Голодные призраки

Ответа я не услышал, но увидев, что дядя повернулся ко мне лицом, улыбнулся и, приветственно раскинув руки, пошёл ему навстречу. Я обошёл разделявшую нас чужую могилу и приблизился к оградке тётиной могилы. Встав возле неё, я внимательно посмотрел на стоящего. И вот тут-то я с кристальной ясностью понял, что передо мной не дядя. Это вообще не человек. И даже не привидение. Более того, это даже не оживший мертвец. Это хуже, гораздо хуже.

Существо более всего походило на грубоватую скульптуру, выполненную из гладкого белёсого материала. Как если бы некий ваятель взялся лепить дядю в полный рост, но, достигнув едва уловимого сходства, утратил интерес к работе. Парадоксально, но я ещё сохранял ясность мысли, а потому отметил, что могу различить даже черты дядиного лица, но принять это за человека можно лишь в сумерках и издалека. Кожа существа была покрыта налипшими комочками глины и песка, и я понял, что оно вылезло из той самой дыры в земле, в которую провалилась моя нога несколько дней назад.

Я попятился, не решаясь повернуться к существу спиной. А оно… оно наклонилось вперёд, перегнулось через решётку и начало вытягиваться, утончаясь и приближаясь ко мне. А потом передний конец его тела, тот, что имитировал дядину макушку, вдруг раскрылся, как распадается на ломти спелый арбуз, крест-накрест надрубленный ножом. И каждый «ломоть» быть изогнутой челюстью, обрамляющей чёрную дыру пасти. При этом существо не издало ни звука, кроме лёгкого чмоканья, с которым оно открыло свой рот.

Я замер. Так замирают животные, ослеплённые светом фар. Я же замер от запредельного ужаса и невыносимого трупного смрада, исходящего из разверстой пасти.

Не знаю, что произошло бы дальше, если б в следующий миг я не потерял равновесие. Я начал падать назад себя, ударился спиной о прутья решётки, а уж потом заработал инстинкт самосохранения. Я присел, повернулся, прополз по периметру ограды на четвереньках, встал на ноги и побежал.

Бог мой, как я бежал! Не разбирая дороги, запинаясь, цепляясь курткой за всё что только можно зацепиться и ежесекундно оглядываясь. Мне казалось, что жуткая тварь перемахнула через оградку и мчится за мной, сгибаясь и разгибаясь, как гусеница. Добежав до угла часовни, я остановился. Приступ паники миновал, монстр меня не преследовал, и я решил, что пора взять себя в руки.

Мне не хватало воздуха, сердце колотилось, в ушах гудело, глаза щипало от пота, к горлу подкатывала тошнота. Я согнулся пополам, упёрся вытянутыми руками в колени, зажмурился и старался восстановить дыхание.

Справа от меня что-то зашуршало. Я вскинул голову и вскрикнул: передо мной стоял человек. Это был именно человек, а не чудовищная имитация. Ростом примерно с меня, неопределённого возраста, весь закутанный в какое-то дурнопахнущее тряпьё. Самый обычный бомж. Никаких других особенностей его внешности я разглядеть не смог да и не успел, потому что незнакомец занёс вверх руку, а в руке было что-то тяжёлое, судя по всему — топор.

В этот самый миг разум уступил место инстинкту. А тот посоветовал резко уклониться в сторону и со всей мочи двинуть кулаком по физиономии напавшего…

Я никогда не бил человека по лицу. Даже в мальчишеских драках, даже в армии. Раздался звук как при ударе по куску говядины и ещё вроде что-то хрустнуло. (Несколько минут спустя я обнаружу, что кожа на костяшках пальцев лопнула, и кулак в крови — моей и чужой.) Таинственный незнакомец издал полувздох-полувсхлип, выронил топор и завалился в разросшийся под стенами часовни бурьян.

Не оглядываясь, я помчался домой и перевёл дух только когда захлопнул входную дверь, навалившись на неё спиной.

Дома я залпом выпил почти стакан водки, даже не почувствовав горечи. Через несколько минут, когда алкоголь начал оказывать своё целебное действие, я осознал, что в состоянии более-менее здраво проанализировать случившееся.

Увы, но ни одна умная мысль мне в голову не пришла! Объяснить случившееся я не мог, как ни пытался. И тут в памяти всплыло письмо с предостережением, то самое, что ранее я отверг как явную чепуху.

Я немедленно сел за компьютер. Чёрт возьми! Этот якобы бред вовсе не был таковым! Ведь человек, написавший мне, явно знал что-то такое! Взять хотя бы вот это: «Не ходите на кладбище после захода солнца. Особенно остерегайтесь могил родственников!» Так-так! Надо обязательно с ним связаться!

Под письмом стояла подпись: Виктор Белкин. И номер мобильного.

Я позвонил немедленно.

На часах было далеко за полночь. Мы с Виктором сидели за столом в его съёмной квартире и пили уже бог знает которую чашку растворимого кофе.