Холодные сердца: украденное счастье

И вдруг я вздрогнула: где-то поблизости раздался протяжный звук, напоминавший скрежет металла. После этого столь же внезапно ощутила пронизывающую боль в ребрах. По-моему, я даже вскрикнула, и в этот же миг боль резко усилилась, медленно разливаясь по телу, словно мед по сотам. Мучительное ощущение все нарастало, разрывало меня изнутри, пока я не стала кричать в невыносимой агонии. Мне потребовалось несколько секунд для того, чтобы осознать, что кто-то пинает меня ногами и при этом что-то выкрикивает и заливается хриплым смехом. Какой парадокс: когда-то и я сама точно так же хохотала, мучая своих жертв. Собравшись силами, я попыталась отползти в сторону, чтобы попробовать уклониться от ударов. К моему удивлению, они тут же прекратились, но вместо этого сильная рука схватила меня за волосы, поднимая вверх так, что мне показалось, будто скальп вот-вот отделится от головы.

Сквозь шум в ушах я слышала, как кто-то шипит мне на ухо, но не могла разобрать слов, а затем последовал очередной удар, который на этот раз пришелся мне прямо по лицу. По щеке медленно заструилось что-то теплое и вязкое, послышался звук рвущейся ткани и расстегиваемой молнии.

— Сучка, — это, как ни странно, прозвучало довольно отчетливо. — Убийца… Ненавижу…

Шепот раздался совсем рядом, прямо над моим ухом, и я попыталась отодвинуться, но кто-то по-прежнему крепко держал меня за волосы, так что от легкого движения головы я лишь вскрикнула. А потом все тело снова утонуло в агонии. Я кричала, извивалась в чьей-то железной хватке, хваталась пальцами за каменный пол, до крови ломая ногти. А этот мерзкий незнакомец только хохотал, продолжая грубые движения, дергая меня за волосы и едва не сворачивая мне шею.

А потом все резко прекратилось, и вновь резко и неожиданно нахлынула пустота. Я обмякла, затаив дыхание и зажмурившись. Плевать на то, что я так ужасно себя чувствую. Больше не будет боли, мне без разницы, что происходит сейчас. Ведь скоро я очнусь в Логове, с моим Лордом, и все будет хорошо.

Еще никогда в жизни я не ощущала в себе подобной пустоты. Не было ни боли, ни страха, ни грусти, а на глазах не выступало ни одной слезинки. Мне уже не мерещилось, что я куда-то падаю, не мучили кошмары об избиении и изнасиловании. Хотелось лишь выть, подобно израненному зверю, чтобы только не дать этой бездне отчаяния поглотить меня окончательно. Казалось, что я больше не принадлежу себе, что все, что когда-то было во мне — мысли, чувства, эмоции — внезапно исчезли, будто бы кто-то забрал их себе в качестве трофея. И теперь Беллатрикс Лестрейндж больше не существовало, а на моем месте сжимался от невыносимой дрожи и боли какой-то бездушный призрак — все, что осталось от этой женщины.

Я постепенно приходила в себя, чувствуя, как по всему тело растекается волна холодной боли. Не знаю точно, спала ли я все это время или была без сознания, но сейчас в памяти мало-помалу начали всплывать обрывки тех ужасных моментов, которые, как казалось поначалу, мне только привиделись. Никакой отчетливой картины, все словно было окутано дымкой… нет, это немыслимо, разве могло такое произойти со мной? Но откуда тогда такая резкая боль? Я повторила попытку поднять голову; мне это удалось, и тогда я нерешительно приоткрыла веки. В глаза сразу ударил свет — хоть он и был тусклым, я почему-то не была готова к этому и тут же зажмурилась. Как же хотелось верить, что я сейчас нахожусь в одной из небольших комнат Логова и очень скоро, очнувшись, увижу знакомые потолки, приоткрытое окно и высокую фигуру Милорда, скрытую ночной тенью. Но чем больше я свыкалась с окружающей обстановкой, тем более призрачными казались эти надежды. Меня била мелкая дрожь, откуда-то тянуло ледяным воздухом, страшно хотелось укрыться. А когда я, наконец, решилась открыть глаза, то увидела неровные, уродливые каменные стены, низкий черный потолок, который, казалось, готов был вот-вот обрушиться на пол. Внезапно все тело сковало судорогой, а живот пронзила острая и тягучая боль. Я прижала к себе колени, надеясь, что все-таки смогу успокоить свои ощущения; к тому времени мои глаза успели привыкнуть к угнетающе-тусклому освещению, и я смогла полноценно оглядеться. И вот, наткнувшись взглядом на нечто, лежащее в луже крови в дальнем углу комнатки, некоторое время просто моргала, словно силясь прогнать эту картинку, пока из моего горла, наконец, не вырвался пронзительный визг. Посмотрела на свою одежду и закричала еще громче прежнего: синий бархат платья был весь залит чем-то темным. Нет… Это просто невозможно, мне просто кажется. Я сошла с ума и теперь вижу то, чего нет на самом деле…