— Генка должен быть шпионом, — твердо сказал Витя. — Он кучерявый.
70 мин, 6 сек 10585
Без пяти два Нина резко оборвала рассказ Ани о каких-то туфлях и, сузив глаза, отчеканила:
— Я пошла. Завтра чтобы в десять всем как штык около качелей. Лена, оружие есть? На завтра?
Гена помотал головой.
— Выдам тебе перед боем тогда. — И, глянув строго на всех, Нина убежала к своему подъезду. Гена проводил ее взглядом… и чуть переместился вбок, чтобы было удобнее видеть, как она поднимается. Поддакивая продолжившей рассказывать про бантики и застежки Ане, он наблюдал, как тоненькая фигурка мелькнула в окне подъезда: на втором этаже, третьем… на четвертом… на пятом, последнем.
«Может, Лёша был прав? И Нин-зя, живя на последнем этаже, нашла ход на чердак? — раздумывал Гена. — А то что быстро перемещаются, так вон она как взлетела, и это наверх, вниз еще легче».
Вечером Генка еле успел вернуться домой, переодеться и съесть обед. Когда пробегал по двору, видел пацанов. Они, как и договорились, обдали его издалека холодным презрением.
Отрапортовав родителям (как дела? — хорошо, съел всё? — всё, что делал? — играл, внеклассное чтение делал? — еще нет, сделаю и так далее) Генка шмыгнул на балкон. Витя его уже ждал. Было темно, но на всякий случай они не высовывались, сидели, прижавшись к стенке, разделяющей балконы, и шептались, как Монте-Кристо и аббат Фарио.
Витя его сразу засыпал вопросами. Гена вкратце описал знакомство с девчонками, Нин-зю охарактеризовал как «немного жуткую». Витя протянул: «Я же говори-и-ил… коза она». Гена хотел поспорить, но не стал. В конце концов, у него были новости поважнее.
— Так, она мне про все их засады рассказала, когда я согласился завтра играть. Сейчас буду вспоминать… — Генка закрыл глаза, чтобы лучше память заработала, но почему-то первое, что ему прыгнуло в голову, это тень от ресниц Нины, лежащая на щеках. Он усилием воли прогнал эту картинку и вызвал другую, ту, где она показывала ему засады. — М-м-м… если от первого подъезда начинать… в цветнике. Потом на карнизе второго подъезда. В кустах дальше. В подвал третьего подъезда иногда забывают дверь запереть. Между гаражей, и, понятное дело, на гаражах. Потом там еще дерево стоит узловатое… на ветках. Большая будка с распределительным щитом, туда можно залезть сбоку, если бревно подставить…
На каждое место, что называл Гена, Витя тихо бормотал: «Знаю… знаю… знаю».
По итогу шпионской вылазки оказалось, что ничего нового Генка не добыл. Абсолютно.
— Я все эти места знаю, — сокрушался Витя. — Может, она не все тебе рассказала? Не доверяет? Ты хорошо девчонку изображал? Не выдал себя?
— Конечно, не выдал, — прервал его Генка. — Ну, может, она мне пока полностью и не доверяет, но завтра-то придется мне рассказать. Будет уже игра и от этого будет зависеть результат, так ведь? Так что не волнуйся, завтра все узнаю. Ну, придется разок поиграть против вас.
Витя вздохнул, поворчал, но согласился. А что было делать?
— Только мы на полную с тобой будем играть, — предупредил Витя друга. — Пощады не жди. Это ради конспирации, сам понимаешь.
— Конечно, понимаю. — Сказал Гена и усмехнулся, хоть Витя его и не мог видеть. — Я тоже буду на полную, пощады не ждите.
Он услышал смешок с той стороны, а потом Витя сказал:
— Ну, до завтра.
— Спокойной ночи.
— Ага, спокойной.
Заснул Гена моментально, как только голова коснулась подушки.
3. Фриц
Генка был у девчоночьих качелей «как штык» даже не в десять, а без пятнадцати. У него было важное дело. Он походил кругами, рассматривая окрестности и пытаясь вычислить, где пряталась Нин-зя вчера. Основываясь на слышимости, он мысленно очертил круг, за которым она не смогла бы разобрать, о чем они говорили. Понятно, что на ровном месте она бы спрятаться не могла — невидимость бывает только в книжках. В кустах — слишком шумно, да и вылезла бы она вся исцарапанная. Оставались только деревья. Одно из них росло совсем близко к качелям — то самое, на которое вначале разговора пялились Аня с Соней, — но Нин-зя никак не могла на нем сидеть. Это был тополь. Ствол его был почти гладким, ветки начинались очень высоко… «Туда бы даже пантера не залезла!» — подумал Гена и уже почти отмел дерево как вариант, но тут заметил, что растет оно как раз напротив подъезда, где живет Нин-зя.
— Не может быть, — прошептал он, задирая голову. Толстые ветки дотягивались почти до дома. Одна из них торчала перед окном на той стороне, где, предположительно, находилась нинина квартира. Но если… ей бы пришлось прыгать на ветку из окна… на высоте пятого этажа!
«Нет, она ловкая, но не настолько, — сказал себе Генка, — и шизанутая, но тоже не настолько». Гена подошел ко второму дереву, пониже. Вот сюда залезть вполне реально, решил он. Правда, далековато от качелей, но, возможно, он неправильно оценивает громкость своего голоса и Нин-зя услышала и отсюда.
Кивнув самому себе, он уселся на качели и принялся ждать остальную команду.
— Я пошла. Завтра чтобы в десять всем как штык около качелей. Лена, оружие есть? На завтра?
Гена помотал головой.
— Выдам тебе перед боем тогда. — И, глянув строго на всех, Нина убежала к своему подъезду. Гена проводил ее взглядом… и чуть переместился вбок, чтобы было удобнее видеть, как она поднимается. Поддакивая продолжившей рассказывать про бантики и застежки Ане, он наблюдал, как тоненькая фигурка мелькнула в окне подъезда: на втором этаже, третьем… на четвертом… на пятом, последнем.
«Может, Лёша был прав? И Нин-зя, живя на последнем этаже, нашла ход на чердак? — раздумывал Гена. — А то что быстро перемещаются, так вон она как взлетела, и это наверх, вниз еще легче».
Вечером Генка еле успел вернуться домой, переодеться и съесть обед. Когда пробегал по двору, видел пацанов. Они, как и договорились, обдали его издалека холодным презрением.
Отрапортовав родителям (как дела? — хорошо, съел всё? — всё, что делал? — играл, внеклассное чтение делал? — еще нет, сделаю и так далее) Генка шмыгнул на балкон. Витя его уже ждал. Было темно, но на всякий случай они не высовывались, сидели, прижавшись к стенке, разделяющей балконы, и шептались, как Монте-Кристо и аббат Фарио.
Витя его сразу засыпал вопросами. Гена вкратце описал знакомство с девчонками, Нин-зю охарактеризовал как «немного жуткую». Витя протянул: «Я же говори-и-ил… коза она». Гена хотел поспорить, но не стал. В конце концов, у него были новости поважнее.
— Так, она мне про все их засады рассказала, когда я согласился завтра играть. Сейчас буду вспоминать… — Генка закрыл глаза, чтобы лучше память заработала, но почему-то первое, что ему прыгнуло в голову, это тень от ресниц Нины, лежащая на щеках. Он усилием воли прогнал эту картинку и вызвал другую, ту, где она показывала ему засады. — М-м-м… если от первого подъезда начинать… в цветнике. Потом на карнизе второго подъезда. В кустах дальше. В подвал третьего подъезда иногда забывают дверь запереть. Между гаражей, и, понятное дело, на гаражах. Потом там еще дерево стоит узловатое… на ветках. Большая будка с распределительным щитом, туда можно залезть сбоку, если бревно подставить…
На каждое место, что называл Гена, Витя тихо бормотал: «Знаю… знаю… знаю».
По итогу шпионской вылазки оказалось, что ничего нового Генка не добыл. Абсолютно.
— Я все эти места знаю, — сокрушался Витя. — Может, она не все тебе рассказала? Не доверяет? Ты хорошо девчонку изображал? Не выдал себя?
— Конечно, не выдал, — прервал его Генка. — Ну, может, она мне пока полностью и не доверяет, но завтра-то придется мне рассказать. Будет уже игра и от этого будет зависеть результат, так ведь? Так что не волнуйся, завтра все узнаю. Ну, придется разок поиграть против вас.
Витя вздохнул, поворчал, но согласился. А что было делать?
— Только мы на полную с тобой будем играть, — предупредил Витя друга. — Пощады не жди. Это ради конспирации, сам понимаешь.
— Конечно, понимаю. — Сказал Гена и усмехнулся, хоть Витя его и не мог видеть. — Я тоже буду на полную, пощады не ждите.
Он услышал смешок с той стороны, а потом Витя сказал:
— Ну, до завтра.
— Спокойной ночи.
— Ага, спокойной.
Заснул Гена моментально, как только голова коснулась подушки.
3. Фриц
Генка был у девчоночьих качелей «как штык» даже не в десять, а без пятнадцати. У него было важное дело. Он походил кругами, рассматривая окрестности и пытаясь вычислить, где пряталась Нин-зя вчера. Основываясь на слышимости, он мысленно очертил круг, за которым она не смогла бы разобрать, о чем они говорили. Понятно, что на ровном месте она бы спрятаться не могла — невидимость бывает только в книжках. В кустах — слишком шумно, да и вылезла бы она вся исцарапанная. Оставались только деревья. Одно из них росло совсем близко к качелям — то самое, на которое вначале разговора пялились Аня с Соней, — но Нин-зя никак не могла на нем сидеть. Это был тополь. Ствол его был почти гладким, ветки начинались очень высоко… «Туда бы даже пантера не залезла!» — подумал Гена и уже почти отмел дерево как вариант, но тут заметил, что растет оно как раз напротив подъезда, где живет Нин-зя.
— Не может быть, — прошептал он, задирая голову. Толстые ветки дотягивались почти до дома. Одна из них торчала перед окном на той стороне, где, предположительно, находилась нинина квартира. Но если… ей бы пришлось прыгать на ветку из окна… на высоте пятого этажа!
«Нет, она ловкая, но не настолько, — сказал себе Генка, — и шизанутая, но тоже не настолько». Гена подошел ко второму дереву, пониже. Вот сюда залезть вполне реально, решил он. Правда, далековато от качелей, но, возможно, он неправильно оценивает громкость своего голоса и Нин-зя услышала и отсюда.
Кивнув самому себе, он уселся на качели и принялся ждать остальную команду.
История ждёт вашего следа
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить след
Страница 5 из 19
