Генерал-губернатору

— А ведь ты, Семён, не такой сюда приехал, а сейчас молчишь, будто в рот воды набрал. И взгляд у тебя… горящий, что ли. У дочки моей, Аксиньи, такой же был, когда она в лесу пропала. Давно я догадываюсь, что здесь происходит, и дам я тебе один совет — хочешь жить, двери на ночь запирай да во двор не выходи. Неладное творится здесь. Особливо нельзя тебе на волчью тропу выходить. Полдеревни там сгинуло, и ты сгинешь.

Ничего я не ответил Маркелу, ушел в свой дом да закрылся в нём. Целый день смотрел в потолок и думал. Я же люблю её, что же делать-то мне теперь? Бежать нельзя, застава же! И с ней мне нельзя, и без неё мне не жизнь… Кажется мне, что девушка эта и есть Маркелова дочка Аксинья… Аксинья… любовь моя… сгину, а с тобой на век останусь!

В окно постучали. В один скачок я вылетел во двор, — никого, полная луна светит, и только тени к лесу ведут… Вот она, вот она, моя Аксинья! Рукой манит, за собой зовёт! Хочу я бежать к ней, да не слушаются ноги, падаю, ползу к ней на четвереньках да всё быстрее и быстрее… А луна-то как светит, аж выть хочется… Пропал я… Пропал.