Фандом: Ориджиналы. Меня пугает это название — Город надежды. Что это за город такой? Я чувствую, рай или ад — одно из двух. Третьего не дано…
198 мин, 43 сек 5092
Костя отодвигает столик, встаёт с дивана и проходит в другой конец комнаты. Там дверь. Он открывает её, рядом из шкафа достаёт полотенце и манит меня пальцем.
— Иди сюда.
— Куда? — разворачиваюсь в его сторону.
— Душ прими.
Ага! Сейчас душ, а потом что? Мотаю головой, Костя сразу хмурится. Закидывает полотенце себе на плечо и подходит ко мне.
— Не веди себя так, — говорит он. — Сходи и прими душ.
— Я в общую душевую схожу. А ещё у нас сегодня прогулка, отпусти меня, пожалуйста…
За что я цепляюсь, ведь знаю же, что будет так, как нужно ему.
— В общей душевой тебя изнасилуют, можешь не сомневаться. На прогулке изобьют, в коридоре ты встретишь моих сердитых ребят, если попытаешься убежать отсюда. Да и, в принципе, если слушаться не будешь, я сам с тобой разберусь, — он садится на корточки передо мной и улыбается. — Ты же можешь быть хорошим мальчиком. Перестань ломаться, и всем будет проще.
Слушаю Костю с замиранием сердца. Это, пожалуй, его самая длинная речь, и она действует на все сто процентов. И опять я перед выбором: сделать так, как хочет он, или показать характер и гордость и быть поставленным на колени и избитым. Смотрю в пол, сказать нечего.
Лучше уж он один, чем толпа. Да, лучше так.
Поднимаюсь, сдёргиваю полотенце с его плеча и иду в душ.
— Там есть всё необходимое.
Игнорирую его слова, сам как-нибудь разберусь.
Принял душ быстро — боялся, что Костя ворвётся и нападёт на меня прямо в ванной. Два раза голову вымыл, намылил тело. Вскрыл упаковку с зубной щёткой, почистил зубы и, завернувшись в большое полотенце, встал у двери.
Выйти страшно, он же ждёт меня там. Очередная ебля, как надоело. Было всего лишь два раза, а ощущение такое, будто я работаю у Кости шлюхой уже пару лет.
Тянусь к дверной ручке, касаюсь пальцами, но схватиться не успеваю. Дверь с той стороны открывает Костя. Смотрит на меня и, слегка улыбнувшись, подходит ближе. Мне даже дышать страшно, когда он так смотрит.
Закрываю глаза и чувствую Костину руку. Проводит пальцами по груди, животу и стягивает полотенце…
Полотенце на полу. Я ещё мокрый, стою перед Костей, глаза опустил. Не люблю, когда на меня вот так смотрит — как будто разорвать на месте хочет.
Он протягивает руки, обнимает меня за поясницу. Стараюсь отстраниться, делаю шаг назад, но становлюсь только ближе к нему. Пальцы спускаются к моей заднице, сжимают ягодицы, раздвигают их.
— Обними меня.
Голос его глухой, хриплый. Не могу ослушаться и покорно кладу руки ему на плечи, обнимаю шею. Я просто размазня!
А Костя большой, сильный, по сравнению со мной он огромен. Уже без футболки и шорт. Голый и возбужденный. Чувствую его силу, когда он поднимает меня на руках. Сразу обхватываю ногами его поясницу, иначе неудобно. Развратная и пошлая поза — от неё сердце в груди подскакивает.
Я волнуюсь, и волнение, кажется, передаётся Косте: он шумно выдыхает, облизывает губы. Я отчётливо вижу это — теперь наши глаза и губы на одном уровне. Он принюхивается ко мне, как животное — касается моих губ своим языком. Я замираю, но момент прерван его хищной улыбкой.
Костя несёт меня на диван, падает на него, я — сверху. Сижу, понимаю, что его член скоро окажется во мне. Вот-вот, через пару секунд Костя приподнимет меня и вставит так, что искры из глаз посыплются.
Но мой мучитель сидит. Продолжает тискать меня за задницу и смотреть в глаза. Хочется отвести взгляд, но меня магнитит, не могу! Чего он ждёт? Скорее начнём, скорее закончим!
— Давай, — тяжело выдыхает он.
Я что-то не понял…
— Чего сидишь?
А что я должен делать? Мне непонятны такие вопросы. Озадаченно смотрю на него, он улыбается краешком губ и берёт меня за запястья.
— Сделай это сам, — говорит он, и до меня доходит.
Извращенец. Ох хочет, чтобы я помог ему трахнуть себя. Сам уселся на его член и принялся скакать, как бешеная коза!
Нет, я не смогу. Блядь, мне просто страшно — как это я сам…
— Садись на член, — угрожающе шепчет он, держа меня за задницу. — А то больнее будет.
Костя пристраивается к анусу и подаётся вперёд, но не входит. Ждёт меня, трётся своим членом о мою дырку. Плевать, пусть будет больнее! Я не могу сам!
— Давай же, не ломайся!
Краснею, как целка, ненавижу себя за то, что боюсь и что не могу скрыть смущения. Отрицательно мотаю головой, и Костя резко притягивает меня к себе, заставляет обнять его. Спускает руки к бёдрам и резко входит.
Боль дикая, я готов заорать, зареветь. Стискиваю зубы, зажмуриваюсь и терплю. Костя и не думает щадить — начинает жёстко трахать. Сразу быстрый темп, сильные толчки. Ни о какой прелюдии с ним не может быть и речи.
Я мычу от боли, он — стонет от наслаждения. Подбрасывает меня вверх и вновь усаживает на член. И сам двигается, и снова меня плотнее к себе прижимает. Держусь за его шею, ощущение, что улечу на другой конец комнаты — так он меня подкидывает.
— Иди сюда.
— Куда? — разворачиваюсь в его сторону.
— Душ прими.
Ага! Сейчас душ, а потом что? Мотаю головой, Костя сразу хмурится. Закидывает полотенце себе на плечо и подходит ко мне.
— Не веди себя так, — говорит он. — Сходи и прими душ.
— Я в общую душевую схожу. А ещё у нас сегодня прогулка, отпусти меня, пожалуйста…
За что я цепляюсь, ведь знаю же, что будет так, как нужно ему.
— В общей душевой тебя изнасилуют, можешь не сомневаться. На прогулке изобьют, в коридоре ты встретишь моих сердитых ребят, если попытаешься убежать отсюда. Да и, в принципе, если слушаться не будешь, я сам с тобой разберусь, — он садится на корточки передо мной и улыбается. — Ты же можешь быть хорошим мальчиком. Перестань ломаться, и всем будет проще.
Слушаю Костю с замиранием сердца. Это, пожалуй, его самая длинная речь, и она действует на все сто процентов. И опять я перед выбором: сделать так, как хочет он, или показать характер и гордость и быть поставленным на колени и избитым. Смотрю в пол, сказать нечего.
Лучше уж он один, чем толпа. Да, лучше так.
Поднимаюсь, сдёргиваю полотенце с его плеча и иду в душ.
— Там есть всё необходимое.
Игнорирую его слова, сам как-нибудь разберусь.
Принял душ быстро — боялся, что Костя ворвётся и нападёт на меня прямо в ванной. Два раза голову вымыл, намылил тело. Вскрыл упаковку с зубной щёткой, почистил зубы и, завернувшись в большое полотенце, встал у двери.
Выйти страшно, он же ждёт меня там. Очередная ебля, как надоело. Было всего лишь два раза, а ощущение такое, будто я работаю у Кости шлюхой уже пару лет.
Тянусь к дверной ручке, касаюсь пальцами, но схватиться не успеваю. Дверь с той стороны открывает Костя. Смотрит на меня и, слегка улыбнувшись, подходит ближе. Мне даже дышать страшно, когда он так смотрит.
Закрываю глаза и чувствую Костину руку. Проводит пальцами по груди, животу и стягивает полотенце…
Полотенце на полу. Я ещё мокрый, стою перед Костей, глаза опустил. Не люблю, когда на меня вот так смотрит — как будто разорвать на месте хочет.
Он протягивает руки, обнимает меня за поясницу. Стараюсь отстраниться, делаю шаг назад, но становлюсь только ближе к нему. Пальцы спускаются к моей заднице, сжимают ягодицы, раздвигают их.
— Обними меня.
Голос его глухой, хриплый. Не могу ослушаться и покорно кладу руки ему на плечи, обнимаю шею. Я просто размазня!
А Костя большой, сильный, по сравнению со мной он огромен. Уже без футболки и шорт. Голый и возбужденный. Чувствую его силу, когда он поднимает меня на руках. Сразу обхватываю ногами его поясницу, иначе неудобно. Развратная и пошлая поза — от неё сердце в груди подскакивает.
Я волнуюсь, и волнение, кажется, передаётся Косте: он шумно выдыхает, облизывает губы. Я отчётливо вижу это — теперь наши глаза и губы на одном уровне. Он принюхивается ко мне, как животное — касается моих губ своим языком. Я замираю, но момент прерван его хищной улыбкой.
Костя несёт меня на диван, падает на него, я — сверху. Сижу, понимаю, что его член скоро окажется во мне. Вот-вот, через пару секунд Костя приподнимет меня и вставит так, что искры из глаз посыплются.
Но мой мучитель сидит. Продолжает тискать меня за задницу и смотреть в глаза. Хочется отвести взгляд, но меня магнитит, не могу! Чего он ждёт? Скорее начнём, скорее закончим!
— Давай, — тяжело выдыхает он.
Я что-то не понял…
— Чего сидишь?
А что я должен делать? Мне непонятны такие вопросы. Озадаченно смотрю на него, он улыбается краешком губ и берёт меня за запястья.
— Сделай это сам, — говорит он, и до меня доходит.
Извращенец. Ох хочет, чтобы я помог ему трахнуть себя. Сам уселся на его член и принялся скакать, как бешеная коза!
Нет, я не смогу. Блядь, мне просто страшно — как это я сам…
— Садись на член, — угрожающе шепчет он, держа меня за задницу. — А то больнее будет.
Костя пристраивается к анусу и подаётся вперёд, но не входит. Ждёт меня, трётся своим членом о мою дырку. Плевать, пусть будет больнее! Я не могу сам!
— Давай же, не ломайся!
Краснею, как целка, ненавижу себя за то, что боюсь и что не могу скрыть смущения. Отрицательно мотаю головой, и Костя резко притягивает меня к себе, заставляет обнять его. Спускает руки к бёдрам и резко входит.
Боль дикая, я готов заорать, зареветь. Стискиваю зубы, зажмуриваюсь и терплю. Костя и не думает щадить — начинает жёстко трахать. Сразу быстрый темп, сильные толчки. Ни о какой прелюдии с ним не может быть и речи.
Я мычу от боли, он — стонет от наслаждения. Подбрасывает меня вверх и вновь усаживает на член. И сам двигается, и снова меня плотнее к себе прижимает. Держусь за его шею, ощущение, что улечу на другой конец комнаты — так он меня подкидывает.
Страница 22 из 51
