Горизонты тьмы. Яд из бездны. Постапокалипсис

Рыбацкая фактория располагалась на берегу залива. Несколько раз, он возил туда медикаменты и топливо, а назад возвращался с запасом консервов для «Треугольника». Но общение с рыбаками всегда оставляло неприятный осадок. Эти люди жили своей собственной жизнью, постепенно дичали и в крепость наведывались только за боеприпасами.

Почти всю дорогу Некрасов провёл с закрытыми глазами. Хотелось заснуть, но навязчивые мысли не давали покоя. Откинув голову, он прислушивался к монотонной работе движка, его поражал комфорт салона, где пахло новенькой обивкой, а не железом и блевотиной. Удивляла осведомлённость Шведа, который занял место водителя и ни разу не спросил правильно ли он выбрал дорогу.

«Скандинав чёртов! — подумал Некрасов. — И всё то он знает».

После вооружённого столкновения в плен сдались две сотни вражеских солдат. А потом все они куда-то исчезли. Осталась пара человек, да и те быстро спились. А этот не просто выжил, он приспособился и стал частью нового общества.

Некрасов разлепил веки, посмотрел на Суворова. Сержант читал какую-то книгу и улыбался.

— Откуда вы ребята? — спросил Некрасов. — С таким прикидом и БТРом, вы явно не из этих мест.

— Рассказали бы, да не положено, — отозвался Суворов. — Сам понимаешь, служба!

— Ты слишком любопытный, — добавила Дашка. — Надеюсь, с тобой не будет проблем?

— Не понимаю для чего нужен я? — Прогоняя сон, Некрасов потряс головой, — Вы всё знаете, могли бы справиться сами.

— Нам сказали, что у тебя контакты с местными, — заметил Суворов. — Зачем убивать аборигенов, если можно договориться.

Швед заглушил двигатель и повернулся к пассажирам.

— Приехали, — произнёс он. — Прогуляться никто не хочет?

— Демидов сказал, что их предупредят о нашем визите, — Суворов спрятал книгу за пазуху и взял в руки автомат. — Но, кажется, нас особо не ждут.

— Не всё так просто, — отозвался Некрасов. — У них беспокойное хозяйство и гостей здесь не любят.

Выходить из тёплой коробки не хотелось, но смотрели все на него. Повесив автомат на плечо, он открыл верхний люк и высунул голову. Пока всё было спокойно. Грудой железа впереди возвышался старый рыбзавод. Дурной запах гниющих отходов резко ударил в нос. Он услышал приглушённый прибоем рокот и поёжился.

— Всё больше и больше, — прошептал он. — Как же я не люблю этих ребят.

Выбравшись на броню, Некрасов сразу же заметил сотни оборванцев, которые медленно и бесцельно бродили по мокрому песку. Фактория была огорожена двойным забором из колючей проволоки, а по всему периметру из песка торчали заострённые колья и пруты. Со стороны могло показаться, что база заброшена. Но из трубы над ржавой крышей курился дым. У причала стояли покрашенные катера, а из глубин ангара доносился чей-то хриплый бас.

— Пошевеливайтесь! — крикнул Некрасов. — У тварей собачий нюх, скоро просекут, что мы здесь и полезут на запах.

Он спрыгнул на землю и осмотрелся по сторонам.

Откуда-то из-за деревьев доносилось нечленораздельное мычание и треск сучьев.

— Предлагаешь, пешком? — бросил Суворов. — Отсюда до ворот метров триста, пара тысяч жмуров. От нас даже клочьев не останется.

— Пошли! — позвал Некрасов. — Задрайте люк, чтобы не появились лишние пассажиры.

Некрасов двинулся к бетонному столбу на котором висела посиневшая от окислов корабельная рында. Столб одиноко торчал из песка и был виден со всех сторон.

— Нас доставят по воде, и если эти придурки сделают всё оперативно, проблем не будет.

Некрасов огляделся по сторонам и беспокойно поправил на плече ремень автомата.

— Однажды мне с приятелями пришлось полчаса барахтаться в холодном море. Чтобы упыри не достали.

— Жмуры плавать не умеют, — усмехнулся Швед. — Но в воду полезут всё равно.

Некрасов подошёл к столбу и дёрнул за колокольный язык. Над дюнами разнёсся тонкий, мелодичный перезвон.

— Услышат? — Суворов хладнокровно дослал патрон. — Я про тех, что внутри?

— Надо чтобы услышали. Иначе нам крышка.

Некрасов дёргал за язык до тех пор, пока на втором этаже рыбачьего домика не открылось окно. В проёме замаячила патлатая голова, затем показалась рука и до слуха донеслось несколько крепких выражений.

— Это Гарпун. Сволочь редкостная, но общаться можно, — пояснил Некрасов. — Сейчас пришлёт моторку.

Он посмотрел на Шведа и заметил, что из БТРа тот прихватил огромный рюкзак.

— Что у вас там?

— Тебя не предупредили? — Суворов хлопнул по рюкзаку, — Рыбаки вытащили не всё. Кое-что по-прежнему лежит на дне, и нам потребуется водолазное снаряжение.

Они услышали как вдали зарычал жмур. Твари их заметили, и над морем разнёсся многоголосый утробный стон. Один за другим, жмуры поворачивали в их сторону и жадно, по-звериному, тянули ноздрями воздух.

— Проклятье! — прошептал Некрасов. — Пошли к воде.

Они добежали до полосы прибоя и остановились у кромки. На берег накатывали мутные волны, ветер завывал в прибрежном камыше. Заняв круговую оборону, они напряжённо поглядывали на причал, где два пьяных рыбака пытались снять с кнехта канат.

— Уроды! — протянул Суворов. — Слишком долго копаются.