В лесу было тихо и спокойно. Откуда-то издалека доносился нестройный птичий хор, в опавшей листве копошились мелкие зверьки, время от времени раздавался треск спрятавшихся насекомых, и ничто не нарушало эту идиллическую картину. Движения воздуха почти не было, лишь верхушки деревьев слегка качались, словно метрономы, задающие неторопливый ритм всему вокруг.
52 мин, 10 сек 16771
Подобрав ветку подлиннее, доктор потыкал ею странную находку. Масса вспучилась, и из неё вырвался особенно большой пузырь газа. Новое ядовитое облако рассеивалось заметно дольше предыдущего, и Кауст на всякий случай отвернулся. Когда он посмотрел обратно, то к своему немалому удивлению обнаружил на месте ямы торчащую из болотистой почвы голову каменной статуи. Лицо таинственного идола отдалённо напоминало человеческое, хотя, по мнению доктора, больше походило на уродливого гоблина. Вокруг во множестве копошились черви, и Кауст, ещё не полностью преодолевший брезгливость, поморщился и поспешил найти кого-то из своих спутников, чтобы показать им загадочное изваяние и далее просто наблюдать со стороны.
Этому, однако, не суждено было случиться — к тому времени, как Кауст обнаружил другого лекаря, он успел забыть дорогу, а объяснить, что именно его так заинтересовало, не удалось. Обтерев испачканный посох о траву, доктор вернулся к работе и вскоре забыл о статуе, посчитав её интересным, но бесполезным следом древней цивилизации.
Ночью Кауста одолевали кошмары. Ему снилось, что он заблудился в лесу, и каждый раз, когда упускал из виду какое-то место, оно сразу же преображалось. Поначалу вокруг него менялось лишь расположение деревьев, затем рельеф земли, а вскоре пейзаж начал приобретать неестественные, пугающие черты. То вокруг знакомого дерева аккуратным кругом оказывались расставлены стулья, то где-то пробегало странное животное, чья тень тянулась непрерывной полосой, то горизонт начинал искажаться, а солнце — отращивать щупальца и почковаться… Под конец всё смешалось в калейдоскоп, не поддающийся описанию, и Кауст кричал о помощи, но не слышал собственного голоса. А сверху над ним склонялись лишённые тел маски лекарей…
Проснувшись, доктор не сразу сообразил, что к чему, и ещё долго пытался отдышаться. Внезапная мысль напугала его ещё сильнее — он заметил, что, несмотря на ужас виденных им вещей, они ему понравились. Вспоминая обрывки сновидений, ещё не улетучившиеся из памяти, он замечал в них какую-то неземную гармонию, и чем дольше думал, тем сильнее восхищался. Помотав головой, чтобы прогнать странные размышления, Кауст посмотрел в маленькое окошко хижины. В нём он отчётливо разглядел небо и кусочек облака. На дворе был полдень. Кауст изумился — деревня просыпалась с первыми лучами солнца, и его каждый раз бесцеремонно будили, а в этот раз было тихо.
Одевшись, сполоснув лицо и привычно приняв необходимые лекарства, он сразу же вышел. Сомнений не было — деревенская улица была пустынна. Что-то показалось Каусту неправильным, но он никак не мог сообразить, что именно. Побродив, заглядывая во все дома, доктор сел на лавку возле одной из хижин, под которой обычно спало чьё-то домашнее животное, похожее на рысь. Разумеется, сейчас там никого не было. Закрыв глаза, чтобы яркий свет не мешал мыслям, доктор прислонился спиной к стене и попытался понять, что же могло произойти.
Он остался единственным живым существом в деревне — не было даже птиц, только червячки и насекомые безнаказанно ползали повсюду, норовя забраться на ботинки. Все двери были заперты изнутри, так что версия с нападением врагов отменялась. Даже если жители просто куда-то ушли, оставалось неясным, почему ему никто ничего не сказал — вряд ли он спал крепче, чем обычно, и наверняка мог бы услышать происходящее поблизости. Не было никаких следов аборигенов, отсутствовали даже трупы.
Трупы! Кауст размотал повязку и втянул носом воздух. Сомнений не было — ясно ощущался знакомый запах разложения, хотя его источника нигде не было. Или он просто находился там, куда доктор ещё не заглядывал. Вставая, Кауст заметил, что и лавка, и стена почему-то были липкими. Приглядевшись, он заметил покрывавшую дерево тонкую плёнку, которая и источала вонь. Брезгливо отряхнувшись, но не найдя на себе никаких видимых следов, Кауст достал из аптечки небольшой нож и попробовал соскоблить немного этой плёнки, но ничего не вышло — любые повреждения сразу же затягивались, оставляя после себя заметные полупрозрачные валики, похожие на рубцы.
Внезапно одно из этих утолщений пришло в движение и, извиваясь как червь, быстро переползло куда-то вниз. Доктор отшатнулся и, споткнувшись, сел на землю. Почти зажившая рука отозвалась резкой болью, и Кауст решил обращаться с ней осторожнее. Случайно посмотрев под лавку, он заметил в её тени какой-то предмет. Кауст ухватил находку и вытащил её на свет.
Этому, однако, не суждено было случиться — к тому времени, как Кауст обнаружил другого лекаря, он успел забыть дорогу, а объяснить, что именно его так заинтересовало, не удалось. Обтерев испачканный посох о траву, доктор вернулся к работе и вскоре забыл о статуе, посчитав её интересным, но бесполезным следом древней цивилизации.
Ночью Кауста одолевали кошмары. Ему снилось, что он заблудился в лесу, и каждый раз, когда упускал из виду какое-то место, оно сразу же преображалось. Поначалу вокруг него менялось лишь расположение деревьев, затем рельеф земли, а вскоре пейзаж начал приобретать неестественные, пугающие черты. То вокруг знакомого дерева аккуратным кругом оказывались расставлены стулья, то где-то пробегало странное животное, чья тень тянулась непрерывной полосой, то горизонт начинал искажаться, а солнце — отращивать щупальца и почковаться… Под конец всё смешалось в калейдоскоп, не поддающийся описанию, и Кауст кричал о помощи, но не слышал собственного голоса. А сверху над ним склонялись лишённые тел маски лекарей…
Проснувшись, доктор не сразу сообразил, что к чему, и ещё долго пытался отдышаться. Внезапная мысль напугала его ещё сильнее — он заметил, что, несмотря на ужас виденных им вещей, они ему понравились. Вспоминая обрывки сновидений, ещё не улетучившиеся из памяти, он замечал в них какую-то неземную гармонию, и чем дольше думал, тем сильнее восхищался. Помотав головой, чтобы прогнать странные размышления, Кауст посмотрел в маленькое окошко хижины. В нём он отчётливо разглядел небо и кусочек облака. На дворе был полдень. Кауст изумился — деревня просыпалась с первыми лучами солнца, и его каждый раз бесцеремонно будили, а в этот раз было тихо.
Одевшись, сполоснув лицо и привычно приняв необходимые лекарства, он сразу же вышел. Сомнений не было — деревенская улица была пустынна. Что-то показалось Каусту неправильным, но он никак не мог сообразить, что именно. Побродив, заглядывая во все дома, доктор сел на лавку возле одной из хижин, под которой обычно спало чьё-то домашнее животное, похожее на рысь. Разумеется, сейчас там никого не было. Закрыв глаза, чтобы яркий свет не мешал мыслям, доктор прислонился спиной к стене и попытался понять, что же могло произойти.
Он остался единственным живым существом в деревне — не было даже птиц, только червячки и насекомые безнаказанно ползали повсюду, норовя забраться на ботинки. Все двери были заперты изнутри, так что версия с нападением врагов отменялась. Даже если жители просто куда-то ушли, оставалось неясным, почему ему никто ничего не сказал — вряд ли он спал крепче, чем обычно, и наверняка мог бы услышать происходящее поблизости. Не было никаких следов аборигенов, отсутствовали даже трупы.
Трупы! Кауст размотал повязку и втянул носом воздух. Сомнений не было — ясно ощущался знакомый запах разложения, хотя его источника нигде не было. Или он просто находился там, куда доктор ещё не заглядывал. Вставая, Кауст заметил, что и лавка, и стена почему-то были липкими. Приглядевшись, он заметил покрывавшую дерево тонкую плёнку, которая и источала вонь. Брезгливо отряхнувшись, но не найдя на себе никаких видимых следов, Кауст достал из аптечки небольшой нож и попробовал соскоблить немного этой плёнки, но ничего не вышло — любые повреждения сразу же затягивались, оставляя после себя заметные полупрозрачные валики, похожие на рубцы.
Внезапно одно из этих утолщений пришло в движение и, извиваясь как червь, быстро переползло куда-то вниз. Доктор отшатнулся и, споткнувшись, сел на землю. Почти зажившая рука отозвалась резкой болью, и Кауст решил обращаться с ней осторожнее. Случайно посмотрев под лавку, он заметил в её тени какой-то предмет. Кауст ухватил находку и вытащил её на свет.
Страница 6 из 16
