Груз N…

Погрузившись в сон, я снова очутился в казарме. На улице было тепло, но в казарме стояла невозможная духота. Деревья были великолепны в своем зеленом наряде, но птиц слышно не было. Еще бы! Вся база была оцеплена электрическими ограждениями, поэтому глупые или не осторожные птицы, севшие на этот «заборчик», тут же падали вниз, не успев издать ни звука. Этих птиц никто не убирал, да и кому надо рисковать собственной жизнью? Поэтому у ограды одно время стоял ужасный запах, а птицы стали сторониться нашей базы, поскольку здесь находилось несколько таких бункеров. Один из них, использовавшийся под секретный склад, куда могли попасть лишь генералы и им подобные, да грузчики, которые иногда доставляли им туда какие-то огромные ящики, стоял в лесу. Грузчики появлялись редко и каждый раз новые. У дверей бункера день и ночь в любую погоду дежурила вооруженная охрана, да еще солдат двадцать в сторожках по всему периметру бункера. На базе все знали, что в охрану набрали каких-то отморозков и дали им приказ стрелять во все живое, не предъявившее пропуск или являющееся генералом или другим высокопоставленным лицом. Они даже убивали пролетающих птиц на тот случай, если они окажутся вражескими шпионами. Помнится, как один бедолага решил познакомиться с охраной (правда он тогда был «под мухой»), он не приблизился и на пятьсот метров к бункеру, как был застрелен охраной. Нам, конечно, заявили, что охрана предупредила его, потом дала предупредительный выстрел, а уже потом стала стрелять. Хотя никто в это не поверил, поскольку была слышна только одна очередь из автомата. А этому охраннику даже не сделали выговор. А однажды, после страшной грозы двух охранников пришлось госпитализировать с тяжелой пневмонией. Их отправили в больницу, которая находилась на территории базы в другом бункере, где жил весь офицерский состав.

У этого бункера тоже была своя охрана, но в основном там стояли солдаты из нашей же части. Кроме того, там были свои доктора, повара и даже уборщицы. В общем, случись что с базой, люди в бункере могли прожить ни о чем не беспокоясь пару лет, как утверждал наш врач. И хотя в этот бункер могли попасть врачи, повара, да иногда солдаты с разрешения офицера, по сравнению с первым бункером там был проходной двор.

Рядом находился еще один бункер, созданный как казарма для солдат на случай войны. Но там никого не было, и он стоял опечатанный. Как нам рассказывал наш врач, выпив медицинского спирта (он служил здесь очень долгое время), эту базу создали во время холодной войны для каких-то целей. То ли как склада оружия, то ли в качестве казарм на случай ядерной войны, чтобы сохранить солдат и технику (по этой версии в том секретном бункере как раз она и хранилась). Были еще версии. В случае ядерной войны, там должно было находиться правительство, и тот бункер соединен с другими подобными ему подземными ходом, для того чтобы правительство могло перебираться из одного место в другое, если бы их стало припекать. Или такая, что этот бункер является складом секретных ядерных баллистических ракет. Но самая популярная версия это, что там был склад секретных материалов, начиная от приказа о «расстреле» царской семьи (так утверждал нам наш врач, когда напивался (он якобы узнал это от одного охранника попавшего в госпиталь с пневмонией, когда помогал ему, правда как знали многие он любил привирать)) и кончая«тайными заговорами пришельцев» (опять же, по словам нашего доктора, который утверждает, что общается с пришельцами, но они приходят к нему лишь после литра спирта, причем видеть их может только он).

Рядом с жилым бункером находился солдатский госпиталь, в котором лечили нас, то есть солдат. Там конечно работал наш врач, а так же другой низко квалифицированный персонал, поскольку за такие деньги (сколько я не служил, у нас все время был кризис) мало кто согласится работать. В нашем госпитале вечно не хватало лекарств, а иных иногда вообще не было, единственное, чего было в достатке, так это медицинского спирта, который приноровились пить наши врачи вместо водки.

Сравнительно недалеко от госпиталя находился вертолетный аэродром и гараж. Не смотря на все старания техников, многие машины были не исправны. Что ж поделаешь, сложно починить то, что должно быть списанным лет десять назад. Но даже при таких условиях, наша авиация и машины были в относительной пригодности. Хотя, возможно, если бы началась война, наши машины долго бы не продержались, но в мирное время они еще могли сослужить неплохую службу.