слава Богу, хоть слова Дамблдора не переделали на слюнявый рассказ о том, какой я несчастный! — Гарри пробегал глазами строки.
— А это что такое? — Рон указал на одну из фотографий в углу страницы.
Гарри посмотрел на неё. Снимок запечатлел тот момент, когда тринадцатилетний Гарри упал без сознания на квиддичном поле. К нему подбегали школьники и преподаватели.
При появлении дементоров Гарри Поттер терял сознание, потому что заново переживал гибель своих родителей — гласила подпись под волшебной фотографией.
— Откуда эта фотография? — возмутился Гарри. — Это уже слишком!
Гермиона нахмурилась, но снова взяла себя в руки.
— Зато теперь много людей поверят тебе, Гарри, и тому, что Волдеморт на самом деле убил твоих родителей. А это сейчас очень важно!
Поскольку «Ежедневный пророк» мало кто выписывал, Гермиона увеличила свой экземпляр и повесила на доске объявлений в Гриффиндорской гостиной. А к вечеру Гарри узнал от Луны, что то же самое она проделала в гостиной Рейвеклов.
— Возле стены много учеников спорили, — спокойно рассказывала девушка, несколько отрешенно глядя на Гарри, — но, похоже, большинство верят тебе.
— Спасибо.
— А ещё я дала Люси галеон, и она повесила газеты на Хаффелпаффе и Слизерине.
— Какой Люси? — удивился Гарри.
— Люси Луш — ужасная ябеда и спекулянтка, — устало ответила Луна, теребя на груди разноцветную ракушку.
— Спекулянтка? — рассмеялась Гермиона.
— Да, она продает всякие штуки из-под полы и даже Напиток Грез. А за деньги сделает что угодно, — Луна слегка улыбнулась.
— И куда смотрит профессор Спраут! — возмутилась Гермиона.
— Спрос определяет предложение, — Луна неторопливо пожала плечами. — Люси многие терпеть не могут, но пользуются её услугами и помогают избежать наказания. Она только Снейпа боится.
— Вот те на! Конкурирующая организация! — Рон ошалело посмотрел на Луну и почесал затылок.
— А ты продаешь Напиток Грез? — в глазах Луны появилось легкое удивление.
— Нет. А тебе нужен Напиток Грез? — Рон расхохотался и шепнул на ухо Гарри. — По-моему, она его уже обпилась!
Секундой позже он ощутил довольно болезненный подзатыльник.
— Э! — вскрикнул Рон, обернувшись.
На него испепеляющим взором смотрела Гермиона.
— Когда надумаешь выпить эту гадость, будь осторожен, от напитка можно улететь в грезы навсегда, — затуманено заметила Луна.
— Я удивляюсь, как ты до сих пор ещё староста школы! — Гермиона недобро посмотрела на Рона, едва Луна отошла от них.
— Как прошел урок у Снейпа? — спросила Гермиона, едва увидела входящего Гарри.
— Требует, чтобы я как можно быстрее преобразовывался, а в общем и целом — ничего. Обошлось без взаимных мысленных оскорблений. Он выставил глухую стену, я — тоже.
Страница 74 из 261
