Фандом: Гарри Поттер. Вы говорили, что мои родители погибли в автокатастрофе! — крикнул Гарри. Автокатастрофа?! — прогремел Хагрид, и Дурсли попятились. — Да как могла автокатастрофа сгубить Лили и Северуса Снейпов?!
119 мин, 54 сек 17215
Рон осекся под странными взглядами товарищей.
— Я что-то не то сказал?
— Все нормально. Уизли, — ответил Нотт, продолжая улыбаться. — Мой папа был молодец, правда. Спасибо за пожелание.
— Был?
— Он повесился в своей камере в Азкабане пять лет назад, — сказал Нотт. — Ну что, идем дальше?
Дальше оказалась зала с запертой дверью, над потолком которой парили летающие ключи, а сбоку висела метла.
Гарри при виде метлы сразу взял самоотвод.
К счастью, Малфой заметил, что один из ключей отличается от остальных, и вызвался его поймать. Ему доверили дело охотно, потому что из присутствующих Малфой летал на метле лучше всех и в будущем году намеревался записаться в сборную Слизерина новым ловцом.
Малфой оседлал метлу и поймал ключ — а дальше начались неприятности. Прочие ключи взбесились и всем роем набросились на него.
Малфой спикировал, уворачиваясь от бешеных ключей, и крикнул:
— Ловите ключ, бегите к двери! я их задержу!
И кинул ключ вниз.
Заговорщики едва успели открыть дверь и юркнуть внутрь, как безумные ключи понеслись за ними.
— Закрывайте дверь, к троллевой матери! — рявкнул Малфой. — Я попытаюсь найти другой выход, не ждите меня!
— Удачи! — крикнул сквозь дверь Рон.
Малфой откликнулся:
— И вам удачи…
Рона они потеряли в следующей комнате. Это была шахматная доска, они заняли место шахмат, и Рона съела королева.
Зато усилиями Рона они выиграли партию и прошли дальше.
Дальше был огненный коридор с логической загадкой о зельях — привет от профессора Фламеля. Как ни билась оставшаяся троица над разгадкой, ответ был, что за огненную завесу пройдет из них только один.
— Я пойду, — сказал Гарри.
— Там же Квиррелл! Мы тебя одного не отпустим! — крикнула Гермиона.
— Вы не можете.
— Я уже говорил, что мой отец повесился? — тихо спросил Нотт. — Я тащусь от Темного лорда, Снейп. Я пять лет мечтаю уничтожить гада, из-за которого погиб мой отец.
— А ты сможешь его уничтожить? Я — смогу, — сказал Гарри. — И только я смогу. Вы не сможете, а я уже побеждал его. И трижды побеждал Квиррелла. Вперед должен идти я один, и вы это знаете…
Гермиона хотела возразить, а Нотт промолчал.
— Идите назад, соберите наших товарищей. Попробуйте всё-таки связаться с Фламелем и Дамблдором. И пожелайте мне удачи!
— Удачи! — в один голос сказали Нотт и Гермиона, и Гарри пошел вперед.
Он входит в огромный каменный зал, вернее — спускается по ступенькам на каменную арену, обрамленную колоннами.
Посреди арены стоят Квиррелл и зеркало.
Квиррелл стоит к Гарри спиной — нет, лицом… или спиной-лицом… У Гарри темнеет в глазах при виде этого лица, и всё становится ясно.
Если это можно назвать лицом. Собственно, назвать его нечем, оно ни на что не похоже. Но Гарри его узнал. Именно это не-лицо мерещилось ему в ночных кошмарах.
Значит, всё это время Волдеморт был так близко…
— Гарри Снейп, — говорит лицо.
Гарри видит главное: у Квиррелла нет Камня. Это уже хорошо.
— Мой господин, вам нельзя много разговаривать, — эхом откликается Квиррелл.
— Я хочу говорить с мальчишкой. Приведи его сюда.
Гарри не ждет, чтобы его «привели», и сам спускается к зеркалу.
То самое зеркало, что заколдовал сам Дамблдор, и о котором Хагрид объявлял, что Квирреллу его никогда не одолеть?
— Смотри в зеркало, мальчишка, — приказывает лицо.
… Это самое необычное зеркало из всех, что видел Гарри. Старинное, с резной надписью по ободку: «Я показываю не ваше лицо, но ваше самое горячее желание.»
Гарри смотрит в зеркало и действительно не может насмотреться.
Он видит себя стоящим в зале, позади его сверлит глазами Квиррелл… Но они не одни. Рядом с Гарри стоят его родители. Они словно стеной защищают его своим телом от Квиррелла, они стоят между Гарри и Квирреллом, положив Гарри руки на плечи. Они выглядят невероятно живыми и юными, куда живее, чем на колдографиях в книгах, где их удалось видеть Гарри.
Они не смотрят на Квиррелла. Они тоже жадно и любовно глядят на Гарри, не отрываясь…
Гарри поражает, как он похож на свого отца. Неудивительно, что Поттер так бесится… Но сейчас не время думать о Поттере.
Отец сосредоточен и собран, мама плачет и улыбается.
— Так что ты видишь? — восклицает лицо, видно, потеряв терпение.
Гарри видит, как при первом же звуке голоса Волдеморта отец крепче сжимает его плечо, а мама гладит по голове. Гарри это успокаивает. Наверное, родители именно так и хотели передать: что рядом с ними Гарри Волдеморт не страшен.
— Он уснул перед зеркалом! Квиррелл, разбуди его! — шипит Волдеморт.
Квиррелл протягивает к Гарри руку… Гарри видит, как отец его в зеркале сбрасывает пальцы Квиррелла на лету, даже не обернувшись.
Реальный Квиррелл действительно отдергивает руку и кричит:
— Я не могу дотронуться до него! Я обжегся!
— Я что-то не то сказал?
— Все нормально. Уизли, — ответил Нотт, продолжая улыбаться. — Мой папа был молодец, правда. Спасибо за пожелание.
— Был?
— Он повесился в своей камере в Азкабане пять лет назад, — сказал Нотт. — Ну что, идем дальше?
Дальше оказалась зала с запертой дверью, над потолком которой парили летающие ключи, а сбоку висела метла.
Гарри при виде метлы сразу взял самоотвод.
К счастью, Малфой заметил, что один из ключей отличается от остальных, и вызвался его поймать. Ему доверили дело охотно, потому что из присутствующих Малфой летал на метле лучше всех и в будущем году намеревался записаться в сборную Слизерина новым ловцом.
Малфой оседлал метлу и поймал ключ — а дальше начались неприятности. Прочие ключи взбесились и всем роем набросились на него.
Малфой спикировал, уворачиваясь от бешеных ключей, и крикнул:
— Ловите ключ, бегите к двери! я их задержу!
И кинул ключ вниз.
Заговорщики едва успели открыть дверь и юркнуть внутрь, как безумные ключи понеслись за ними.
— Закрывайте дверь, к троллевой матери! — рявкнул Малфой. — Я попытаюсь найти другой выход, не ждите меня!
— Удачи! — крикнул сквозь дверь Рон.
Малфой откликнулся:
— И вам удачи…
Рона они потеряли в следующей комнате. Это была шахматная доска, они заняли место шахмат, и Рона съела королева.
Зато усилиями Рона они выиграли партию и прошли дальше.
Дальше был огненный коридор с логической загадкой о зельях — привет от профессора Фламеля. Как ни билась оставшаяся троица над разгадкой, ответ был, что за огненную завесу пройдет из них только один.
— Я пойду, — сказал Гарри.
— Там же Квиррелл! Мы тебя одного не отпустим! — крикнула Гермиона.
— Вы не можете.
— Я уже говорил, что мой отец повесился? — тихо спросил Нотт. — Я тащусь от Темного лорда, Снейп. Я пять лет мечтаю уничтожить гада, из-за которого погиб мой отец.
— А ты сможешь его уничтожить? Я — смогу, — сказал Гарри. — И только я смогу. Вы не сможете, а я уже побеждал его. И трижды побеждал Квиррелла. Вперед должен идти я один, и вы это знаете…
Гермиона хотела возразить, а Нотт промолчал.
— Идите назад, соберите наших товарищей. Попробуйте всё-таки связаться с Фламелем и Дамблдором. И пожелайте мне удачи!
— Удачи! — в один голос сказали Нотт и Гермиона, и Гарри пошел вперед.
Он входит в огромный каменный зал, вернее — спускается по ступенькам на каменную арену, обрамленную колоннами.
Посреди арены стоят Квиррелл и зеркало.
Квиррелл стоит к Гарри спиной — нет, лицом… или спиной-лицом… У Гарри темнеет в глазах при виде этого лица, и всё становится ясно.
Если это можно назвать лицом. Собственно, назвать его нечем, оно ни на что не похоже. Но Гарри его узнал. Именно это не-лицо мерещилось ему в ночных кошмарах.
Значит, всё это время Волдеморт был так близко…
— Гарри Снейп, — говорит лицо.
Гарри видит главное: у Квиррелла нет Камня. Это уже хорошо.
— Мой господин, вам нельзя много разговаривать, — эхом откликается Квиррелл.
— Я хочу говорить с мальчишкой. Приведи его сюда.
Гарри не ждет, чтобы его «привели», и сам спускается к зеркалу.
То самое зеркало, что заколдовал сам Дамблдор, и о котором Хагрид объявлял, что Квирреллу его никогда не одолеть?
— Смотри в зеркало, мальчишка, — приказывает лицо.
… Это самое необычное зеркало из всех, что видел Гарри. Старинное, с резной надписью по ободку: «Я показываю не ваше лицо, но ваше самое горячее желание.»
Гарри смотрит в зеркало и действительно не может насмотреться.
Он видит себя стоящим в зале, позади его сверлит глазами Квиррелл… Но они не одни. Рядом с Гарри стоят его родители. Они словно стеной защищают его своим телом от Квиррелла, они стоят между Гарри и Квирреллом, положив Гарри руки на плечи. Они выглядят невероятно живыми и юными, куда живее, чем на колдографиях в книгах, где их удалось видеть Гарри.
Они не смотрят на Квиррелла. Они тоже жадно и любовно глядят на Гарри, не отрываясь…
Гарри поражает, как он похож на свого отца. Неудивительно, что Поттер так бесится… Но сейчас не время думать о Поттере.
Отец сосредоточен и собран, мама плачет и улыбается.
— Так что ты видишь? — восклицает лицо, видно, потеряв терпение.
Гарри видит, как при первом же звуке голоса Волдеморта отец крепче сжимает его плечо, а мама гладит по голове. Гарри это успокаивает. Наверное, родители именно так и хотели передать: что рядом с ними Гарри Волдеморт не страшен.
— Он уснул перед зеркалом! Квиррелл, разбуди его! — шипит Волдеморт.
Квиррелл протягивает к Гарри руку… Гарри видит, как отец его в зеркале сбрасывает пальцы Квиррелла на лету, даже не обернувшись.
Реальный Квиррелл действительно отдергивает руку и кричит:
— Я не могу дотронуться до него! Я обжегся!
Страница 29 из 33
