Город призраков

— Ах оставь, Ник. Не думаешь ли ты, что известный профессор прибыл из столицы с целью убить какого-то местного адвокатишку? В этом и заключается его величайшее открытие? Насколько смертны благопорядочные Жемчужане? Или насколько смертна мораль? Мотив, Ник! Прежде всего нам нужен мотив! Кому необходима смерть адвоката… А от этих олухов ничего, похоже, не добьешься. Хотя они и мертвого могут заговорить. Но о своих, заметь, они не говорят плохо. Все почему-то дружно стали даже жалеть Угрюмого. Прямо какое-то братство по оружию!

Уже начинало темнеть. И это тоже было одно из преимуществ юга. Я любил, когда рано наступал вечер. В теплых краях острее чувствовались запахи цветов и моря. Особенно оглушительно слышалась тишина. И обостреннее чувствовалось одиночество. Что я так любил.

Мы шли по аккуратно заасфальтированной дорожке. По пути нам никто не встретился. И создавалось впечатление, что здесь вообще редко гуляют. Хотя, возможно, все были просто напуганы смертью адвоката. Мы чувствовали на себе только пристальные взгляды из окон. Наверное, на нас смотрели с любопытством, как на чужаков. С приездом которых в этом тихом и уютном местечке стали твориться немыслимые дела. Но высунуть носа из своих кирпичных, утопающих в зелени домов никто не желал. Никто не желал идти навстречу неприятностям. Все надеялись, что неприятности обойдут стороной их дом. На сегодняшний день, похоже, этими неприятностями были мы с Вано. И нам это не особенно льстило.

Постепенно мы приближались к усадьбе. Уже видны были яркие огни в ее окнах. Уже слышался скрип калитки. И показалась фигура человека в светлом костюме и широкополой шляпе, низко надвинутой на лоб. Он быстрым шагом пошел в противоположную от нас сторону. Туда, где уже не было домов. Поскольку гостиница замыкала улицу в поселке. Мы машинально ускорили шаг. Но было поздно. Человек проворно скрылся за поворотом. Догонять его было бессмысленно. Он запросто мог исчезнуть в густом лесу, который начинался прямо за усадьбой.

— Высокий, стройный, гордая осанка. Достойный вид. В меру щегольский костюм. В меру дорогая шляпа, — Вано принялся за перечисление примет, хотя давным-давно, как и я, догадался, кто это может быть. — Столичная штучка.

— Профессор, похоже, обожает прогулки по вечерам.

— Зря столько иронии, Ник. Я посмотрел бы я на тебя, торчи ты целыми днями в лаборатории за умопомрачительными вычислением и идиотскими опытами. Да еще, когда рядом плещется море. Грех не подышать свежим морским воздухом для прочистки мозгов.

— Не проще ли к морю выйти по главной дороге. А не тащиться через заросли, где ненароком могут и шлепнуть.

— Оно, конечно, может и проще. Если есть гарантия, что не встретится по пути какая-нибудь жемчужная рожа. Которая тут же начнет без умолку трепаться. О достоинствах своих соседей. После этого даже море покажется болотом.

Я хлопнул Вано по широченному квадратному плечу. И подтолкнул его к двери.

— Похоже, дружище, тебе приглянулся этот профессор. Впрочем, и мне он вполне симпатичен. Как-то не похоже, чтобы он шнурком из ботинка задушил адвоката.

На пороге, сияя и кланяясь, нас встречала чета Кис-Кис. Ли-Ли шутливо возмущалась, почему мы не вернулись к обеду. Поскольку она специально для нас приготовила суп из акульих плавников. Вано при виде ее расплылся в добрейшей улыбке, хотя отсутствие передних зубов придавало ей несколько сомнительный вид. Однако, похоже, Ли-Ли этого не замечала. Я отметил, что на ней было новенькой платьице, темно-синее, с кружавчиками на воротнике и манжетах. Ну, прямо, школьница-отличница.

Мой товарищ таял на глазах. Даже его массивная квадратная фигура стала уменьшаться. И я боялся. Как бы он вообще не исчез. И предусмотрительно ущипнул его за локоть.

Вано бросил на меня озверевший взгляд. И тут же вновь повернулся к хозяюшке. И даже что-то промурлыкал. Совершенно дурацкое, типа:

— Акульи плавники от нас никуда не уплывут.

В общем, Вано глупел на глазах. И я, дабы предотвратить этот необратимый процесс, громко кашлянул. И обратился к мужу Ли-Ли.

— У вас прелестная жена! Надеюсь, вы счастливы. Я сразу же понял, что вы огромный ценитель невинности и целомудрия.

Вано тут же надулся, как индюк. А Ли-Ли опустилась на землю. И наконец вспомнила, что у нее есть муж. И послала ему воздушный поцелуй. После чего побежала на кухню подогревать акульи плавники.

Мы поднялись наверх умыться. Я очень хотел, чтобы в номере нас ждала Белка. Но увы. Комната была пуста. Моя рубашка валялась на полу. А ее платьице упорхнуло с веревки вместе с Белкой. Я грустно вздохнул.

— Слава Богу, что этой мыши здесь не оказалось, — отомстил мне Вано.— И что у тебя за вкус, Ник? Как может нравиться такая круглая дура. Да еще костлявая, как скелет.

— Ли-Ли тоже не блещет умом, — заметил я.

— Пусть, — согласился мой друг. — Зато она — как на ладони! Я вообще люблю простых барышень, чтоб без хитрости. А этот твой хомяк самого черта вокруг пальца объведет. Да так, что никто и не заметит.